Марс наш!
Шрифт:
Я кивнул. Конечно, ТОКВДР — это крутая и удобная штука, но по сравнению с полноценным интерфейсом, который каждый житель СССР получает вместе с паспортом, это всё равно «не торт».
— Ты не ответила, — не отпускал я девушку.
Не отпускал и внимательно вглядывался в глаза, ища в них любой намёк на предательство.
— Я не знаю, — захлопала она глазами и не удержалась от претензий. — И вообще, Сумрак, мы ведь твои самые доверенные люди на всей «Земле-1»! Почему мы должны как все — жить в шалаше и листиком
Я усмехнулся. А ларчик-то просто открывался! Избалованный и не привыкший уступать или делиться ребёнок приревновал меня к остальным! Жаль только, что этого ребёнка нельзя выпороть и поставить в угол.
Зато можно сделать это морально!
— Триста тридцать шесть… — выдохнул я. — Лиза, вот только честно: ты совсем дура или вредишь мне намеренно? — глядя в её наивные глаза, осведомился я.
— Что-о-о? — обескураженная девушка только и могла, что неверяще моргать.
На её ресницах засверкали первые капельки слёз обиды. Но я чувствовал, что если не додавить сейчас, в будущем это обернётся ещё большими проблемами.
— Помнишь, что ты говорила про свои свидания? Помнишь, да? — уже и негромко, без претензий объяснял я ей прописные истины общения с се
подобными. — Люди- бегут от тебя не из-за знаменитой фамилии, они бегут от твоего отношения. Понимаешь? Умников вообще мало кто любит. А душных блондинок с синдромом Властелина вселенной — вообще никто. Пересмотри своё отношение к другим и сними уже корону принцессы, пока её тебе лопатой не поправили.
Всё. Тут важно не перегнуть, поэтому я отпустил воротник Гагариной и аккуратно, по-отечески его поправил.
Но на этом всё не закончилось, потому как был ещё один в очереди на выволочку.
— А ты? — теперь я вопрошающий посмотрел уже на Борю. — Что это было?
— Всё просто, командир, — не вынимая рук из карманов, пожал плечами парень. — Ты же сам всё видел! Космодесы начали задираться, даже насмехаться. А мне нельзя ронять свой авторитет. Иначе загнобят!
— Обоим по предупреждению, — перешёл я к угрозам. — Ещё раз меня подведёте — спишу как профнепригодных! И плевать, что вы посвящены в тайну. Начнёте болтать — вообще в дурку закрою. Понятно?
Возможно, это прозвучало жёстко, но мы здесь не для того, чтобы развлекаться. Сейчас от меня, как от Сумрака, зависят жизни двухсот самых талантливых людей, отобранных беспристрастной системой «Коллектив». Я не собираюсь подвергать их опасности из-за взбалмошной мажорки и мальчишки, который не разобрался с подростковыми комплексами.
— Молчание — знак согласия, — не дождавшись ответа, озвучил его я. — И это тоже был приказ.
А после, развернувшись на каблуках, последовал вслед за Пятым и его командой. Домоуправительница башни Часовых звала всех на завтрак, который я намеревался совместить с мозговым штурмом будущей операции.
Да и манную кашу с вареньем
Иначе хрен Клавдии Леонтьевне, а не мои видеокарты!
Едва тарелочки с голубой гжелью по каёмочке показали своё дно, а ребята потянулись к какао, я решил, что пора начинать, и отодвинул от Гагариной её кружку с уже подостывшим напитком.
Лиза посмотрела на меня с немым вопросом, мол, что не так?
— Короче, слушай расклад, бойцы. Есть неиллюзорные подозрения, что прямо сейчас на Йотуна и Артемиду готовится покушение.
Кажется, проняло всех… Даже сержант Кузнецов, служивший в пятом отделении, отложил ватрушку и с удивлением посмотрел на меня, а затем на остальных. Словно спрашивал: «Это что, шутка?»
— Мэлс Игоревич, — будто не зная, как подступиться, негромко произнес Пятый. — Вы сейчас серьёзно?
— А ты сомневаешься? — удивилась Лиза. — Забыл, что мы с Сумраком… Ой, ну то есть Мэлс Игоревич устроил пару дней назад?
— Лиза! — цыкнул я на Гагарину.
Не в меру длинный язык комсомолки в очередной раз ставил меня в неудобное положение.
— Да всё нормально, — улыбнулся старший космодесов. — Мне кажется, это и так было очевидно.
После всего того, что я наслушался от Гагариной пару минут назад, старлей мне тоже показался не самым удачным вариантом для сегодняшней миссии. Но давать заднюю было глупо. Да и внутренняя чуйка упрямо подсказывала, что Пятый хоть и непрост, но далеко не дурак.
— Очевидно? — удивился я. — Ну-ка поясни, — произнёс старлей.
Пятый слегка подался вперёд, будто в абсолютно пустой столовой, рассчитанной человек на триста, нас мог кто-то подслушать. То же самое сделали и его космодесы. И я почему-то тоже.
— Ну, если по чесноку, товарищ полковник, — он обвёл взглядом своих ребят, чьи позывные я, к своему стыду, до сих пор не запомнил. — Я думаю, вы в курсе нашей истории.
Я скупо кивнул, хотя понятия не имел, о чём это он. Ну, кроме слов Лизы, конечно. Однако зная одиозность своей помощницы, на неё как стопроцентно надёжный источник полагаться не приходилось.
— Мы космодесантники. Мы просто солдаты. Нам дали невыполнимый приказ.
Я кивнул, однако старлей воспринял этот жест по-своему.
— Нас во главе с полковником Будановым бросили на невыполнимую миссию. Миссию, с которой не должен был не вернуться никто. А когда мы всё же справились, нас объявили военными преступниками и показательно судили.
Космодесантник горько рассмеялся.
— Но батя, Буданов то есть, всех отмазал. Взял всю вину на себя… — глядя в стол, с болью, которую невозможно сыграть, покачал головой Пятый.