Маскарад в городе грехов
Шрифт:
— Фотографируем и уходим, — решил Леша.
Да, с собой брать не вариант. Пока я делала снимки, хотя даже не уверена была, что это нам пригодится, Леша заинтересовался каким-то документом.
— Это тоже фотографируй, — протянул мне.
Я только успела заметить знакомую фамилию в одной из строк. Любопытство, конечно, зашкаливало, но оно, как известно, губит не только кошек.
Быстро положив все обратно в сейф, Леша взял меня за руку и потянул из кабинета, не забыв вернуть жалюзи в исходное
Мы только ступили на последнюю ступеньку, как мой благоверный остановился и приложил палец к моим губам.
Я сжала его ладонь и тут услышала тихие шаги со стороны той же стеклянной двери, где зашли и мы.
Судя по всему, не только мы такие отчаянные, что отважились забраться в дом местного царя.
Я закрыла глаза, вжалась в стену, пусть слиться с ней было проблематично, и понимала, что вошедший никак нас не обойдет.
И в следующий момент Леша отпустил мою ладонь. Я открыла глаза, снова привыкая к отсутствию освещения, и услышала лёгкий вскрик, за которым последовал звук падающего тела.
— Да ты Рэмбо, — прошептала, рассмотрев на полу бесчувственного человека. — Вырубаешь всех по торгам и чужим домам.
— Не умничай, двигай ножками, он скоро очухается.
— Подожди, мы даже не посмотрим, кто это?
Человек лежал лицом вниз, я обошла его, присела на корточки, пытаясь рассмотреть, а потом чуть не упала на пятую точку.
— Ешкин кот! — сказала слишком громко.
Глава 43
— Ивонна! — зашипел на меня Леша.
Я поднялась и пошла за ним к выходу. А вот парня, честное слово, было жаль. Уже второй раз за столь короткий срок его вырубают.
Но заговорили мы об этом, только когда оказались на безопасном расстоянии от дома Мележа.
— Это ведь был Денис? — спросил Леша.
— Точно, — кивнула я.
— Странно, очень странно, — задумался благоверный. — Они с Андреем вроде как с детства дружат. Зачем Денису забираться ночью в дом друга детства?
— Может, стоит присмотреться к этому парню? Попросим Эда раскопать на него информацию.
— Ладно, давай пока в гостиницу, там подумаем.
Входили мы по отдельности. Я первая вошла в холл и, кивнув Тасе, поднялась наверх. Ботаник нервно рассекал пространство номера, в то время как Мележ мирно сопел в том же положении.
— Наконец-то! — воскликнул мой протеже, едва ли не заламывая руки.
— Что ж ты орешь-то? Не видишь, человек спит.
— Да ты меня до инфаркта доведешь!
— Сходи тогда к кардиологу, а то затянешь и попадешь на стол к Константину Ивановичу.
Ботаник покраснел, казалось, вот-вот лопнет от злости, но ответить ничего не успел, потому что в дверь громко постучали, а Мележ замычал во сне.
— Дверь открой, — шепнула своему разбушевавшемуся протеже и аккуратно вернула ключи Андрею Витальевичу в карман,
— Ой, — услышала от двери и как ни в чем не бывало устроилась на краешке кровати.
Весь пыл Ботаника угас — за дверью стоял папуля собственной персоной. И это только полбеды. Зигмунд Давидович явно находился не в самом лучшем расположении духа. Точно генералиссимус юридических войск.
— А это что за хрень? — ткнул папа в Мележа пальцем, когда без особого сопротивления со стороны Ботаника оказался в номере.
— Это не хрень, пап, а Андрей Витальевич, — покачала я укоризненно головой. — Не надо так тварь божью называть.
Отец уставился на меня, как на умалишенную. Впрочем, этот взгляд для меня не нов.
— Вы его грохнули, что ли? — нахмурился папа.
— Ты что, с ума сошел? Устал человек, отдыхает, — развела я руками.
— Дурдом, — коротко вынес вердикт.
Да здесь весь город как филиал психушки. Чего удивляться-то? Я, наверное, удивлюсь, только если сейчас кто-нибудь прибежит с новостью, что местный рыбак поймал русалку. И это лишь при условии, что у рыбака есть справка из психдиспансера.
— А ты почему влетел в номер Бо… Ивана Андреевича, будто за тобой гонятся адские гончие? Или действительно глюки словил после самогонки Ивановны?
— В кого ты такая?..
Папа замолчал, поняв, что на этот вопрос у меня найдется только один ответ. В тебя, папочка.
Странно, что от наших перепалок Мележ не проснулся, зато Ботаник притих.
Кстати, Тася видела, что я вернулась, поэтому…
— Оставлю вас, — поднялась я, и несчастный Ботаник, кажется, не просто побледнел, а позеленел.
Ну да, он с одним Мележем, причем спящим, чуть с ума не сошел, а тут ещё папуля с бодуна.
— Куда ты?
— На свидание, — расплылась в улыбке. — И вообще, подобные вопросы стоило задавать, когда мне было лет шестнадцать. Кстати, — перебила я папу, хотя он ещё ничего не сказал, но явно собирался, уж я-то его знаю. — Пока разберитесь вот с этим.
Я сунула ему в руки свой телефон с открытой галереей фотографий и быстро ретировалась из номера, не забыв вытащить из папиного нагрудного кармана ключ от его номера.
Лучше воспользуюсь пожарной лестницей, мы с ней уже почти сроднились.
И да, пусть папа с Ботаником тоже проявят креативность, когда Мележ очнётся. Боюсь, если он увидит меня, то лягу я в отдаленном морге рядом с Варварой.
Место, назначенное Тасей, я нашла без труда, даже в темноте узнала. Только бы шею не свернуть.
Сколько раз я подумала об этом, приехав в город? А если бы ещё не думала, чтобы мне кто шею не свернул, то и забот было бы меньше.
За такими неимоверно весёлыми мыслями меня и застала Тася.