Март Вахрамеев
Шрифт:
— Это может быть постэффект от стимуляторов. Начинается откат, нужно вколоть антидоты.
— Нет, сейчас не время. А то совсем «поплыву». Не дрейфь, товарищ Роза, прорвемся!
Вывалились из створа они также мгновенно, как и вошли. Мигнул слепяще яркий свет, и они разом оказались в обычном, тихом, ночном воздушном пространстве. Только в этом новом осколке никаких двух лун не имелось, точнее, они не наблюдались сейчас.
Навигатор отчитался о параметрах. Высота, давление, сила и направление ветра, скорость
— Для начала, уйдем с главной воздушной магистрали. Так сказать, от греха подальше. Потом быстренько выскочим и нырнем в створ, — пояснил он свои действия.
— Обнаружен имперский штурмбот, — раздался лишенный каких-либо эмоций голос Искина — Двигается встречным курсом.
— Что такое не везет и как с ним бороться! — с досадой отозвался Вахрамеев, положив руки на штурвал.
Не ожидавший такой реакции кот, встрепенулся и вопросительно посмотрел на хозяина, дескать, что будем делать?
— А что нам остается? — пожал плечами пилот. — Вариантов не так много. Пока продолжаем лететь заданным маршрутом, а потом попробуем уйти в скалы и потеряться.
Шаттл сделал разворот и, выжимая из двигателей все, что можно, на форсаже пошел вперед.
— Противник сменил курс, идет наперехват.
— Рассчитай, где мы пересечемся с ними, и с какой дистанции он сможет нас атаковать.
— Нет информации о наличии дальнобойного вооружения, — уведомил Искин, показав на дисплее траектории полета обоих бортов.
— Успеваем, — облегченно выдохнул Март, рассмотрев схему на экране. — И с хорошим запасом.
Но ИИ никак не хотел угомониться и продолжил сыпать плохими новостями.
— Из створа небесного тоннеля вышел второй штурмбот. Он преследует нас. Поступил запрос на сеанс радиосвязи.
— С ними? Ну, давай, хуже не будет.
— Рахдоним, говорит командир Юнкерс-28 Штурм-Тигр. Требую немедленно приземлиться и сложить оружие.
Вахрамеев усмехнулся и просто на кураже ответил.
— Слышь, черный! Ты сначала догони, а потом командуй!
— Повторяю, — продолжал бубнить динамик. — Требую приземлиться и сложить оружие. В противном случае…
— И что будет в этом самом случае? Шнапсом угостишь перед расстрелом?
В ответ прозвучало какое-то сдавленное ругательство, закончившееся сакраментальным — «рахен швайн»!
— Ах ты, фриц недорезанный! — хохотнул Март. — Поцелуй меня в зад, морда фашистская!
— Was? — переспросил окончательно запутавшийся противник.
— Нас, нас, — пробурчал Вахрамеев. — Сначала меня, потом Курсанта! Все, отбой!
Изрядно озадачив неприятеля таким ответом, Март отключил связь. Пилоты штурмботов, проведя короткий радиообмен, уже вместе погнались за шаттлом. Встречный Юнкерс нес на подвеске одну ракету воздух-воздух и, видя,
— Атакован ракетой. Активирован бортовой комплекс обороны и отстрел ловушек.
Автопилот совершил противоракетный маневр уклонения, теряя драгоценные секунды, но тем самым уберегая шаттл от поражения.
— Прошла мимо, — напряженно прошептал Вахрамеев, — БКО увела в сторону.
Теперь у имперцев в распоряжении остались только пушки и НУРСы. Но стрелять по шустрой, маневренной цели неуправляемыми ракетами имело смысл разве что с предельно малой дистанции. Да и бортовая артиллерия в воздушном бою эффективна на паре-тройке сотнях метров. Не больше. Теперь им предстояло нагнать шаттл и, сблизившись, с истинно немецкой точностью и педантичностью, расстрелять в воздухе.
Началась гонка. Март по отчетам Искина видел, что противник, сумев разогнаться на какие-то десять километров в час быстрее, медленно, но верно настигал его. Никто пока не стрелял. Берегли боезапас. Рядом, в кромешной тьме, проносились мимо скальные обрывы, но радар давал сейчас четкую картинку, позволяя не снижать скорость.
Успокоившийся было Кот, снова зашевелился на своем месте и вопросительно посмотрел на человека.
— Да, брат, расклад так себе. Попробую попасть по ним из пушки, а там как получится…
Но первыми дали сдвоенный залп дойчи. Светящиеся линии трассеров прочертили ночное небо — перед носом и за кормой корабля.
— Не попали, но молодцы. Надо их сбить с прицела. Искин, принимаю управление на себя, — и Март отдал штурвал чуть вперед и в сторону, затем снова выровнялся. — Получилось вроде. Тогда продолжим в ритме вальса. Искин, пушку разверни и держи в прицеле того, который ближе.
Некоторое время Март играл в пятнашки с противником, всякий раз не давая тому надежно захватить цель. Он норовил подходить как можно ближе к стенам ущелья и проскакивал через узости, закладывал крутые виражи, вынуждая и преследователей повторять все маневры. Одно было плохо, любой поворот еще сокращал дистанцию. Теперь очереди звучали чаще, пока все также мимо. Хотя пару раз снаряды прошли почти впритирку, дистанционные взрыватели сработали, зацепив обшивку осколками.
— Это мелочи. Это нам не страшно, — отреагировал пилот, полностью сосредоточившись на управлении. Искин ненавязчиво помогал ему, корректируя опасные углы крена и, так или иначе, беря на себя сложную механику управления роторами.
— Я пойду в корму, поставлю винтовку и буду по ним стрелять, — вызвалась Баканова, — открой рампу.
— А ты умеешь в движении по воздушным целям?
— Нет, но лучше так, чем просто сидеть и ждать.
— Не факт. Просадишь в потемках патроны в молоко. И вся любовь.
— А вдруг повезет? В прицеле интегрирован тепловизор, так что…
— Тоже аргумент, — ему не хотелось рисковать девушкой, но обстановка складывалась совсем не в их пользу. — Хорошо. Иди. Не забудь страховочной стропой пристегнуться.