Марш Обреченных. Финал
Шрифт:
Взводный Хальм в двух словах изъяснил нашу ситуацию, впервые моменты общения Рейван глядел на нас, как на сумасшедших, лишенных ума субъектов, но когда смысл просьбы достиг его понимания, помрачнел и тут же со всей строгостью ответил:
(Ругательные слова пропущены)
— Скажу первое, немыслимое безрассудство…
— Почему Рейван?
— Сейчас разгар зимы. Дороги завалены снегом. По ночам буйствуют страшные метели. Вьюги. Гололед.
— В канцелярии распорядились выслать с нами в помощь магика…
Ветеран посмотрел на двоюродного брата, как на умалишенного.
— Он поможет
— Простите, милсдарь Рейван, но у нас приказ канцелярии…
— Я это понимаю, иначе вы уже давно повернули б обратно.
— Но мы еще не в дороге!
— Правильно. Потому от своих слов не отказуюсь: смертельное и опасное мероприятие — это путешествие в Свергилль. Безрассудное и сумасшедшее.
— Мы не можем отказаться вот так просто, у нас приказ! — Повторил Хальм.
Лицо Рейвана погрустнело, приняло утомленное выражение, он опустился на стул и сказал нам в лицо:
— Я поеду с вами.
Брат попытался возразить, но…
— Вы не выживете в тех краях. Не проживете и дня.
Я почему-то сразу ему поверил. Мне в ту минуту казалось, что он знал, что говорил.
— Господин Алькир впишет тебя в приказ!
Я согласно качнул головой, мне нужны были знающие и опытные люди своего дела, а Рейван — наемник свергилльской стычки. Он опустил глаза на новенькие, разложенные на грубом столе карты.
— Во-первых, эти схемы дорог (он даже не назвал топографию канцелярии картами) нам ничем не помогут. За чертой ста миль от северных ворот Мейдрина. Они печатались и дорисовывались еще до свергилльской войны, а потом многое чего произошло. Границы, — он повел по карте пальцем, — изменились. Даже изменился ландшафт в некоторых местах. Вот смотрите! Река Сорка, начинается в трех милях от Мейдрина за этим плоскогорьем, а дальше, — его палец ушел еще выше, — она до стычки впадала в горные озера Серебряный и Охотничий, скрывалась в Медной Рудне…
— Это что такое? — удивился Хальм.
— Начало горного края Свергилля. И Золотой Рудне, — палец Рейвана замер на коричнево-красной полосе, Алькир уже знал, что тот скажет. — Именно из-за них начался конфликт с хобгоблинским племенем, варханы сожри их почки!
— Из-за золота? — вспомнил Хальм.
— Если бы. В тех горах нашли алмазы, сапфиры, топазы и платину. Железо и серебро. Не истощаемые источники. Где не копнешь — что-то да найдешь! Глаза разбегались. Руки хватали и рвали все подряд. Чиновники обложили Рудни плотным кольцом, думали желанная жила… а потом началось! Сначала от них отмахивались. Издевались. Маги устраивали турниры. Я был десятником караула, помню ту ночь… они собрали более трех тысяч особей. Налетели ветром. Дождались когда начнутся морозы и напали. Их шкуры выдерживают сумасшедший холод, я видел, как солдаты в течение секунд превращались в глыбы льда. А те твари, топорами разбивали застывшие глыбы на осколки… маги продержались неделю, потом…
Мы молчали, не зная, что и сказать.
Аллон всемогущий, неужели мне все это надо? Неужели Эльсдар меня ничему не научил?
— Во-вторых, за Руднями — горы Драконьего Позвонка…
— Аллон святой,
— Нет, — криво улыбнулся Рейван. — Горный ландшафт с вершин Золотой Рудни напоминает позвоночник распластанного на животе дракона.
Хальм ухмыльнулся в ответ.
Мне подумалось, когда это кто-нибудь из них имел случай видеть, прилегшего отдохнуть на голый лед дракона?
— За Позвонком — до самого Льдистого океана степь.
— Степь?
— Голая и продуваемая всеми ветрами степь.
— И где же обитают эти…гоблины? — полюбопытствовал Хальм.
— Всюду, — коротко ответил ему брат. — Начиная от гор и заканчивая берегом океана.
— Аллон вразуми! Так там же собачий мороз!
— Х-ха! Холод начинается в "колючие" морозы, а так… на них толстая и грубая шкура. Как хитин.
— Как хитин, — повторил, поражено Хальм, понимая только сейчас, с чем ему предстоит столкнуться.
Я уже осознал тогда всю величину и размах нашей экспедиции.
— Когда отправляемся в путь? — строго спросил я.
— Надо подготовиться, — коротко бросил мне Рейван.
Я с ним был согласен. Он мастер своего дела. Ему виднее.
— Одно обстоятельство, господин Алькир…
— Я вас слушаю?
— Деньги. Деньги канцелярия заплатит?
Я смерил его взором. Канцелярия экспедицию оформила как государственный заказ и направляла на задание не наемников, а служащих армии Северного Королевства, и все на что можно рассчитывать с госаппарата — это жалованье. А жалованье — это далеко не гонорары, соответствующие оценке характера миссии. Правда есть одно обстоятельство, Алькир Черствый имел в своем управлении кое-какое сбережение, не достаточный капитал для целой оравы головорезов, но целевой депозит в одном из мейдринских банков, который хочешь, не хочешь, но придется пустить в разнос. Иначе злокозненная дорога Свергилля пустит в дело тебя самого!
— Сколько вы хотите, милсдарь Рейван? — открыто спросил я у него.
— Давайте поступим по-честному, господин Черствый, сколько у вас в общем количестве людей? — вопросом на вопрос парировал он.
— Со мной — восемь.
— Я так понимаю, мы отправляемся на Дальний Север тайно? Инкогнито?
— Приказ канцелярии — меньше шума, а больше дела.
Рейван загадочно улыбнулся.
— Оставляйте четверых молодчиков в казарме. Я еще подберу к отряду четверку своих парней из бывших ветеранов, матерых волков и думаю, у нас что-то получится. Со столичными лентяями вы только до Гранитной Балки доберетесь, дальше, если не издохнете, то сами повернете назад.
— Из ваших слов следует понимать, господин Рейван, что вы настоятельно советуете обратиться к профессионалам, то есть к вашим услугам?
— И только, милсдарь. Там ждет вас не увеселительная прогулочка, а суровый маршрут, с суровыми законами.
— Неужели от гоблинов не спасает и магия?
— Отчего же спасает. Передовые отряды — вы поможете отступить задним отрядам, и задержать врага. — Хмуро констатировал ветеран. — Но что вы будете делать, когда они собьются в стаю из тысячи, а, то и больше особей? Разве что успеть испепелить друг друга, им в лапы лучше не попадаться живыми, не советую!