Марс плюс
Шрифт:
— Конечно, нет. Это — машина. Но осмелюсь заметить, что для машины она довольно умна.
И Джори подробно объяснил Деметре функцию «крабов». Частично это касалось освоения марсианских почв, частично — размножения минералов. Двигались они за счет преобразования солнечной энергии в электрическую. Это стало возможным благодаря специальным микросхемам, вмонтированным в структуры их панциря. Если не считать чипов, обеспечивающих двигательную функцию, а также устройства, считывающего информацию, то можно было сказать, что крабы состояли в основном изо рта и внутренностей.
Назначение «рта»
В то время как устройство ползло по поверхности, «рот» заглатывал на пробу встречавшиеся камушки и песчинки. Если их химический состав совпадал с данными, записанными в его микропроцессорных мозгах, краб усаживался и начинал «лакомиться» найденной «пищей».
Первичная переработка «съеденных» сплавов, силикатов и других органических соединений происходила внутри самого панциря. Это был своего рода инкубатор, где из проглоченных кусков возникали части будущего краба. Хвост работал как своеобразный рычаг, выталкивающий эти своеобразные запчасти. При помощи двух микроманипуляторов, встроенных в переднюю часть панциря, он же потом и собирал из них нового ноймана. Появившиеся на свет таким образом «потомки» тут же начинали свою самостоятельную жизнь, уползая в поисках «еды». Породивший же их механизм начинал набивать желудок чистыми металлами и кристаллическими элементами. Вначале эта «пища» скапливалась в панцире, затем поступала в кишки. Находящиеся там репликационные механизмы попросту переваривались. И вот когда каждый кубический сантиметр под панцирем заполнялся восстановленными минералами, «краб» приползал «домой» — туда, откуда когда-то начал свое странствие. Долина, на которую смотрела Деметра, как раз и была одним из таких мест.
— Нойман как бумеранг — рано или поздно возвращается. И не один, а с потомством, — закончил Джори свою лекцию о процессорах.
С этими словами он поднял железный панцирь одного из «крабов» и вытащил два диска, по окраске напоминающих медные. Далее он извлек что-то типа стеклянной колбочки и несколько петель из тончайшего волокна. Все это Джори засунул в потайные карманы своего пояса.
— У этих крабов очень полезная начинка. Жалко выбрасывать, — пояснил Джори. — Не говоря уже о самом панцире. Он из мягкого железа. А форму поддерживают эластичные волокна. Очень ценная штука.
— А зачем нужен панцирь? Разве нельзя обойтись без него? — полюбопытствовала Деметра.
— Из-за смерчей. Здесь, на Марсе, это довольно частое явление. К тому же перепады температур и давления. Здесь нет океанов, как на Земле, которые бы регулировали уровень влаги и тепла. Да и полюса довольно далеко отсюда.
— Значит, панцирь выполняет защитную функцию?
— Ну… не совсем. Он отвечает за координацию в пространстве и обеспечивает двигательную функцию. Такая вот аэродинамика. — Джори лениво растягивал фразы, в то время как его пальцы копались во внутренностях краба. — На самом деле все очень просто и гениально. Чем сильнее ветер, тем устойчивее наш нойман. Тем глубже он проникает в землю и находит
— А как же прокси? — Деметра рассказала, как ее механический проводник при первой же опасности сгруппировался и просто покатился по отвесному склону. — Почему они не теряют координацию, не сбиваются с выбранной траектории? В какой-то момент я думала, что нас закружит в марсианских пустынях, как перекати-поле.
Джори только пожал плечами:
— Ничего странного. Прокси намного умнее, чем нойманы. Даже если ими никто не управляет. Они умеют сами посылать сообщения в Сеть, соединяться с сетевым провайдером, ну и многое другое. Если оборвать контакт со своим проводником, ты получишь массу острых ощущений. Гарантирую!
Деметра смутно помнила, что Сеть строго-настрого наказывала ей во всем повиноваться прокси. Никто бы не погладил ее по головке, потеряй она во время прогулки своего механического проводника. Эти мысли мелькнули в ее мозгу и улетели прочь.
Она взглянула на Джори.
Тот тщательно изучал сброшенный крабом панцирь на наличие трещин и царапин. Вот маленькая зазубринка на клешне, а вот еле заметная дырочка со стороны шипообразного хвоста. Покачав головой, Джори начал разбирать ноймана на запчасти и бросать их в большую сумку. Но вот его рука нащупала что-то, видимо, очень важное. Бережно-бережно креол вытянул крохотную пластинку и положил в карман своих шорт.
— Что это? — не удержалась от вопроса Деметра.
— Мозг. В нем запечатлена вся информация о том, где нойман был и что он видел. Мы «скормим» его Сети, а уж она скопирует эти данные на карту Марса. Ты понимаешь, Деметра, наша топографическая программа пополнится новой информацией! Потихоньку, шаг за шагом, мы освоим всю поверхность планеты. Будем знать местность как свои пять пальцев.
— А можно… я помогу?
— Конечно, если хочешь. Это очень просто.
Джори показал, где нужно подцепить чешую краба.
Он научил ее отличать перерабатывающее устройство от продуктов этой переработки, поврежденный «процессор» от «здорового». Скоро Деметра уже довольно быстро сортировала крабов… Манипуляторы, встроенные в перчатки, работали как ее собственные руки. Немного трудновато было скоординировать движения, да еще неприятный вид паучьих лап продолжал шокировать Деметру Коглан. Однако, несмотря на это, работа шла довольно бойко. Джори снабдил ее щипцами, ими было удобно разламывать жесткую чешую. Сумки для запасных частей он подвесил к выступающим коленям ее прокси.
— А куда девать неповрежденный каркас? — спросила Деметра.
Она наконец нашла один такой: ни царапинки, ни щербинки.
— Давай его сюда.
Джори достал из коробки какой-то странный механизм. Похоже на сталь, но с кристаллическими вкраплениями. Любопытная Деметра заглянула в коробку и увидела еще с десяток подобных «штук». Она перевела вопрошающий взгляд на креола. Ловкими движениями пальцев Джори в мгновение ока втиснул странный механизм в старый каркас. Деметра чуть не ахнула: получился новый «краб» — с таким же точно жадным ртом, как и у старого. Джори осторожно опустил его на землю у своих ног.