Мастер духов
Шрифт:
— Сейчас я зайду к одному гражданину, и постараюсь ничего ему не оторвать, а ты посиди в машине.
Молния опустилась рядом с двухподъездным пятиэтажным домом времён массовой застройки в шестидесятые годы прошлого столетия. Дом несколько раз капитально ремонтировался, но снести его как-то не решались. Жили в нём работники фабрики по переработке мусора, а это весьма специфическая публика.
Вот и сейчас они лениво словно крысы повылезали из своих нор глядя на невиданный аппарат.
Кирилл оставил Вику в салоне, закрыл колпак и шагнул к подъезду уперевшись в троицу преграждавшую путь. Не слова не говоря, пробил первому в грудь, так что тот улетел в дверь подъезда, второму засадил локтем в бок
Двери ему открыл лысый мужчина с округлым пузом и практически без правого уха.
Он, увидев на пороге незваного гостя попытался закрыть дверь, но Кирилл легко продавил сопротивление и войдя в прихожую, вытянул из указательного пальца длинный ледяной шип и коснулся им подбородка толстяка.
— Одна попытка. Кто заказал похитить мою девчонку?
Городской прокурор — государственный советник юстиции третьего класса Субботин, смотрел видео на экране и никак не мог успокоиться.
— И это ваш анархист, врывается в дома граждан, и угрозами, заставляет сказать, что?
— Валентин Константинович. — Генерал Хабаров покачал головой. — Помилуйте, какие угрозы? Он позвонил в дверь, вошёл, и сказал буквально следующее. «Одна попытка. Кто заказал похищение моей девчонки». И всё! Он не приставлял ему оружие, у него кстати ничего подобного нет, и он ничего такого не носит.
— Но в заявлении в прокуратуру, Пётр Киреев написал, что в горло ему упёрся ледяной нож!
— По информации комиссии Российского Круга, Кирилл Смирнов не обладает ни малейшими магическими способностями. С таким же успехом этот… гражданин мог написать, что ему угрожали пулемётом.
— А Геннадий Скворцов? — Прокурор поднял лист распечатки, и прочитал текст… — Ворвавшись в мою квартиру, он угрожал моим родным и близким расправой, а мне смертью!
— Но видеофиксация говорит совсем другое. — Хабаров взмахнул рукой и на экране возникла лестница, дверь и следом человек в домашнем халате. И тут же без паузы мужчина словно раненный заверещал на весь подъезд так, что голос эхом отдавался по всем этажам.
— Это не я! Меня заставили! Это Мансур Ахметов!
— А теперь смотрим на встречу Кирилла Смирнова и гражданина Ахметова.
Камера показала лестницу, и площадку с четырьмя дверьми. Но стоило Кириллу нажать кнопку звонка, как оттуда ударила автоматная очередь, дырявя дверное полотно, и кромсая стену, напротив.
Точно угадав момент, когда магазин опустеет, он выбил дверь, и метнувшись через коридор, почти успел к невысокому, чернявому, полноватому мужчине в брюках и расстёгнутой рубашке, успевшего поднять ствол, и дважды выстрелить, но ствол куда-то делся, а мужчина завыл словно от страшной боли, и через его вой, как-то пробился текст, что он тоже не сам, его заставили, а заставивший — профессор в институте Иностранных Языков, профессор Аскаев.
— Это собственно всё. — Хабаров жестом остановил трансляцию. — Гражданин Аскаев даёт признательные показания, а у него дома обнаружено устройство спутниковой связи иностранного производства, укороченный автомат и другое оружие, взрывчатка и многое другое.
— Но так же нельзя! — Прокурор от избытка чувств хлопнул ладонью по столу. — Где же наша законность?!!
— На месте, где же ещё? — Удивился Хабаров. — Находясь в ситуации крайней необходимости связанной со спасением человека, Кирилл Петрович проявил гражданское мужество, смекалку и высокие оперативные навыки и не только вскрыл криминальную сеть расхитителей цветных металлов, но и агента вражеской
— Вы тут мне…
— Гражданин Субботин. — Голос Хабарова мгновенно выцвел словно потеряв все обертоны. — Сообщаю вам, что Главное Управление Государственной Безопасности, направило письмо генеральному прокурору с требованием пересмотра некоторых ваших дел, и создания комиссии по расследованию в вашем отношении по делам антигосударственной группы Петренко и особенно того факта, что внезапный инфаркт случился с ним именно здесь, в здании прокуратуры, а скорую вызвали только когда он был уже мёртв. — Хабаров встал, и мгновенно, словно кто-то переключил внутри него программу, широко улыбнулся. — Товарищ государственный советник юстиции третьего класса, желаю вам успехов в работе, и большого личного счастья.
История с похищением и освобождением шума не наделала и вообще не оставила следа в публичном пространстве. И даже специальные службы, внимательно проанализировав ситуацию, признали, что действия Кирилла были правильными и своевременными, так как промедление могло стоить жизни заложнице, и совершенно точно гражданин Ахметов успел бы уничтожить улики у себя дома.
Так, что на первый взгляд — партизанщина и анархия, но с другой — прекрасная эффективность, своевременность и самое главное адекватность ситуации. И не ругать пацана нужно, а награждать, за вскрытие настоящего агента разведки вражеского государства, и вскрывшегося по факту агента влияния на одном из ключевых постов в государстве, потому что должность прокурора столицы, а в перспективе генерального прокурора, это не то место где должны сидеть предатели.
Но конечно Кирилла вызвали в ГУГБ, где аккуратно и со всем уважением, продрали на всю тактическую глубину генеральского возмущения и недовольства. Нет не из-за реально сделанного, а скорее из-за испытанного страха что с ним что-то случится. Ну и чтобы жизнь сахаром не казалась.
Но бывший комбат в теле подростка видал и не такое, поэтому начальственный втык воспринял спокойно, а после улетел с подругой на музыкальный фестиваль в Петрограде, где уже ждал снятый на две ночи просторный номер с огромной ванной и широченной кроватью.
Похищение и всё что Виктория увидела во время освобождения словно пробили дыру в её природной стыдливости, и подруга зажигала на всю катушку, словно выдавливая из себя все страхи. А Кирилл и в прошлой жизни отличался задором и выносливостью, так что его новая реальность более чем устраивала.
В понедельник новости принесли информацию о неудачной попытке самоубийства и аресте прокурора Москвы, что на юрфаке конечно обсуждали, но в основном в контексте «ну чего этому дебилу не хватало???» Должность прокурора Москвы — не просто хорошее, а отличное завершение карьеры, с которого можно уйти на пенсию с почётом и заниматься всем чем душа пожелает, включая весьма почётные и оплачиваемые должности в высших учебных заведениях. А после суда и отсидки, только социальный минимум и работа на минимальном рейтинге, и совсем небольшой шанс снова подняться до сколь-нибудь приличного состояния. Такие случаи пусть и нечасто, но происходили, как например проворовавшийся армейский генерал отсидел своё, поступил вновь на службу и уже добрался до майора. Да, в пятьдесят такое звание не совсем почётно, но учитывая, что служить можно было до семидесяти пяти, и реально высокую квалификацию, у него имелся вполне реальный шанс вернуть генеральские звёзды.