Маскарад
Шрифт:
— Добрый день, тетя Элеонор. Мы приехали в город на весенний тур, и мама попросила навестить вас. Надеемся, с вами все в порядке?
— Что? Весенний тур? Что за ерунда? — сердито проговорила Элеонор.
Теперь она вспыхнула от гнева, но было видно, что сбита с толку. Она была очень маленькой, стройной женщиной с седыми кудряшками и ярко-голубыми глазами, одета в изысканное черное бархатное платье и такое же изысканное бриллиантовое ожерелье. Элеонор все еще скорбела по своему
Прежде чем Лизи смогла ответить, джентльмен выступил вперед, твердо взяв руку Элеонор в свою. Ему было слегка за двадцать, он был очень красив, с живым блеском в глазах, и Лизи сначала подумала, что он мошенник, но он носил приличную одежду: темно-синий пиджак и желтовато-коричневые брюки.
— Моя дорогая Элеонор, — произнес он; по голосу чувствовалось, что ему весело, — разве так приветствуют родственников, которые осмелились навестить вас?
Элеонор гневно посмотрела на него:
— Я не спрашивала твое мнение, Рори, хотя я знаю, что ты все равно его выскажешь.
Рори улыбнулся, и на его щеках появились ямочки.
— Может быть, леди проделали дальний путь?
Он взглянул на сестер, его взгляд задержался на Анне, которая была готова упасть в обморок или разрыдаться. Затем он внимательно посмотрел на Лизи; его взгляд был странно острый, но тон остался легким.
— Я знаю, у вас щедрая душа, тетушка, — мягко добавил он.
Лизи понятия не имела, кто это такой. Но Элеонор вздохнула:
— Да, они и правда проехали некоторое расстояние. Мои племянницы родом из Лимерика.
Она произнесла это слово так, словно оно было оскорбительным. Затем посмотрела на них:
— Охотитесь за наследством? Я вас не приглашала!
— С нами все в порядке, большое спасибо, тетя Элеонор, — твердо сказала Лизи, — хотя, как вы видите, Анна немного устала из-за поездки.
Элеонор хмыкнула.
Рори быстро взглянул на Лизи, затем снова на Анну — было невозможно прочесть его взгляд, — затем снова повернулся к тете:
— И не познакомите ли вы меня с этой белокурой красавицей?
Элеонор пренебрежительно фыркнула, затем посмотрела на Анну:
— «Белокурая красавица»? Что ж, она была красавицей, но сейчас о ней вряд ли можно сказать такое. Рори, это сестры Фицджеральд, Элизабет и Анабель, дочери моего брата Джеральда. — Она повернулась к Лизи и ее сестре: — Этот негодяй — мой племянник, его покойная мать была сестрой лорда де Берри.
Рори, смеясь, отвесил поклон.
— Рори Макбейн, к вашим услугам, — с невероятной обходительностью произнес он.
— Не обращайте на него внимания, он неисправимый распутник, — резко сказала Элеонор.
Но Лизи уже поняла, что, несмотря
Анна внезапно издала тихий звук и схватила Лизи за руку. В тот момент она начала падать, ее колени подкашивались. Рори Макбейн метнулся вперед и, когда Анна почти рухнула на пол в обмороке, подхватил ее на руки. Больше не улыбаясь, он быстро произнес:
— Перестаньте, Элеонор, ваша племянница больна.
И он пошел с Анной на руках по дому; было видно, что он хорошо знал его устройство.
Лизи в страхе побежала за ним, Элеонор шла за ними по пятам.
— У нее слабое телосложение, — сказала она ему в спину. Ей было страшно, что Анна больна. Она знала, что напряжение от обмана, который они затеяли, так влияет на сестру. — Путешествие было трудным для такого слабого человека, как она.
Рори провел их в шикарную гостиную среднего размера, уложив Анну на диван.
— Леклерк, — приказал он, — принеси мне соль!
Лизи опустилась на колени рядом с ним, взяв Анну за руку. Рори посмотрел на нее:
— Она часто падает в обморок?
Лизи помедлила, встретившись с ним взглядом; его глаза были зеленые, как весенний ирландский день.
— Иногда, — ответила она, добавив еще одну ложь.
Лизи внимательно посмотрела на него и поняла, что он что-то заподозрил. Она чувствовала, что мужчина умен и проницателен, и боялась, что он разоблачит их.
— Она уже несколько дней не падала в обморок, — быстро сказала Лизи, убеждая себя, что он не может подозревать истинную причину обморока.
Анна сейчас была полной, так как у нее шел пятый месяц беременности, но юбки носила с высокой талией. Вся одежда была расшита, и они продолжали скрывать ее слегка выросший живот. Конечно, через месяц или чуть больше будет видно, что она беременна. Лизи продолжала сжимать руку Анны, надеясь, что та очнется.
Рори испытующе посмотрел на нее, затем сказал:
— Элеонор, вы должны вызвать своего врача.
— Нет! — воскликнула Лизи и быстро улыбнулась ему. — Это легкая простуда, только и всего, — сказала она ему. — Анна будет в порядке.
Рори смотрел скептически, и Лизи с ужасом ждала. В этот момент вошел Леклерк, протянув Рори соль.
— Спасибо, — сказал Рори, поднеся ее прямо к носу Анны.
Она тут же закашляла, заморгав.
Он еще раз помахал солью. Анна снова закашляла и полностью очнулась, Рори медленно поднялся. Лизи быстро заняла его место, сев рядом с Анной. Все еще сжимая руку сестры, она встретилась с ней взглядом.
— Ты просто упала в обморок, — мягко сказала она.
— Извините, — удалось выдавить Анне.