Мастер архивов. Том 3
Шрифт:
Я вспомнил, как он разговаривал с кронпринцем Каем. Как старые друзья — непринужденно, с легкой фамильярностью. Они заодно, это понятно. Но на чьей стороне сам Кай?
Вопросов больше, чем ответов.
Я вернулся в отдел, все еще прокручивая в голове разговор с Соболевым. Непонятный, тревожный осадок остался где-то под ложечкой. Не нравился мне этот московский инспектор. Слишком спокоен и слишком внимателен. А главное — слишком близок к кронпринцу, который, как мне кажется, еще пока черная лошадка. Что от него ждать непонятно.
— Алексей, — окликнул меня Непомнящий. — Зайди, пожалуйста, на минутку.
Я подошел.
— Поступила заявка, — сказал Семен Семенович, протягивая мне лист. — На выдачу книг.
Я взял заявку.
— Именная, — добавил Непомнящий. И совсем тихо произнес: — Лично для архимага Виктора Зарена.
Я глянул на бумагу. Верхний край с гербом Императорского Департамента, ниже — фамилия, должность, список литературы.
— Зарен? — переспросил я. — Давно мы его не видели.
— Вот и я думаю, — кивнул Непомнящий. — Впрочем, он имеет право. Формальности соблюдены.
Я спрятал заявку в карман и направился к выходу. В коридоре не удержался, замедлил шаг, прочитал что же именно хочет получить архимаг.
«Основы магической механики», «Алхимические процессы в пространственной динамике», «Трактат о стабилизациях», «Усилители магического резонанса — практическое применение».
Странный набор. Похоже на подготовку к чему-то конкретному. Я вспомнил списки отходов из лаборатории Зарена, которые мы с Алиной изучали у Тамары Осиповны. Кажется, книги, которые он заказал, были частью его плана.
Я подошел к хранилищу, где лежали нужные издания. Старое, дальнее крыло, редко используемое. Внутри — высокие стеллажи до самого потолка, заставленные фолиантами в кожаных переплетах. Привычная тишина.
Достал нужное.
«Основы магической механики» оказался самым толстым томом с потускневшим золотым тиснением. «Алхимические процессы в пространственной динамике» напротив, поменьше, с металлическими уголками, явно не раз читанный. «Трактат» — самый тонкий, в потрепанном переплете, с закладкой-лентой, забытой кем-то из прошлых читателей.
И вновь победило любопытство. Открыл первую книгу. В глаза бросились чертежи. Сложные схемы, переплетения линий, обозначения, которых я не понимал. Текст сухой, академичный, с многочисленными сносками и ссылками на другие труды.
Вторая книга оказалась понятнее. Здесь были диаграммы алхимических реакций, формулы магического распада, таблицы совместимости ингредиентов. Я узнал некоторые названия — те, что мелькали в списках отходов из лаборатории архимага. Ртуть с магией хаоса, алхимическая сера — все это было здесь, на страницах, описанное как «катализаторы пространственной нестабильности». Владелец до меня явно изучал ее с карандашом в руке.
Я захлопнул книгу, убрал в стопку.
Зарен, как заноза в…
Воздух
Что-то сухо щелкнуло и пространство начало скручиваться в тугую спираль.
Я не успел даже отскочить. Прямо передо мной вдруг возникла черная, маслянистая гладь.
Портал!
— Черт…
С таким же щелчком, с каким возник портал, в голове моей сложился и весь пазл.
Это была ловушка. Книги только приманка. А сам архимаг, используя свои знания, протестированные на сектантах, открыл портал прямо здесь, в Архиве. Там, где я должен был оказаться в нужное время.
Я попытался отойти, но ноги уже не слушались. Словно кто-то вцепился в меня невидимыми когтями, притягивая к этому черному провалу.
— Твою мать!
Я рванул, пытаясь ухватиться за стеллаж, но пальцы скользнули по металлу. Магия Зарена была сильнее.
Не дождешься!
Попытался призвать дар — пустота внутри отозвалась, но вяло, словно была заморожена. Портал гасил магию. Пил ее, как воду.
Последнее, что я увидел перед тем, как тьма сомкнулась надо мной — полки с книгами. Рядами уходящие вверх, к потолку. Лампы, гаснущие одна за другой. И черную гладь портала, которая втянула меня в себя, стоило мне потерять равновесие.
Ловушка захлопнулась.
Кабинет кронпринца Кая располагался в северном крыле Зимнего дворца — подальше от парадных залов, императорских покоев и, главное, от глаз матери. Здесь было тихо — кронпринц любил тишину. А еще за высокими окнами открывался вид на гранитную набережную и серую гладь Невы. Идеальное место чтобы погрузиться в свои думы.
А подумать было над чем.
Кай сидел в кресле у камина, сжимая в пальцах пустой бокал. Огонь догорал, отбрасывая красноватые отсветы на его бледное, усталое лицо. Кронпринц не спал вторую ночь — с того самого разговора в малой гостиной, когда мать произнесла те слова.
Рядом, на низком пуфике, расположился его советник — Владимир Сергеевич Ланской. Старый, седой, с умными, внимательными глазами. Он служил еще дедушке Кая, помнил старые интриги, пережил дворцовые перевороты. И остался. Верный, надежный, молчаливый. Единственный, кому Кай доверял безоговорочно.
— Ваше Высочество, — тихо сказал Ланской, — вы уже второй час молчите. Я понимаю, разговор с Императрицей был… тяжелым. Но, может быть, вы все же расскажете, что именно вас тревожит? Ведь для этого же вы меня вызвали? Чтобы дать какой-то совет…
Кай усмехнулся — горько, безрадостно.
— Ты знаешь, Владимир, что моя мать никогда меня не любила, — сказал он, не глядя на советника. — Для нее я всегда был не сыном, а помехой. Преградой между ней и властью. И теперь, когда отец при смерти…