Марш мертвецов
Шрифт:
Звали этого типа Фабио, и я с первого взгляда поверил, что ему пошла вторая сотня лет. Когда мы подъехали, он сидел на крыльце в кресле-качалке, слушал старый джаз с виниловой пластинки, которые я смутно помнил из далекого прошлого. На приветствие Адриана старик добродушно помахал рукой, а потом приложил палец к губам, прося ничего не говорить, пока не кончится пластинка. Через несколько минут, когда смолкли последние аккорды, он пристально вгляделся в мое лицо и, обнажив вставные зубы, расплылся в улыбке, а потом, причмокнув, произнес:
—
Я почувствовал, как волосы на загривке встают дыбом. До сих пор мне никто так и не объяснил, кто такой Вами, — ни Винсент, ни Леонора, ни даже И Цзе, который обычно с радостью готов был доложить, какого цвета на нем сегодня трусы.
— Вы его знаете? — спросил я.
— Конечно. С давних времен, таких давних, что тебя тогда небось и в проекте не было. Зверь, каких мало, а ведь я отморозков на своем веку достаточно повидал. Своих прикончит, на куски порубит и рагу из костей сварит. Не удивлюсь, если он так и делал.
— Кто он такой?
— Паукар Вами. — Фабио улыбнулся. — Но у него есть и другие имена. Каждый раз он возвращается под новым. У полицейских уже целая коллекция. Черный ангел. Хорек. Резчик.
— Резчик? — Адриан нахмурил брови. — Я о нем слышал. Серийный убийца, орудовал то ли в семидесятых, то ли в восьмидесятых. Соня как-то о нем рассказывала.
— Это он. Как Резчик он не особо много успел, за ним всего-то человек девять-десять числится.
— Вы говорите, что Паукар Вами убивал еще в семидесятых? — переспросил я. — Неужели его так ни разу и не поймали?
— Он хитрый. Долго в одной маске не ходит. Переезжает с места на место. Сюда по три-четыре года не возвращается или даже дольше: вот последний раз лет семь назад наведывался.
— И что, это все? Он просто серийный убийца?
— Просто! — Фабио рассмеялся. — Люди мрут как мухи, это ничего?
— Я имею в виду, он не наемный? По тому, как он прикончил Джонни Грейса с бандой, мне показалось, он на задании.
— Да, он наемный, — подтвердил Фабио. — Разумеется. Чаще всего убивает просто так, по своим соображениям, но и заработать не прочь. Хотя услуги свои не рекламирует. Если он кому понадобится, заказчик пускает слух, и он, если сочтет нужным, выходит на связь. Хотя чаще всего нет.
— А на Кардинала он когда-нибудь работал?
Фабио пожал плечами:
— Тогда, давным-давно, я слышал, что он в первую очередь человек Кардинала, а остальное — это так, заодно. Но кто знает… — Мимо проехала машина, и Фабио попытался разглядеть пассажиров сквозь стекло. — А что тебя так интересует? — спросил он, когда машина скрылась.
— Хочу знать, с кем связался.
— Связался? — Фабио снова разобрал смех. — Парень, с Паукаром Вами не связываются. Это он выбирает, с кем ему связаться. — Качнувшись в кресле, Фабио ткнул в меня узловатым пальцем: — А ты моли Бога, чтобы он с тобой не связался, потому что все его дела заканчиваются
Адриан высадил меня у «Скайлайта». Сам он собирался на вечеринку (меня тоже приглашал, но настроения не было). Голова раскалывалась, я хотел только одного — бухнуться в постель и заснуть.
— Точно не пойдешь? — в десятый раз переспросил Адриан. — Лиз будет. Помнишь Лиз?
— Не сегодня. В другой раз.
— Ну, пеняй на себя.
Он уехал, погудев на прощание клаксоном, расслабляя узел галстука на ходу и настраиваясь как следует оттянуться. Я вошел в двери отеля.
Уже в лифте я снова увидел ту женщину.Ее лицо мелькало передо мной не первый раз, вспыхивая ненадолго и оставляя после себя слабый отпечаток. Ухватить невозможно, растворяется, словно цыганка в ночи. И никаких воспоминаний, способных что-то подсказать. Я не знал, где мог видеть эту женщину, почему она возникает в моих мыслях. Может, просто сознание шутки шутит… Наверняка зацепил взглядом где-нибудь на улице, и образ почему-то сохранился в памяти.
Лифт остановился, двери разъехались, я шагнул наружу, и призрачная тень той женщиныпропала. Я попытался снова ее представить, но ничего не получилось, тогда я плюнул и пошел к себе.
Пощелкал телевизионные каналы — ничего интересного. Влез в видеотеку «Скайлайта» и принялся прокручивать список названий. В конце концов выбрал «Поющих под дождем». Посмотрю, пусть в сотый раз, но гениальный фильм — он и есть гениальный. Я поставил таймер на отсроченное начало через пять минут — как раз сходить в туалет и вымыть руки.
Когда намыливался, из телевизора уже неслась мелодия заставки. Наскоро смыв пену, я ополоснул лицо холодной водой и помчался в комнату.
На кровати сидела девочка, во все глаза глядя на экран, где шли начальные титры.
— Обожаю этот фильм! — неожиданно дребезжащим голосом возвестила она. Наверное, гланды недавно удалили.
— Э-э… да… — неуверенно согласился я. — Мне тоже нравится.
Я шагнул поближе, разглядывая гостью. Сияющее личико, почти без макияжа. Струящиеся светлые волосы. Глухая одежда, закрывающая все, кроме лица: свитер с высоким воротом, длинные брюки, белые перчатки. На вид лет тринадцать-четырнадцать, не старше. Милая девчушка.
— Я мюзиклы не очень люблю, — продолжила она. — Они дурацкие. Чуть что, все начинают петь ни с того ни с сего… — Она фыркнула. — А этот не такой. Джин Келли просто потрясающий. Когда я первый раз посмотрела, хотела убежать из дому и выйти за него замуж.
— А потом выяснила, что он давно уже умер, — рассмеялся я.
— Нет, когда я первый раз смотрела, он был еще жив. В самом расцвете. Я ему написала письмо, и он так мило ответил. До сих пор храню.