Mass Effect
Шрифт:
Именно в тот момент Кали поняла, насколько безвыходно их положение. Даже несмотря на двух или трехкратное преимущество в численности, тактическое и технологическое превосходство было на стороне штурмовиков «Цербера», и с этим они ничего не могли поделать. Их оружие было совершеннее, броня лучше, и они были лучше подготовлены. Половина из людей Мола, включая Лемма, капитана, Хендела и ее саму, не имели даже самой легкой брони.
И еще у Церберов были гранаты.
Будто в подтверждение, она услышала громкий взрыв на дальней стороне палубы. Высунув голову, она увидела сквозь рассеивающийся
По крайней мере, у них есть Хендел. Он как раз выглянул из-за своего ящика и нанес еще один биотический удар, который отбросил назад двух штурмовиков «Цербера», швырнув их прямо на ближайшую стену. Один из них быстро поднялся на ноги и спрятался обратно за ящиками. Кали успела отреагировать и нажала на курок своей винтовки, не дав уйти второму.
А мгновение спустя уже Хендел отлетел назад — у Церберов в отряде, очевидно, был свой биотик. Он успел только удивленно вскрикнуть, прежде чем с силой врезался в стену рядом с кладовой, где они брали оружие. Он свалился на пол за перевернутым столом и больше не двигался.
— Хендел! — воскликнула Кали, борясь с непреодолимым самоубийственным желанием броситься к нему.
Вместо этого она направила все свое внимание обратно на врагов, вспоминая годы своей подготовки в Альянсе, чтобы сохранить концентрацию. На войне солдаты гибнут, даже друзья.
Обычно ты ничем не можешь помочь им, пока не справишься с врагом.
Она продолжала удерживать свою позицию, тщательно выбирая цели. Она видела, как был застрелен еще один Цербер — их оставалось пятеро по ее подсчетам, включая биотика. Но отовсюду вокруг доносились стоны и крики солдат Мола. Когда биотик церберов нанес еще один удар, отбросив в сторону контейнер, за которым прятался кворианец со снайперской винтовкой, капитан, наконец, отдал приказ, который рано или поздно должен был прозвучать.
— Отходим! — прокричал он. — Отходим!
Она не хотела бросать Хендела, но если бы она сейчас попыталась добраться до него, то наверняка получила бы пулю. Сморгнув набежавшие на глаза жестокие слезы, она выпустила из винтовки прикрывающую очередь и начала отступать назад.
Джиллиан бродила вдоль рядов кабинок, молча отсчитывая повороты, пока не дошла до входа, закрытого оранжевым полотном. Издалека доносились резкие отрывистые звуки — звуки, которые она не могла, или не хотела, осознать разумом.
Она знала, что происходит что-то неправильное, и знала, что в этом каким-то образом была ее вина. И хотя она изо всех сил старалась сложить кусочки воедино, разгадка ускользала от нее. Находясь в состоянии, близком к трансу от пережитого потрясения, ее ошеломленный разум мог цепляться только за разрозненные осколки и частички мозаики.
Например, она понимала, что вокруг должно быть больше народа. У нее сохранились смутные, неясные воспоминания о толпах в проходах и около кабинок. Она вспоминала гудение множества голосов; оно крутилось в ее голове подобно рою рассерженных пчел. Теперь же кабинки пусты. Все неподвижно и тихо.
И опять она знала, что это неправильно. Она просто не могла сообразить, почему.
Кали велела прятаться
Джиллиан знала, что люди иногда переставляли вещи. Но ей это не нравилось. Вещи нужно всегда класть на одно и то же место.
Мне здесь не нравится. Я хочу назад на шаттл.
Она выпустила полог и отвернулась от кабинки. Медленными, неуверенными шагами она побрела по пересекающимся проходам обратно к лестнице, ведущей на нижнюю палубу, двигаясь долгим обходным маршрутом, совсем не тем, что привел ее сюда.
Кали отходила к лестнице, понимая, что когда бой перекинется на верхний уровень, начнется настоящий ад, даже несмотря на то, что всех гражданских эвакуировали оттуда. Сражение превратится в перестрелку в узких, пересекающихся проходах, где Церберы со своим более совершенным оружием получат еще большие преимущества.
Пока солдаты Мола занимали оборонительные позиции по углам кабинок рядом с лестницей, наводя свое оружие на двери, через которые скорее всего покажутся Церберы, Кали бросилась прямо к комнате Сиито за Джиллиан.
Когда она добежала туда, раздались непрерывные очереди автоматного огня с той и с другой стороны. Она понимала, что у нее мало времени. Если Церберы столь легко прорвались через оборону кворианцев на нижней палубе, то удержать эту палубу будет еще труднее. Здесь слишком много разных путей; кворианцам нечего и надеяться зажать врагов в угол, ведь те могут просто отступить назад и обойти их по одному из боковых проходов, зайдя с другой стороны.
Она отдернула оранжевый занавес, но нашла лишь пустую комнату.
Джиллиан еще бродила туда-сюда по узким коридорам, когда те самые звуки, которые ее мозг отказывался распознавать, раздались ближе и отчетливее. Она увидела проскочившего вдалеке кворианца, и автомат в его руке заставил ее узнать эти звуки — звуки выстрелов.
«Я не хочу быть здесь, — кричал ее внутренний голос. — Возвращайся на корабль».
Джиллиан именно это и собиралась сделать. Теперь звуки выстрелов слышались уже со всех сторон, отдельные очереди раздавались спереди, сзади, слева, справа. Но ее перенапряженный разум просто заблокировал их, и она пошла дальше к лестнице.
Она свернула налево и лицом к лицу столкнулась с мужчиной и женщиной. Она сходу определила, что это не кворианцы — на них не было защитных скафандров. На головах у них были шлемы, но стекла закрывали только три четверти лица, а торс, плечи и руки скрывались под объемистыми куртками. В руках они держали винтовки, и когда увидели ее, моментально вскинули оружие и направили на нее.
Джиллиан продолжала двигаться в их сторону, будто и не подозревая об их присутствии.
— Не стрелять! — крикнула женщина, опустив оружие, когда девочка подошла ближе. — Это она! Дочь Грейсона!