Мастер-Девил

Amberit

Я охреневал от ее наглости.

— А зачем мне все это надо? — скучающе поинтересовался я. — Я и так свободен, так какого черта я должен связываться с тобой и, тем более, жениться?

В глазах Кристины загорелся огонек.

— Потому что лучшей жены тебе не найти. Я не буду ни в чем ограничивать тебя, только подумай об этом. Что скажет твой отец, если ты представишь ему в качестве твоей девушки Девила? — Она с надеждой заглянула в мои глаза. — Он никогда не примет ее в таком качестве, а вот меня… — Она опять положила руки мне на плечи и приподняла подбородок,

словно напрашиваясь на поцелуй. Мне все это надоело. Пора заканчивать этот разговор, меня ждет Эрика.

— Кристина, — спокойно сказал я. — Как мой отец отнесется к Эрике, — я подчеркнул ее имя, — не твое дело. Но тебя он не одобрит в любом случае. Думаешь, никому не известно, почему ты так стремишься выскочить замуж, и чем богаче будет жених, тем лучше? Твои родители на грани банкротства, и дата твоей свадьбы уже назначена. Я нигде не ошибся? — Кристина с ужасом смотрела на меня, потеряв дар речи. — И все это делается спешно, чтобы подкрепить слияние двух фирм в одну. Только вот будущий муж тебя не очень устраивает, точнее, его родители. Под их чутким присмотром уже не удастся так вольно вести себя, так, Кристина?

— Откуда ты знаешь? — прошептала она.

— Неважно. А теперь подумай сама, что скажут твои родители и будущая свекровь, если узнают, как их милая дорогая девочка развлекалась в школе? Как ее трахали одновременно два парня?

— Ты не посмеешь… — прошипела она.

— Посмею, — спокойно ответил я. — Только подойди еще раз ко мне или к Эрике — и парочка интересных видеозаписей отправится по обоим адресам.

— Видеозаписи?

— Да. Ты не в курсе, что шестерки Сандерса обожают снимать на видео свои игры в постели?

Нет, похоже, она и правда не знала об этом. На ее лице отражались отчаяние, ненависть и ярость. Надеюсь, ей хватит ума не выплескивать это все на меня.

Я развернулся и ушел, оставляя Кристину стоять над осколками радужного будущего, которое она рисовала себе. Пусть сама разбирается с будущими и актуальными родственниками. Меня ждала Эрика. Кстати, где она?

Я ногой распахнул дверь, отлетевшую в сторону и с громким стуком ударившуюся по стене. Эрика ждала меня в коридоре. Она успела привести себя в порядок (а, скорее всего, ей помогла это сделать Кэтрин), но заплаканные глаза и набухающая шишка напоминали о недавних событиях.

— Кейн? — тихо спросила она. Вместо ответа я подошел и соединил наши браслеты. Черт, я подозревал, что они пригодятся, но не так же быстро?

— Чтобы я еще раз куда-то отпустил тебя одну… — пробормотал я себе под нос. Лучшим вариантом было бы, конечно, круглосуточное наблюдение… Береженого бог бережет, как говорится.

Я коснулся ее щеки кончиками пальцев.

— Пойдем домой, — предложил я. Эрика молча кивнула.

Глава 27

Эрика

— Пойдем домой, — предложил Кейн. Я молча кивнула.

Однако уйти не получилось. Кейну нужно было забрать свой сброшенный еще в начале вечера пиджак. Поскольку мы были скованы одной цепью, то идти к

столику пришлось вдвоем. Там внезапно выяснилось, что Мэтт обнаружил, под каким названием (кстати, это был „Вкус страсти“) скрывалось мороженое, и его принесли как раз перед нашим приходом. Голова у меня, в общем, не болела, мы с Кейном переглянулись и решили остаться.

Соединенные вместе руки мешали нам есть, после недолгих колебаний Кейн расстегнул браслеты, но привычным жестом положил руку на мое плечо.

— И только попробуй уйти куда-нибудь, — сурово шепнул он, но в его синих глазах я увидела сверкнувшие веселые искорки.

— Я, безусловно, проинформирую тебя о своем желании, — подавив смех, ответила я.

— Ага, в письменном виде и трех экземплярах, — согласился Кейн и, не выдержав, улыбнулся.

— Несомненно, — подыграла ему я. — Это новое правило?

— Обязательно, — кивнул Кейн.

Обмен репликами проходил тихо, поэтому сидящие за столом не могли ничего разобрать. Зато они — как и все, находившиеся в зале — увидели, что Кейн привлек меня к себе и нежно поцеловал в ноющий висок.

Все напряжение, возникшее было между нами, растворилось без остатка. Кейн еще пару раз интересовался состоянием моей головы, но я неизменно отвечала, что все нормально. Романтический розово-сердечный вечер закономерно перетек в ночь, заполненную учащенным дыханием, томными стонами и безграничной любовью.

Уже стоя в полумраке спальни, освещенной только проникающим сквозь незадернутые занавески светом уличного фонаря, Кейн провел пальцами по моему телу — скулы, шея, ключица, спина — остановившись на бантике, которым был завязан красный шарф на моей талии.

— Я весь вечер мечтал развернуть свой подарок, — прошептал он.

Я забросила руки на его шею, подставляя губы для поцелуя.

— И чего ты ждешь?

Ответом мне был лишь шелест шелка, опускающегося на пол, тихий треск разъезжающейся молнии комбинезона и волна дрожи, пробежавшая по телу, когда я осталась стоять практически обнаженная. Практически — потому что два кружевных лоскутка ткани и три веревочки, призванные обозначать нижнее белье, все же оставались на мне.

Кейн довольно проурчал, как сытый кот, наслаждаясь представшим пред его взором видом. Мы жили вместе уже месяц, он успел узнать меня во всех смыслах, не говоря о том, что видел и в разнообразной одежде, и при частичном ее отсутствии, и вовсе без оной. Но, тем не менее, ему нравилось любоваться мной, что, в свою очередь, вполне устраивало меня.

Я поежилась, не понимая от чего — от холода или от возбуждающего взгляда. Боль, надсадным колокольчиком звонившая в ушибленном виске, отошла на второй план и только чуть-чуть напоминала о себе.

— Тебе ничего не мешает? — хрипловатым голосом осведомилась я и, не дожидаясь ответа, начала освобождать Кейна от одежды.

— Мешает, — таким же севшим от желания голосом согласился он, расстегивая свои брюки.

Тихий шелест одежды, и мы стоим обнаженные, только серебристая цепочка браслетов поблескивает в неярком свете.