Mass Effect
Шрифт:
— Нет пока, — сказал Хендел. — Мы собираемся встретиться с несколькими кораблями. Кворианскими кораблями. Помнишь, вы проходили кворианцев в прошлом году на уроках истории?
— Они создали гетов, — просто ответила она.
— Да, — признала Кали, надеясь, что это не единственный факт, связанный с расой их спасителя, который запомнила девочка. — Ты что-нибудь еще помнишь о них?
— Будучи выдворенными гетами из своей родной системы около трех столетий назад, сейчас большинство кворианцев живут в Странствующем Флоте, флотилии, состоящей из пятидесяти тысяч кораблей, различающихся по размерам от небольших шаттлов
— Хорошо, Джиллиан, — мягко произнес Хендел, прервав ее речь до того, как она успела изложить им весь параграф.
— А почему мы должны встретиться с кораблем кворианцев?
Кали не уверенная, запомнила ли Джиллиан что-нибудь из того недружелюбного приема, что им оказали на Омеге, ответила весьма туманно.
— Пока ты спала, мы встретили кворианца по имени Лемм. Он поможет нам спрятаться от кое-каких людей, которые пытаются нас найти.
— Церберы, — произнесла девочка, заставив взрослых, не предполагавших, что она могла знать это название, обеспокоенно переглянуться.
— Верно, — сказал Хендел после небольшой паузы. — Они желают тебе зла, но мы этого не допустим.
Джиллиан нахмурилась и закусила губу. Она мочала несколько долгих секунд, а потом задала тот же самый вопрос, что не давал покоя Кали.
— Почему Лемм помогает нам?
Ни у кого из них не нашлось готового ответа на ее вопрос.
— Полагаю, нам нужно будет спросить у него самого, когда он проснется, — наконец признала Кали.
К счастью им не пришлось долго ждать. Меньше чем через час в коридоре послышались тяжелые, неуклюжие шаги Лемма. Его раненую ногу от колена до кончиков пальцев покрывал герметичный, твердый фиксатор, служивший одновременно медицинской шиной и защитной оболочкой от бактерий и вирусов. На нем, конечно же, по-прежнему был скафандр и воздушная маска. Кали подозревала, что он не снимет их до того момента, как они прибудут на флотилию.
— Лемм, — сказала она, когда он остановился, войдя в пассажирскую каюту. — Это Джиллиан. Джиллиан, это Лемм.
Кворианец шагнул вперед и с легким поклоном протянул вперед затянутую в перчатку руку — этот приветственный жест входил в обычай обеих рас. К удивлению Кали Джиллиан подалась вперед и пожала протянутую руку.
— Приятно познакомиться, — сказала она.
— Мне тоже очень приятно. Я рад, что ты проснулась, — ответил он, отпустив ее руку, и осторожно присел на краешек сиденья рядом с ней, лицом к Кали и Хенделу.
— Почему вы помогаете нам? — спросила его Джиллиан.
Кали вздрогнула. Они не успели предупредить кворианца о состоянии Джиллиан, и она могла только надеяться, что Лемм не обидится на бестактность девочки.
К счастью, он спокойно отнесся к ее вопросу.
— Переходишь прямо к делу, не так ли? — спросил он, рассмеявшись за своей маской.
— У меня аутизм, — ответила Джиллиан, снова не проявив ни малейших эмоций.
Трудно сказать, понял ли Лемм
— Почему вы помогаете нам?
— Я и сам не совсем это понимаю, — добавил Хендел, откинувшись на спинку стула и положив правую ногу на левое колено.
— Я прохожу Паломничество, — начал кворианец. — Я был на планете Кенук и там встретил двоих своих соплеменников из экипажа Бавеа, одного из разведчиков с крейсера Айденна. Они сказали мне, что другой их разведчик, Синиад, отправился на Омегу для заключения какой-то сделки, но так и не вернулся.
Я прибыл на Омегу в поисках команды Синиада. Надеялся, что сумею спасти их или, по крайней мере, выясню их судьбу. На Омеге, кворианец по имени Голо рассказал мне, что команда Синиада пыталась заключить какую-то сделку с небольшой группой людей.
Я вломился на тот склад в надежде найти пропавших сородичей. Вместо этого, я нашел вас.
— Но почему рисковать жизнью, спасая нас? — спросил Хендел.
— Я подозревал, что ваши похитители — работорговцы. Никто не заслуживает, чтобы его покупали и продавали. Я просто обязан был вас освободить.
Кали не сомневалась, что он говорит искренне, но она также понимала, что он чего-то не договаривает.
— Вы узнали меня, — сказала она, — и знаете, как меня зовут.
— Имя Кали Сандерс стало крайне известным среди моего народа за последние несколько месяцев, — признал он. — И я узнал ваше лицо по одной старой фотографии, которую мы выудили из Экстранета. За восемнадцать лет вы почти не изменились.
Кусочки головоломки начали выстраиваться в голове Кали в единую картину. Восемнадцать лет назад она работала в нелегальном проекте Альянса по изучению искусственного интеллекта, под руководством доктора Шу Чианя. Но Чиань предал проект, и Кали была вынуждена отчаянно сражаться за собственную жизнь. Именно тогда она и познакомилась с капитаном Андерсоном… и Спектром-турианцем по имени Сарен Артериус.
— Все дело в моей связи с Сареном, — произнесла она больше утвердительно, нежели вопросительно.
— В вашей связи с ним и его связи с гетами, — пояснил Лемм. — Восстание гетов было, пожалуй, единственным наиболее значимым событием в истории моего народа. Из-за них мы стали изгнанниками, из-за армии синтетических существ — безжалостных, беспощадных и непреклонных машин.
Но Сарен вел армию гетов во время атаки на Цитадель. Он каким-то образом смог заставить их следовать за собой. Он нашел способ контролировать их, подчинить их своей воли. Так можно ли удивляться тому, что мы столь заинтересованы в нем и в любом другом, кто хоть раз контактировал с ним?
— Кали? — произнес Хендел, опустив ногу на пол и напряженно выпрямившись на стуле. — О чем это он говорит?
— Когда я служила в Альянсе, Сарен был Спектром, и его послали разузнать подробности об исследовательском проекте, в котором я работала. — Она никогда ни с кем не говорила о тех событиях, кроме Андерсона, и вовсе не желала говорить о них сейчас. — Каким образом это стало известно кворианцам? — требовательно спросила она, повышая голос. Все это начинало немного пугать ее, и она злилась из-за этого. — Все дела, касающиеся того проекта, засекречены Альянсом.