Маска чародейки
Шрифт:
— Это не чудачество. Какое-то чудесное превращение. Но я не могу понять его причины. Мне оно нравится, просто я озадачен.
Я пожала плечами, изобразив нетерпение.
— Теперь у меня есть обязанности.
Ли робко вошла в дом. Мне она понравилась, она не похожа на остальных членов семьи. Я и раньше поняла, что она в беде, а теперь я не сомневалась в этом.
— Входи, Ли. Ты знаешь, что мы просим тебя делать?
По ее взгляду я поняла, она больше боится Малкома, чем меня, это меня
— Медсестра мне рассказала, — ответила она.
— Будешь давать миссис Белл лекарства. Если ей станет хуже, сразу зови на помощь. Ты взяла с собой шитье?
Она кивнула, и я положила ладонь ей на плечо. Мне хотелось уговорить ее открыть мне свою беду. Понимаю, что мало людей рискнули бы поделиться своими секретами с Сюзанной, но я иногда забываю, какую я играю роль, а это весьма глупо, потому что подозрения Малкома все усиливаются. Я постоянно ловлю на себе его испытующий взгляд. Вскоре он станет задавать мне вопросы, на которые я не смогу ответить. У меня сложилось такое впечатление, что он знает о моем обмане, но он просто выигрывает время, ожидая, когда я сама себя разоблачу.
— Ты отлично со всем справилась, — похвалил он меня на улице, — как будто ты все время управляла поместьем.
— Я рада, что ты такого мнения обо мне.
Он взял меня под руку. Я напряглась и хотела выдернуть руку, но не стоит придавать значения мелочи.
— Здесь скользко, можно упасть, — оправдал он свой жест.
Он помог мне сесть на коня и улыбнулся, но удивление в его глазах не проходило.
Вечером с нами ужинал Джеф. Разговор шел о хозяйстве. Эмералд откровенно скучала. Она пыталась увлечь нас беседой о ее интересных болезнях, но мы слушали ее вполуха.
— Врач говорит, миссис Белл не выживет, — объявил Джеф. — Она уже умерла бы, если бы вы не посетили ее тогда. Вовремя привезли врача. Но она все равно не жилец, ее дом скоро освободится. Возникнет вопрос, кого там поселить.
— Кого ты считаешь наиболее достойным, Джеф? — поинтересовался Малком.
— Семью Беддок. Они не хотят жить с родителями, там тесно. Коттедж им подойдет. Том хороший работник.
— Ты с ним уже разговаривал? — спросил Малком.
— Нет, пока рано говорить. Миссис Белл еще жива.
— Безусловно, может показаться, как будто мы стараемся убрать старушку с дороги, — запротестовала я.
— Но коттеджи предназначены для рабочих, — напомнил Джеф.
— Ее муж работал на нас. Несправедливо при потере мужа терять и дом.
— Это бизнес. Дом — часть зарплаты. Мистер Эсмонд позволил миссис Белл доживать в коттедже.
— И правильно сделал, — горячилась я.
— Конечно. — Малком поддержал меня.
— Согласен, но поместью не пойдет на пользу, если в коттеджах будут жить одни старые вдовы.
— Ну, бедная
— Давайте не будем это решать, пока коттедж не освободится, — твердо заявила я. — Мне не нравится говорить, как будто Гренни Белл уже умерла.
Я излишне разгорячилась, но думала, каково быть бедной, старой, обузой для всех.
— И пока не говорите им ничего. Они станут обсуждать, мне это не нравится. Отложим пока решение этого вопроса, — предложила я.
Мы заговорили о другом. Иногда я ловила на себе взгляд Малкома, он тепло улыбался, и я была счастлива.
На следующий день я навестила миссис Белл. Ли шила. При моем появлении она спрятала работу под фартук и сильно покраснела. Я подумала, какая она красивая.
— Как у нее дела? — спросила я.
— Она ничего не делает, просто лежит.
— Я немного посижу с ней. А ты сходи на ферму за молоком, счет пусть пришлют в замок. Разомнешь ноги.
Ли подчинилась, положила шитье на стол и молча вышла. Она напоминает мне олененка.
Гренни Белл лежала с закрытыми глазами. Я представила, как много лет назад они пришли сюда молодоженами, воспитали двух детей, теперь они женаты и разъехались. Гренни тяжело дышала. Я подошла к столу и увидела, что ожидала: Ли шила сорочку для новорожденного.
Бедная девочка! Ей только шестнадцать, и она скоро станет матерью. Без мужа, лишь жестокая семья. Как жаль, что я не в силах ей помочь. Но мне хочется ей помочь.
Я подошла к кровати, и Гренни открыла глаза. Она меня узнала.
— Мисс Сю… — пробормотала она.
— Да, я здесь. Не напрягайтесь, не разговаривайте. Мы о вас позаботимся.
В ее глазах застыло удивление, которое она не могла выразить словами.
— Бла… благослови вас Бог. Я поцеловала ей руку.
— Не… мисс…
Не мисс Сюзанна. Она это хотела сказать. Сюзанна никогда не заботилась о старых и больных. Она не сидела у их изголовья. Я знала, что вышла из роли, но мне было все равно. Мне хотелось успокоить бедную женщину. Думаю, она поняла мой порыв. Она продолжала держать меня за руку до прихода Ли.
— Подогрей молоко и попробуй ее напоить.
Ли пошла на кухню. Гренни заснула, и я присоединилась к Ли. Она подняла на меня глаза, из которых не исчезал страх.
— Вы хорошая, мисс Сюзанна, чтобы они не говорили. Вы теперь изменились… Вы теперь не такая, как раньше.
Она не знала, что растревожит меня своими словами.
— Спасибо, Ли. Если у тебя есть проблемы, если нужна помощь, можешь обратиться ко мне… Понимаешь?
Она кивнула.
— У тебя что-то случилось? Ты о чем-то беспокоишься?