Марта
Шрифт:
Мы поднялись. Солнце почти опустилось за горизонт, окрасив в красноватые тона не только редкие облака, но и море. По правую сторону корабля, вдалеке простирался берег, ветер был попутный, с магом на борту других и не бывает, значит, завтра мы пресечем границу между Империей и Союзом Владетелей. Только попав на чужбину понимаешь, дома было не так уж плохо.
— Зачем вы провоцировали его? — спросил Орвид.
— Вы об этом хотели поговорить? — удивительно, сначала помогает, потом хочет поговорить обо мне.
— Нет, но вам надо успокоиться, а для этого надо выговориться, — по его виду не скажешь, что ему охота выслушивать меня.
— Не проще ли успокоить
— Я уже пробовал, не получилось, вы плохо поддаетесь воздействию. А если я буду давить сильнее, вы это почувствуете, но не думаю, что потом вы согласитесь мне помочь, — интересно, чем могу помочь магу — менталисту, да еще и не человеку?
— Все-таки, почему вы повели себя так неосторожно? Вы же целитель, а не боевой маг. Он вполне мог вас связать, бросить в трюм, развернуть корабль к берегу и сдать в первом же населенном пункте властям и вас бы сожгли как ведьму. Неужели, жизнь стоит такой глупой выходки? — он прав, прав во всем.
— Вы правы, не стоит. Я просто устала, очень. Устала, что меня воспринимают, как животное, племенное животное в лучшем случае. Даже отец считает, что я гожусь только на роль матери наследника нашего рода, богиня не дала ему сына, так он очень хочет внука. Уже распланировал его жизнь на годы вперед, кстати, мне уделяется в его планах только вынашивание и рождение. Вы когда-нибудь присутствовали при рождении ребенка? Нет. Следовало бы догадаться. Я думаю, если бы мужья принимали роды у своих жен, они относились к ним бы более уважительно. Я не понимаю, почему мужчины считают себя лучше нас женщин? Чем этот мерзавец лучше меня, я наследница древнего рода, мои предки все были магами, я получила хорошее образование и собираюсь продолжить его. Единственное отличие, он физически сильнее, но даже это ничего не значит, я щелчком пальцев могу остановить его сердце, так кто из нас сильней? Какое он имел право меня оскорблять? Объясните, почему я должна проглатывать оскорбления, не защищаясь, почему должна смиренно выполнять навязанную мне волю, если моим мнением, желанием даже не интересуются.
— Если бы вы выглядели согласно вашему статусу, он и не подумал бы вас оскорблять.
— Да, да, вы еще скажите, что я своим видом ввела его в заблуждение, и просто обязана перед ним за это извиниться. Или может, я задела эстетические струны его души, потопталась своим видом над чувством прекрасного? Ладно, оставим этот разговор, вы мужчина, вам меня не понять.
— Нет, почему же, я так понимаю, вы бы хотели признания своих талантов, восхищения поклонников? — на лице у него была невеселая усмешка, а в глазах грусть, наверно вспомнилось что-то свое.
— Нет, я хочу, чтобы меня оставили в покое и не лезли в мою жизнь, — и ведь, правда, хочу.
— Есть еще долг перед родом, родителями, вы об этом не задумывались?
— Моя мать умерла при родах, а отец вспомнил обо мне только два года назад, когда понял, что сына у него никогда не будет, я даже в родовом поместье ни разу не была, так что ему я ничего не должна. — Почему я все это рассказываю незнакомому мужчине? Магия? Или мне действительно надо было выговориться? Не знаю. Легче не стало, обида никуда не делась, но теперь я была уверена, что не сорвусь, что у меня хватит сил сдержать свои эмоции.
— Вы хотели меня о чем-то попросить? — хватит говорить обо мне, надо заняться делами.
— Мне нужен целитель, один из моих спутников ранен, кинжал был отравлен и рана плохо заживает, после ужина она опять открылась. Вы можете ему помочь? — он с надеждой посмотрел
— Надо посмотреть, не могу ничего обещать.
— Но вы согласны?
— Конечно, если это будет в моих силах, помогу.
— Пойдемте…
— Было бы лучше, если вы привели его в мою каюту, а то пойдут разговоры…
— Я накину «отвод глаз» и вас никто не заметит, — улыбнулся он, вот же, совсем забыла с этим путешествием про такие полезные магические мелочи. В империи я старалась совсем не магичить, боялась нарваться на последователей Единого, Росс говорил они чувствуют магию.
Каюта трех не людей была почти идентична нашей, только немного больше, ровно настолько, чтобы поместилась еще одна кровать, вот как раз на одной из них и лежал мой предполагаемый пациент.
— Морок снимите, — сказала я, подходя к лежащему парню. Секунда и морок стек с него, как вода. Передо мной лежал молодой парень, очень смуглый, с длинными почти белыми волосами, белые ресницы и брови, делали контраст еще большим, даже не видя его ушей и клыков, я догадалась, что мне «повезло» столкнуться с темными эльфами. Самая закрытая раса, населяющая наш мир, их боятся и презирают, о них ходит много страшных сказок, а может и не сказок, желающих их проверить нет.
— Мне надо помыть руки, — я постаралась не выдать своего изумления, как ни странно страха во мне они не вызывали. Я повернулась к Орвиду, хм, а он зачем снял морок? Окинула Орвида заинтересованным взглядом, когда я с ним разговаривала, в голове у меня сложился определенный образ, интересно было проверить, соответствует он ему или нет. Высокий, с правильными чертами лица, но без женственности, которая так присуща светлым эльфам. Фигура у него вполне мужская, неотягощенная лишними мышцами или салом. Все в нем выдает хищника, готового в любой момент напасть, и только глаза, казалось бы, живут своей жизнью, я не ошиблась они действительно фиолетовые.
— Я просила снять морок с пациента, свой могли бы оставить, — хмыкнула я, проходя мимо него к столу, на котором стоял кувшин с тазиком. — Полейте на руки, пожалуйста.
— Я просто решил удовлетворить ваше любопытство, — он взял кувшин, на белой фаянсовой поверхности его руки сильно выделялись, притягивали к себе внимание, длинные мозолистые пальцы, привыкшие держать оружие. Я скосила глаза на правое запястье, ни браслета, ни татуировки, почему-то от осознания, что именно этот темный не женат, у меня улучшилось настроение.
Я не стала задерживаться, села рядом с пациентом, подняла ему рубаху, аккуратно сняла промокшую от крови повязку, Орвид прав, рана плохая, видимо, удар должен был прийтись в сердце. Но то ли кинжал соскользнул по ребрам, то ли парень сам успел отклониться, это неважно, если бы кинжал не был отравлен, регенерация эльфов давно бы справилась. Сейчас же был воспален весь левый бок, края раны не сходились, и на них был серый налет, «серая гниль» только один раз я видела такое. В тот раз бабушка отказалась лечить, потому что «серая гниль» расползлась по всему телу, это было заметно на слизистых оболочках глаз и рта. Что я первым дело и проверила, рот был чистым, и глаза у паренька сверкали алыми всполохами, без всякого налета, что ж шанс у него есть. О чем я и поведала Орвиду и его спутникам. Так же предупредила, что не уверена в результате, но в любом случае, мое вмешательство отсрочит действие «серой гнили», и у них будет шанс добраться до хороших целителей. Мне дали добро, я же попросила оставить меня с пациентом наедине.