Маскарад смерти
Шрифт:
– Итак, эти свидетели видят меня в руках Смерти, как и Гарнью, который утверждает то же самое о Дизарде. Они хотят заставить нас поверить в то, что Дизард так же поднял руки и боролся против костлявых рук, которые так или иначе были невидимыми. А вы случайно не видите еще чьих-нибудь рук, кроме моих, уважаемые судьи? Можете вы видеть костлявые пальцы Смерти?
Произнеся это, Земан неожиданно пошатнулся. Гортанный вопль вырвался из его горла. Его тело выпрямилось во весь рост и наклонилось назад, словно схваченное невидимыми руками. Потом невидимая хватка, очевидно, ослабла, поскольку Земан упал вперед,
Судья ударил молотком и объявил перерыв. Он затянулся надолго. Марк Земан был мертв. И умер он именно таким способом, который высмеивал как нечто невозможное. Он умер от невидимых рук Смерти, сжавших его горло.
Доктора пришли к выводу, что он умер от остановки сердца, и заседание суда было возобновлено, причем обвинение представлял один из помощников Земана. Но присяжные уже не рисковали, после того как увидели, что может сделать Смерть, которая для большинства остается невидимой. Они единогласно оправдали Пола Гарнью.
Пол Неплохо выкрутился, поскольку он поспорил на свой последний доллар, что его оправдают. Он повсюду ходил с видом оскорбленной невинности, просаживая все больше денег.
Старик Мироу оставил свой бизнес и засел за работу над костюмом и маской, которые должны были стать шедевром. Затем, сообразив, что все начинается сначала, он забросил эту работу и помалкивал. Полу это было известно, поскольку он внимательно наблюдал за Мироу. Детектив Блэнк, в свою очередь, не спускал глаз с Пола. Он сообщил это своим начальникам:
– Я все еще думаю, что Гарнью убил Дизарда, поскольку он нуждался в деньгах. Если они опять ему понадобятся, он попытается снова совершить убийство.
Но, несмотря на безрассудную игру, у Пола деньги не кончались.
Во время своего непродолжительного богатства он завел нового друга, Стива Лукаса, который принял его за состоятельного человека и одалживал ему деньги, когда тот в них нуждался. Прошел год, и снова приближался карнавал. У Стива накопилось много расписок Пола, почти на 10000 долларов.
Хуже всего было то, что Полу в последнее время везло и у него была почти вся эта сумма. Но Пол не мог ее отдать, он скорее дал бы голову на отсечение, чем вернул бы свой долг. Вместо этого он поступил очень умно. Во-первых, он начал убеждать Шарлотту в том, что она видит фигуру Смерти, кружащую возле Стива, и она поверила в это, как и в случае с Дизардом. Если бы даже Шарлотта не была убеждена, Пол ничуть не беспокоился. На этот раз все было хорошо продумано.
У Мироу Пол узнал, что старик по-прежнему видел Неумолимую Жницу, но перестал вести систематические записи. Это было тоже ему на руку. В этом году Пол намеренно купил костюм Командира Пиратов, но он не надевал его у Мироу. Он просто взял его и сообщил об этом Шарлотте и своим друзьям. Он сделал так специально, чтобы во время карнавала все знали, что он будет Командиром Пиратов, как в прошлом году он хвастал, что будет Смеющимся Кавалером.
Все это дошло до детектива Блэнка.
Потом, в конце Дня Жирного Вторника, когда магазинчик Мироу был почти пустым, Пол зашел к нему и сказал: - У меня есть друг,
Наконец они договорились, и Мироу назначил цену. Пол заплатил.
– Мой друг дожидается на улице, - сообщил он Мироу, - я разыщу его и пошлю сюда. Он не хочет быть узнанным, поэтому не уделяйте ему много внимания. И не говорите об этом никому. Вы меня понимаете?
Мироу все понял. Пол вышел, и вскоре в магазинчик зашел его друг, сутулый, неуклюжий мужчина, чье лицо скрывал поднятый воротник. Он прошел в самый темный угол магазина. Там человек выпрямился и стал Полом Гарнью. Он нашел особый костюм и надел его. Когда он приготовился, то снова сделал неуклюжей свою походку и остановился, чтобы спросить хозяина чужим, неузнаваемым из-под маски голосом: -Ну, как я выгляжу, мистер Мироу?
Мироу бросил оценивающий взгляд, наклонил голову назад и начал хихикать. Хихиканье перешло в смех, потом в хохот. Он продолжал и продолжал смеяться таким смехом, который Пол никогда не слышал. Это, разумеется, было добрым знаком, поскольку старик становился печальным, когда видел невдалеке фигуру Смерти.
Пол вышел из магазина. Пройдя квартал, он позвонил Шарлотте и сказал ей: - Нас ждет у себя Стив Лукас, поскольку я обещал, что мы зайдем за ним, когда отправимся ужинать. Бедный парень, мы должны позаботиться о том, чтобы он хорошенько повеселился, прежде чем за ними придет Смерть. Значит, встречаемся у него, прямо сейчас.
Было время Карнавала, Стив Лукас не запирал дверей. Когда Шарлотта вошла к нему, Стив, маленький человечек, стоял в гостиной в костюме печального клоуна. Он как раз приветствовал Шарлотту, когда створки стеклянной двери, выходившей на веранду, отворились и фигура Смерти скользнула в комнату.
Никогда, даже в самых ярких фантазиях, Шарлотта не видела эту фигуру столь впечатляющей, да и Жница никогда не являла свою власть столь могущественно. Смерть схватила Стива сзади своими костлявыми руками и трясла его, как терьер треплет крысу. Маска Клоуна упала с лица Стива, и Шарлотта видела, как у него вылезают глаза и синеет лицо. Поняв, насколько смертельна хватка Жницы, Шарлотта выбежала на улицу и стала звать на помощь. На пороге она налетела на человека в костюме Командира Пиратов и обрадовалась другу:
– Скорее, Пол! Там Стив - но его схватила Смерть... может быть, уже слишком поздно, - задыхаясь, говорила она.
Но было еще не слишком поздно. Стив задыхался, когда Командир Пиратов добежал до гостиной и выхватил из-за пояса старинный пистолет. Он прицелился в Смерть, и, к удивлению Шарлотты, Неумолимая Жница, которая не должна ничего бояться, сделала странную вещь. Она отбросила Стива и, вместо того чтобы исчезнуть, устремилась на Пирата, пытаясь отнять у него пистолет.
Во время этой схватки пистолет выстрелил. Пуля досталась именно Смерти, поскольку та свалилась на пол. Когда зажгли свет, Шарлотта увидела, что в действительности это не был скелет. Просто костюм был сшит из черного бархата, на котором белой краской были изображены ребра и кости. Череп тоже был нарисованным, он откатился, как отвязанный шлем, открывая лицо, скрывавшееся под ним.