Марта. Путь к мечте
Шрифт:
— Ладно, с ребенком я все поняла, — как не было мне противно обсуждать эту тему, но надо дослушать отца до конца, вдруг это не все его планы. — Как, по-твоему, я должна заставить ректора жениться на мне? Дар я пока не контролирую, ты сам это признал. Не проще ли тебе с ним самому договориться, ну как с нером Трогом?
Я категорически не хотела замуж, а за Лирана Лайонела особенно, но мне надо было проявить некоторую лояльность. Пусть отец думает, что я смирилась со своей участью, его наглядная демонстрация, тогда с татуировкой, очень доходчиво мне показала, я с ним справиться пока не могу, и тень мне не всегда поможет.
— Нет, если я предложу ему тебя в жены, он, скорее всего, согласится, — я изумленно посмотрела на отца, что-то я не понимаю его логику, он мой взгляд истолковал по-своему. — Нас, потомственных темных магов осталось очень мало, дети рождаются редко. Ты же его заинтересовала с самого начала, не как девушка, а как носительница удачной наследственности. Мы с Лираном схожи характерами, поэтому я знаю, о чем говорю, только он старше меня лет на семьдесят, так что в нем больше цинизма, самомнения, подозрительности. Если я предложу ему тебя, он сразу заподозрит неладное, ведь мы не друзья. Он-то согласится, все-таки у нас в роду превосходные гены, но он запрет тебя в каком-нибудь отдаленном месте, возможно у эльфов, его бабка все еще жива, и до наследника добраться не будет никакой возможности.
— Хорошо, я все поняла, — но это не значит, что я буду так действовать. — Ты не ответил на главный вопрос. Как?
— Тут все просто, чаще мелькай перед ним, смотри в глаза, улыбайся. Нет, нет, изображать влюбленную дуру не надо, — я вздохнула с облегчением, не хотелось бы позориться. — Ты должна показывать вежливый интерес, не более, но в душе убедить себя, что он тебе нужен, дальше дар справится сам. Да, и ограничь общение с ухажерами, чтобы не распыляться.
Я встала, больше мне говорить с отцом было не о чем, все остальное о врожденных способностях эльфов, найду в библиотеке.
— Постой, ты так и не сказала, откуда у тебя деньги? — у отца было довольное лицо, он во всю, предвкушал предстоящую интригу.
— Клад нашли, Дирк ездил, обналичивал, привез мою долю в ценных бумагах.
Не знаю, удовлетворил мой ответ отца или нет, но спрашивать он ни о чем не стал, как и останавливать, видимо решил дать мне время смириться с его выбором. Ну, ну, пусть надеется.
Я вернулась из нахлынувших неприятных воспоминаний, только когда Габ пихнул меня в бок, оказывается господин Лайонел, без пяти минут мой муж, по словам отца, не сводил с меня своего изумрудного взгляда. Судя по тому, что глаза у него начали стремительно чернеть, выдавая крайнюю стадию недовольства, он уже давно наблюдает за мной. Дабы как-то реабилитироваться и отвлечь его, я посмотрела на него, как все девчонки или коровы, томными, круглыми глазами. Он слегка опешил, а потом его глаза окончательно почернели, стало быть, не поверил. Ой, что сейчас будет, за четыре месяца учебы, я уже успела узнать, больше всего ректор не любит, когда его не слушают.
— Леди Морита, вы не хотите ответить на мой вопрос? — вкрадчиво поинтересовался он, еще бы знать на какой.
— Да, конечно, если вы настаиваете, — пробормотала я, невинно хлопая ресницами и краснея.
— Я жду.
— Ой, простите, я не могу ответить так сразу, мне надо подумать, — старательно
— Садитесь леди, надеюсь, вам хватит на раздумье времени до конца лекции? Продолжим, записывайте, «Особенности становления государственности в Сайларене», подпункты «Роль переселения народов в становлении государственности» …
— Габ, что за вопрос хоть был, — прошептала, записывая лекцию. Вообще-то ректор у нас вел «Темную материю», а «Историю государств» вел практикант, ничем не выдающийся молодой человек, на его лекциях я, можно сказать, спала.
— Он спрашивал, о чем ты так задумалась, — прошипел друг в ответ, одаривая меня красноречивым взглядом, типа он уже никаким моим заскокам не удивляется. Да, с изображением собственной глупости, я перестаралась.
По окончанию лекции, не успели мы выйти из аудитории, как Габ накинулся на меня:
— Марта, что это было? Даже меня перекосило от твоей непроходимой тупости, — для наглядности приятель передернул плечами. — А этот восторженный взгляд на ректора, вот уж чего не ожидал от тебя.
— Что, так натурально вышло? — рассмеялась, глядя, на возмущенного вампира, ты смотри, как его пробрало, хотя я думала, удивить его невозможно. — А я всегда считала, что актриса из меня никакая.
— Вы себя недооцениваете леди Морита, — ледяной голос за спиной, заставил волосы на затылке зашевелиться, судя по изумленному взгляду Габриэля, он тоже не почувствовал приближения ректора. — Пройдемте в мой кабинет.
Господин Лайонел обогнул нас и пошел по коридору не оглядываясь, делать было нечего, я поплелась следом. Пока шла, размышляла о тактике поведения, врать было нельзя, от эльфов в нем действительно много, так что ложь он почувствует, придется выкручиваться.
У своего кабинета преподаватель остановился и придержал для меня дверь, не думаю, что это была вежливость, скорее необходимость. Я еще крайне неопытный маг, но почувствовать, насколько сильны охранные заклинания на кабинете, в моих силах. Я вошла, остановившись посередине, не зная, позволено ли мне сесть.
— Что это был за спектакль в аудитории, Морита? — улыбка коварного соблазнителя не сходила с его губ, неужели отец прав, и ректор видит во мне носительницу подходящих генов? Хотя пусть лучше так, чем он всерьез был бы мной увлечен.
— Извините, мэтр Лайонел, — от моего обращения мужчина поморщился. — Просто я тогда не расслышала ваш вопрос, пришлось выкручиваться.
— И о чем же вы задумались, если не секрет? — он присел на край письменного стола, поигрывая ножом для резки бумаг. У него получалось очень ловко, предмет мелькал в пальцах с головокружительной скоростью.
— Я не хотела бы об этом говорить, — сказала я, отвлекаясь от увлекательного зрелища.
— Почему? В ваших размышлениях было что-то предосудительное или вы мечтали о ком-то?
Это он о чем? Думает, я предавалась розовым мечтам о нем?
— Нет, мне вспомнился разговор с отцом, крайне неприятный, — разочаровала я ректора.
— И что же в нем такого неприятного было? — не отставал он.
— Извините, не думаю, что обсуждение моих семейных проблем будем вам интересно, — как можно вежливей ответила преподавателю, хотя так хотелось сказать: «Не ваше дело».