Маска счастья
Шрифт:
В теплой темноте «BMW» по дороге домой Юрий долго распространялся о планах театра на будущее, рассказывал о последних сплетнях и интригах.
– Ну почему ты меня не спросишь, как мои дела? – не выдержала я.
– Наслышан, наслышан, – насмешливо протянул он. – Ну, потешила местных мафиози, и ладно! Мы же здесь настоящее дело делаем, не какая-нибудь деревня…
Злые слезы жгли мне лицо:
– Значит, ты считаешь, что мое место только в деревне?
– Ну, не надо так критично, – засмеялся он, – просто сейчас не время, понимаешь?
«BMW» затормозил
– Приглашаешь? – Юрий взялся за ручку дверцы машины.
– Нет, дорогой, – отрезала я. – Хочу попрощаться с тобой. Наверно, надолго.
– Подумать только, какая звезда! – Он с грохотом швырнул мой вынутый из багажника чемодан на асфальт. – Еще на пузе приползешь!
Когда я вошла в квартиру, на меня пахнуло нежилым. Было в этом запахе нечто тревожащее, горьковатое, я оглянулась – на тумбочке, свернувшись в трубочку, лежали сухие кленовые листья – как привет старого друга из далекого сентября. Не снимая пальто, бросив чемодан, я решительно схватила телефонную трубку:
– Справочная? Когда ближайший рейс в Новосибирск?
Сувенир
– Добрый день. Коммандитное товарищество «Лорен и Компания» слушает, – скороговоркой проговорила Ирина Дятлова в трубку, продолжая делать на полях документа пометки. Первоклассница дочь трезвонила с душераздирающими проблемами каждые десять минут.
Анна Георгиевна, старший секретарь-делопроизводитель, похожая на старуху Шапокляк, неодобрительно глянула поверх очков. Чувствовалось, что у нее на языке так и вертится едкое замечание: «Детей надо воспитывать дома».
Звонок:
– Добрый день. Коммандитное това…
– Мам, – зазвенел в трубке дрожащий от слез голос Ксюши, – ты все неправильно объяснила, опять ответ не сходится.
Ирина с опаской бросила взгляд в сторону делопроизводителя. Та демонстративно сбросила с мясистого носа очки – понятно, будет небольшое наставление.
– Ксюша, ну выучи пока стихотворение, которое вам задали, – прошептала умоляюще в трубку Ирина.
– Ну, мам, ты же сама говорила, что дело на полпути бросать нельзя! – плаксиво напомнила дочь.
– Ксения, я тебе сама перезвоню!
– А что, Ирочка, вы все уже отпечатали? – ласково осведомляется Шапокляк.
Не в бровь, а в глаз – документы лежат пока нетронутыми.
Опять звонок.
– Слушаю, – прошамкала в трубку Анна Георгиевна. Она – единственная на фирме, кому позволительно так отзываться по телефону – вставные челюсти не дают ей возможности выговаривать слова «коммандитное товарищество».
«Это никогда не кончится. Как же все омерзительно! Доля несчастная ты, секретарская», – думала Ирина, обреченно стуча по клавишам компьютера.
Ровно в шесть Анна Георгиевна аккуратно сложила в мохнатый футлярчик очки, взяла необъятных размеров баул и со словами: «У меня сегодня массаж, я пойду?» – ткнулась в кабинет шефа. Шеф не возражал – Анна Георгиевна была тещей его институтского товарища, и весь коллектив фирмы знал – Шапокляк будет последней, кого отсюда уволят.
Ирина осталась, автоматически
По традиции семья Дятловых справляла новогодний праздник у своих друзей – Шуры и Светы Порецких, а на Рождество Порецкие приходили к Дятловым. Всегда было легко и весело. Однако уже с середины декабря Света и Шура объявили о внезапных болезнях, трудностях, горестях и общей усталости, намекая изо всех сил, что в этот новогодний праздник Дятловы должны поискать себе другую компанию. Обидевшись, семья Дятловых решила остаться дома и отпраздновать Новый год в узком кругу у голубого экрана телевизора.
В ночь под Новый год Ирина выбросила старые домашние тапочки и отрезала косу. Что-то подсказывало, что в грядущий год ее ждут перемены, и начнется новая жизнь. Огоньки электрогирлянды на елке, запахи салата оливье и прочих вкусных вещей, а также старая, неувядающая комедия «Ирония судьбы» создавали приподнятое, лирическое настроение.
С бутылкой коньяка и лимоном муж пристроился на диване, как в засаде. Ясно, что он покинет свой пост только в половине двенадцатого, когда придет пора провожать Старый год. Ксения спала, добившись твердого обещания родителей, что к полуночи ее разбудят. Яркие звезды поблескивали на морозном небе, время от времени раздавались звонки друзей с поздравлениями.
В Ирине росла и крепла уверенность, что там, в новом году, с ней должно произойти что-то потрясающее. Тапки полетели в черную трубу мусоропровода, а отрезанная коса, завернутая в шелковый платок, нашла себе место в ящике платяного шкафа.
Третьего января Валера Дятлов провожал жену с дочкой в Италию, куда они улетали на пятидневный отдых. Возбужденная Ксюша вертелась, надоедала расспросами, пела какие-то песенки и, устав, уснула в самолете.
Италия встретила эмалевой голубизной неба, ослепительным солнцем, запахом кофе, автомобильными пробками и яркими клумбами. Пять дней пролетели, как один короткий миг. Ночами Ира не могла уснуть, она вскакивала с постели и подбегала к окну – неужели она в Риме, в этом вечном городе, празднично гудевшем и залитом огнями.
В последний день, утром, как того требовала туристическая традиция, Ирина с дочкой отправились в кафе «Греко». Все знаменитости мира считали своим долгом посетить «Греко» – здесь запросто можно было увидеть Майкла Дугласа в компании с Клаудиа Шиффер, принцессу Боргезе или министра здравоохранения Италии. Напитки и угощения стоили баснословно дорого, уютный зал в стиле начала века гудел, словно пчелиный рой. Но никого из знаменитостей сегодня не было, и разочарованная Ира, заказав Ксюше мороженого и сока, а себе кофе с пирожным, принялась рассматривать посетителей. Она несколько раз обводила глазами зал и не могла отделаться от ощущения легкого дискомфорта.