Машины
Шрифт:
Единственное, что их всех объединяло — это ненависть к людям. Пээсы хотели лишь одного — убивать всех, до кого смогут дотянуться.
Рявкнул дробовик «Красовища» и выпустил в кравшегося по левому флангу пээса россыпь вольфрамовых шариков… тварь была быстра, при звуке выстрела она дернулась в сторону, но радиус поражения картечи был очень велик. Три крупные дробины попали в пээса, и тот упал. Его голова и грудь взорвались, и на землю полилось то, что текло у них по венам.
Твари продолжали приближаться, а Грейвс потихоньку пятился назад, примерно каждые шесть секунд
На него бросился пээс — четырехлапая тварь, дышавшая энергией инопланетного измерения. Он распахнул огромную пасть, демонстрируя несколько рядов острейших зубов. Грейвс дернулся и поднял для защиты от твари правый манипулятор. Не то, чтобы он так планировал, скорее, просто повезло, но ему удалось поймать пээса в прыжке и изо всех сил сжать его в стальные тиски.
Захваченная тварь принялась активно вырываться, дергать задними лапами и корябать острыми зубами толстую броню «Красовища». В какой-то момент Грейвс даже подумал, что пээсу удастся пробить броню, но манипулятор сжался сильнее, и тварь разлетелась на части веером разноцветных ошметков.
Как подобралась другая гадина, он даже не заметил. Она оказалась здоровой, крепкой и быстрой. Тварь с легкостью опрокинула экзомех, словно ребенка. Гиростабилизаторы «Красовища» протестующее взвыли и попытались скорректировать падение, раз уж предотвратить его не удалось. Экзомех с грохотом рухнул, на какое-то время Грейвс даже потерял ориентацию в пространстве.
Когда он пришел в себя, тварь уже взобралась на броню и активно пыталась разбить «фонарь» кабины всего в полуметре от лица Хэнка. Толстое стекло какое-то время продержится, но недолго… нужно с этим заканчивать и поднимать «Красовище» на ноги.
Тварь слишком близко, от орудий толку никакого, поэтому Хэнк включил небольшой резак на правом манипуляторе. В зависимости от настроек, резак позволял или распиливать, или, наоборот, сваривать металл. Он был единственной оригинальной деталью экзомеха, которую так и не сняли.
От раскаленной струи прямо в брюхо пээс задергался, но хватку не ослабил и продолжил колотить по стеклу кабины. Казалось даже, что стало только хуже. Он никак не мог попасть резаком в какие-то жизненно важные точки твари и почти полминуты отбивался от её атак, прежде чем наконец нашел подходящую. Инопланетное создание скорчилось и издохло.
Хэнк выключил резак, столкнул с себя тушу пээса и попытался подняться. Экзомех был не самой поворотливой машиной, на то, чтобы встать на ноги, у Хэнка ушло добрых пять минут. Если бы рядом находился ещё хоть один пээс, человек наверняка был бы уже мёртв.
Весь потный — машина очень сильно грелась — Грейвс проверил сканеры и включил рацию.
— Милая?
— Я здесь, Хэнк, — тут же отозвалась Бет. — Ты как?
— Пара царапин, пара синяков, в остальном целый. Как там у остальных?
— Дорогой, кажется, у нас проблемы…
В отличие от других колонистов, у которых на одну семью приходилась одна небольшая ферма, семья Сингха представляла собой полигамную общину, владевшую вдвое большими землями, чем остальные. Грейвс и другие узнали, что на его хозяйство приходилось три «брачных договора», что закону колонии позволяло содержать три экзомеха.
«Полумесяцем» управлял старейший член семьи — Ясван Сингх. Основой его машины послужил старый строительный мех. За годы эксплуатации разные поколения семьи Сингхов навесили на него несколько толстых слоев брони и самое разное оружие.
Двумя другими машинами были «Ястреб» и «Орёл». Они были гораздо меньшего размера и сделаны из грузовых дроидов. Быстрые и ловкие, они были созданы для ближнего боя и занимались исключительно защитой «Полумесяца», чтобы тот мог бить пээсов с дальней дистанции.
Троица уже зачистила два очага прорыва и приближалась к третьему, «Ястреб» и «Орел» бежали впереди, а неторопливый «Полумесяц» тащился за ними. Ясван поставил машину на автопилот, а сам занялся обновлением тактической карты, данные на которую поступали с различных датчиков по периметру надела и со спутников в небе. Обновленная карта показала усиление активности, значит, нужно было вести себя осторожнее.
— «Орел», «Ястреб», — сказал он по рации. — Дождитесь меня на холме… тут что-то не так.
— «Ястреб» принял, — сказал его старший сын Агун. — Холм чист, держу левый фланг.
— «Орел» принял, — сказал Кубаи — муж дочери Ясвана. — Зачистку закончу через 15 секунд, держу правый фланг.
— Тут ничего нет, брат, — сказал Агун. — Пойдем до следующего холма?
— Нет, — ответил Ясван. — Нужно оценить ситуацию, пока не забрались слишком далеко от дома.
— Здесь чисто. Нечего оценивать, — заметил Кубаи.
— Вот именно… а должно быть.
Экзомех Ясвана поравнялся с другими машинами, и его взору открылось простиравшееся внизу поле. Следующий холм находился более чем в километре от них, а между ними располагалось скопление шлюзов, готовых открыться в любую минуту.
— По первоначальным данным за этим холмов должно открыться шесть врат… а сейчас датчики говорят, что их всего четыре.
— Чем меньше дыр, тем ведь лучше, да? — поинтересовался Кубаи.
— Врата никогда не исчезают, — ответил на это Ясван. — Они сначала открываются, затем закрываются. Здесь же они ещё не успели открыться, как два шлюза уже исчезли.
— Ничего не понимаю, — сказал Агун.
— Я тоже, — ответил Ясван. — Ну вот, сенсоры показывают, что их осталось только два.
— Хэнк, ворота на вершине хребта закрываются, — сообщила Бет. — Не открываются, а сразу исчезают примерно через пару минут.
— Есть картинка с вершины? — спросил Грейвс. — Видимо, что-то сбивает датчики.
— Прости, дорогой, но беспилотник вырубился. Я достала ещё три и поставила на них камеры. Скоро они будут в воздухе.