Мастер-Девил
Шрифт:
Глава 11
Эрика
Утренний свет резал глаза. В висках стучали даже не молоточки, а кувалды. Горло пересохло и настоятельно требовало воды. Я с трудом села на кровати и огляделась, поморщившись от боли. Я явно была у себя. Но последнее, что помню — это поцелуй с Кейном и то, что я сидела у него на коленях дома у Кэтрин. Дальнейшие воспоминания терялись в сером тумане.
Мой взгляд упал на стакан с водой и две белых таблетки. Я не стала раздумывать, откуда они взялись,
Постепенно приходя в норму, я стала лучше соображать. Так что же все-таки произошло? Осознав, что раздета, я озадачилась еще больше. Кто-то, как минимум, должен был принести меня сюда, раздеть и поставить стакан с водой. И я так вырубилась, что не почувствовала, что с меня стягивают джинсы? А головная боль и пересохшее горло? Откуда все это взялось? Если бы я не была уверена, что пила только чай, можно было бы решить, что у меня похмелье. Да что же со мной такое творится? Ответить мне мог только один человек, который, очевидно, и принес меня сюда, снабдив болеутоляющим.
Я сползла с кровати, машинально взглянув на себя в зеркало, и застыла на месте. Мда… Такая бледность была бы к лицу скорее столетнему привидению, чем восемнадцатилетней девушке, правда, цвет лица весьма оживляли темные круги под глазами и пожелтевшие синяки на шее. Я даже не стала пытаться как-то замаскировать макияжем все это безобразие, только натянула рубашку с высоким воротником, чтобы прикрыть хотя бы следы пятерни Стивена, и потащилась на кухню. В холле я почувствовала одуряющий аромат кофе и чуть не застонала. За кофе я могла бы сейчас убить!
Убивать никого не потребовалось. Кейн, заметив меня, хмыкнул, оценивая мое состояние, и поставил на стол чашку с кофе. Я вцепилась в нее, как утопающий за соломинку, и с наслаждением сделала первый глоток. Кейн усмехнулся и сел на свое обычное место.
— Как я понимаю, есть ты не хочешь? — полуутвердительно — полувопросительно произнес он.
Я почувствовала тошноту при одной мысли о еде и отрицательно покачала головой.
— Кейн, — решилась спросить я. — А что вчера было? Я помню… — я запнулась, не желая напоминать о нашем поцелуе. Кто знает, как он к этому относится?
— Ты вырубилась, — подсказал он. — Мы так и не смогли тебя разбудить, поэтому я принес тебя домой и уложил спать, — Кейн ухмыльнулся.
— Спасибо, — поблагодарила я. — Особенно за воду. У меня с утра дико болела голова, а пить до сих пор хочется, — и я отхлебнула еще кофе.
— Надо думать, — опять ухмыльнулся он. — С похмелья так обычно и бывает.
— С похмелья? — почти взвизгнула я. — Но я вчера даже пива не глотнула!
Кейн расхохотался.
— Пива — нет. Но ты выхлестала полбутылки вермута в одиночку. Тебе его Дерек в чай добавил.
Я ошарашенно смотрела на Кейна.
— Вермут? Дерек? А зачем?
— Именно поэтому ты и не знала, — прервал он меня. — Дерек решил, что это поможет тебе расслабиться. Собственно, он был прав, расслабилась ты качественно, — опять усмехнулся Кейн.
Я не сводила с него глаз. Внезапно я осознала, что мы в первый раз разговариваем нормально, без всяких приказов с его стороны и покорного подчинения с моей. И Кейн, оказывается, способен улыбаться… Я откровенно любовалась его безупречно красивым лицом, которое становилось еще совершеннее, когда он улыбался.
— Кейн, — вдруг вспомнила я. — Мне придется задержаться после уроков, можно? Надо к врачу сходить.
Он сразу посерьезнел.
— Что-нибудь серьезное?
— Нет, — поспешила успокоить я. — Это связано с женскими проблемами.
Почему-то я была уверена, что после этих слов он не станет меня расспрашивать дальше. Так и случилось. Кейн только кивнул, одним глотком допил кофе и легко поднялся с места.
— Пойдем.
Я кивнула и тоже встала.
— Кейн? — спросила я по дороге в школу.
— Да?
— А что теперь будет? Ну, после того, как ты подрался?
Он остановился и посмотрел на меня.
— Кстати, ты еще не объяснила мне, что там произошло, после школы поговорим. А мне ничего не будет, я защищал свою собственность, — он коснулся моей шеи, обнял меня за плечи и повел дальше.
Кажется, я уже привыкаю ходить с ним в обнимку.
Вся школа, безусловно, знала о событиях субботы. Мне показалось, что все без исключения ученики это обсуждают, потому что то и дело до меня доносились слова «Грейсон», «боулинг», «драка», «перелом руки»…
— Кейн, — опять тихо спросила я, — А ты сломал тому парню руку?
— Да, — спокойно ответил он. — Сам дурак, нечего было лезть.
Кейн шел с совершенно непроницаемым лицом, словно его совершенно не касалось все происходящее. Возможно, это так и было, не знаю. Но мне было значительно спокойнее идти рядом с ним, находясь под его защитой. Было неприятно сознавать, что причина всех этих сплетен — я. И как я смогу объяснить Кейну, что там было и с чего все началось? Как ему объяснить, что я почти полчаса сидела в туалете, размышляя над перспективами собственной жизни? И что потом я нарвалась на Стивена? В таких вот размышлениях прошли первые два урока.
На второй перемене я начала замечать, что Кристина постоянно попадается нам на глаза. Вначале я посчитала это случайностью, но, когда мы в третий раз буквально столкнулись с ней в коридоре, то она при этом только что не поедала Кейна глазами. Тогда я подняла голову и теснее прижалась к парню. В ответ Кристина скривилась, с отвращением и ненавистью глядя на меня. Я еще выше подняла подбородок и отвернулась. Кейн, от которого не ускользнул этот обмен взглядами, только хмыкнул, прижимая меня к себе.