Маруся
Шрифт:
Саламандры не было, значит, теперь она вполне себе смертная, никакого чуда не произойдет, кровь не восстановится, и она просто умрет. Как это банально.
Разноглазый сидел напротив за большим длинным столом из черного дерева и читал газету. Он вел себя так непринужденно, будто ничего особенного не происходило, впрочем, он ведь был у себя дома и для него действительно ничего особенного не происходило.
– Вам нужна именно моя кровь? – решила уточнить Маруся.
Китаец опустил газету.
– Ну да, – спокойно
– И что, прямо вся? – не унималась Маруся. Ей хотелось оставить себе хоть какой-нибудь шанс.
– Нет, пока только часть, – сказал разноглазый.
Маруся вздохнула с облегчением.
– Но того, что останется, будет недостаточно для продолжения биологического существования, – неожиданно продолжил свою мысль китаец.
– Для какого существования?
– Для жизни, – уточнил разноглазый и отпил кофе.
– То есть я все равно умру?
– Перестань зацикливаться на этом. Это всего лишь смерть. Что ты знаешь о ней?
– Что я знаю о смерти? Я знаю, что тогда меня больше не будет…
– Всего лишь твоей физической оболочки.
– Вы что, мне про душу сейчас будете рассказывать?
– А ты не веришь в существование души?
– Да на здоровье, пусть существует! Мне как-то пофиг. Мне гораздо важнее, чтобы оставалась жива моя физическая оболочка.
– Это всего лишь кусок мяса, – с брезгливым пренебрежением сказал разноглазый.
– Во-первых, это мой кусок мяса, во-вторых, этот кусок мяса – я, в-третьих, мне нравится этот кусок мяса, и я хочу, чтобы он просуществовал как можно дольше…
– Он просуществует очень долго, – заверил Марусю китаец, – твое тело вместе со второй частью крови я заморожу и ты…
– Чего-чего?
– Заморожу.
– Как утку, что ли? – почему-то спросила Маруся и тут же сама удивилась, почему именно утку?
Разноглазый рассмеялся, видимо, ему тоже понравилось это сравнение.
– Ну, можно сказать и так.
– При заморозке кровь все равно испортится! – вспомнила вдруг Маруся.
– Поэтому я выкачаю из тебя всю кровь, но часть оставлю и…
– Нет, ну слушайте…
– М-м-м?
Маруся задумалась. Что-то тут не сходилось, и мозг отчаянно искал лазейку, через которую можно было бы избежать полного прекращения биологического существования…
– А что именно находится в моей крови, что вам так нужно? – спросила Маруся, переходя на более официальный тон. Как будто два ученых обсуждают какую-то глобальную межгалактическую проблему и ищут варианты ее решения.
– Некий ген, – таким же официальным тоном ответил разноглазый.
Маруся, конечно, удивилась, что в ее крови существует «некий ген», но сейчас было не до размышлений, надо было спасать свою шкуру, точнее ген.
– Ген можно синтезировать, – серьезным тоном заявила Маруся. – Не знаю, как у вас в Китае, а наши ученые…
– Этот ген нельзя синтезировать, – перебил ее разноглазый.
–
– Это я уже пробовал, – отмахнулся разноглазый и отбросил газету.
– Значит, у вас уже была такая кровь с неким геном? – обрадовалась Маруся.
– Я пробовал на твоей, – невозмутимо ответил разноглазый. – Когда тебя привезли, ты была вся разбита.
– Ох…
Маруся почувствовала комок в горле.
– И ничего не получилось, – покачал головой разноглазый.
– Так, может, вам не хватает квалификации? – рассерженно огрызнулась Маруся. Ее возмутил тот факт, что кто-то проводил опыты с ее кровью, пока она спала.
Разноглазый никак не отреагировал на ее агрессивный тон и только пожал плечами.
– Очень может быть. Вполне возможно, что этот способ вообще не сработает, но я не могу упускать шанс.
Маруся закипела от злости. Чокнутый китаец. Как же тебя переубедить?
В комнату вошла одна из китаянок, бесшумно подошла к разноглазому и что-то ему шепнула. Разноглазый внимательно выслушал ее и жестом приказал уйти. Его лицо немного изменилось. Марусе показалось, что новости, которые принесла служанка, не обрадовали его.
– Нам придется поторопиться, – разноглазый поднялся из-за стола.
– Куда?
– Я даже немного тебе завидую, – сказал он и протянул руку.
Несмотря на хорошее воспитание, Маруся решила проигнорировать доброжелательный, но неуместный жест потенциального убийцы…
Они пошли по коридору, но, к счастью, не стали спускаться в подвал, а, наоборот, поднялись по лестнице вверх. С балкона открывался фантастический вид на сад, воздух был на удивление свежим и даже слегка прохладным.
– Тебе надо успокоиться, – сказал разноглазый, – ты умеешь медитировать?
– Нет, – честно призналась Маруся.
– Тогда просто дыши. Вдыхай глубоко и думай о чем-нибудь приятном…
– Вы издеваетесь? – честно спросила Маруся.
Разноглазый не ответил. Он закрыл глаза и вдохнул так, что его ноздри раздулись. Потом задержал дыхание и медленно выдохнул воздух.
– Почувствуй сколько здесь разных ароматов, – тихо сказал разноглазый, не открывая глаз. – Расслабься и попробуй понять, что цветет в саду?
Маруся посмотрела на сад, потом на разноглазого, сделала глубокий вдох и прыгнула с балкона.
Густой кустарник с крупными розовыми цветами смягчил удар о землю. Маруся откатилась в сторону, – туда, где по ее расчетам разноглазый не мог бы ее увидеть, вскочила на ноги и побежала вдоль стены в сторону каких-то совсем уж непроглядных зарослей – ей показалось, что там они ее точно не найдут. «Непроглядные заросли» оказались плохим укрытием, ибо состояли из тонких веток причудливо переплетенных между собой плотной сеткой и сплошь покрытых мелкими листьями и колючками. Вот облом!