Маркус 582
Шрифт:
Остановившись посередине сканера, она повернулась к Маркусу и спокойно солгала, используя для этого свой новый дребезжащий механизированный голос.
— Не… приходи… проводить меня домой. — Она остановилась, чтобы нервно вздохнуть. — У меня… свидание… со… старым… другом… по колледжу. Он… проводит меня… домой.
Она быстро отвернулась, чтобы закончить сканирование, но не пропустила вспышку разочарования в глазах Маркуса. Отказываясь поверить, что она сокрушила какую-то человеческую его часть своей новостью, Рэйчел вызывающе уставилась на ИИ-бота… который, казалось, был озадачен ее необычными действиями больше, чем шокированный ее словами киборг с
— Вам разрешен вход в здание Рэйчел 235. Пожалуйста, пройдите через сканер.
Услышав, как к ней обращаются ненавистным прозвищем киборга, она подняла подбородок и пошла вперед, не оглядываясь назад. Сканирующая система могла идентифицировать ее, как бы ей ни хотелось, но она никогда не будет думать о себе как о киборге.
***
— У меня свидание.
Маркус повторил заявление Рэйчел вслух, чтобы проверить, звучат ли слова более правдоподобно, когда он их произносит. Все, что делала женщина, это ходила на работу в «Нортон» и возвращалась домой. Как ей удалось назначить свидание так, чтобы он об этом не узнал? Рэйчел встречалась с друзьями и развлекалась, еще в меньшей степени чем он… если только к ней не приставал кто-то из «Нортон».
Когда он официально следил за ней в интересах доктора Уинтерс, он поручил Эрику установить скрытое наблюдение за ее жилым помещением. Когда ситуация изменилась, он оставил оборудование для наблюдения на месте. Он сделал это по сложным и нелогичным причинам, по общему признанию основанным на неуместном интересе, с которым становилось все труднее и труднее бороться. Его рассуждения… хотя они и оставались в его голове расплывчатыми… теперь вызывали у него ощущение тошноты.
В то время, когда он принял решение продолжать следить за Рэйчел, у него было достаточно проблем в жизни. Он тогда работал и продолжает работать, над тем, чтобы дети его не боялись. К счастью, их отчим оказался порядочным человеком, который помог ему вернуться в их жизнь.
Ему также потребовалось больше времени, чем он ожидал, чтобы полностью признать, что потерял жену. Она вообще не хотела, чтобы он делал улучшения киберсолдата. Они часто и ожесточенно спорили из-за его решения задолго до его фактического обращения, но он не хотел отправлять свое воинское подразделение без него. В конце концов, он продолжил без ее согласия.
Ему пришлось принять потерю единственных настоящих супружеских отношений. Но это причиняло ему сильную боль и превратилось в боль, которая вызывала слезы в течение многих бессонных ночей. Эта потеря наглядно показала, сколько иллюзий стояло за тем, что помогало ему оставаться в здравом уме во время войны.
За последние семь месяцев ему пришлось отбросить еще много идей. Жизнь, которую он вел до улучшений, не была похожа на жизнь, которую он вел сейчас. Война разрушила его настоящий брак, и у него не было шансов исправить ситуацию после участия в программе «Кибермуж». Неверность была изменой матери его детей, независимо от того, по обоюдному согласию с его стороны или нет. Она подала все документы на развод с ним и вышла замуж за другого вскоре после окончания войны. Возможно, это произошло даже до того, как его назначили к его первой жене по контракту. Он избегал смотреть на даты.
Логически, Маркус не мог винить свою бывшую за то, что она ушла, но реальность того, что он никогда больше не будет со своей семьей, все еще было на удивление трудно принять. В
Сегодня казалось, что он потеряет еще одну женщину. Заявление Рэйчел о свидании означало, что ему потребовалось слишком много времени, чтобы принять решение о том, как поступить со своим растущим к ней влечением. Назвав свой затяжной шок самым убедительным доказательством того, что он правильно расслышал ее слова, он признал, что все поступающие данные указывают только на один вывод. Он оставался в жизни Рэйчел Логан дольше, чем следовало, и теперь ему предстояло страдать, наблюдая, как она уходит к другим мужчинам. Маркус объяснил свое бездействие тем, что он ожидал признака того, что она исцеляется от жестокого обращения Брэдом.
Эрик постоянно стоял над душой из-за того, что он бездействовал, но он так и не придумал, как подойти к Рэйчел и предложить встречаться. Она была намного моложе его и гораздо менее измотана жизнью. К тому же, она ненавидела его за то, что он киборг сильнее, чем его жена. Черт, он был почти на сто процентов уверен, что Рэйчел до сих пор не смирилась с тем фактом, что она сама киборг. Возможно, ее процессору не хватало логической схемы такого уровня. Он понятия не имел, что происходит в ее человеческом разуме или ее кибернетических компонентах. В любом случае никто из ее окружения никогда не заподозрит, что Брэд с ней сделал. Все, что они когда-либо увидят, это короткую юбку, длинные ноги и…черт. Ему нужно было перестать думать о том, как эти ноги обвивают его. Ему не нужны были такие пытки.
Вернув себе способность говорить, Рэйчел, конечно же, не стала терять времени и сказала ему, чтобы он исчез. Но ее заявление о свидании все равно его раздражало. Когда ей удалось установить необходимый социальный контакт с другими мужчинами, который привел бы к свиданию? Было совершенно нелогично зацикливаться на том, что она это сделала, но он будет мучиться, пока не узнает, как это произошло.
Рэйчел была травмирована худшим из кибер-гиков. Теперь женщина ненавидела большинство технологий и отказывалась носить с собой портативный компьютер. Как, черт возьми, этот парень с ней связался, если у нее не было устройства? Даже родители не могли этого сделать.
Был только один вывод, который имел хоть какой-то смысл: она лгала. Однако, он не мог смириться с мыслью, что Рэйчел так отчаянно пытается от него избавиться.
Должно быть ее заявление было реакцией на сегодняшнее утро. Он оплошал и позволил ей поймать себя на том, как он рассматривает ее ноги в этой чертовой короткой юбке. Было невозможно не таращить глаза, как влюбившийся мальчишка. Наверное, ему следовало бы чувствовать себя виноватым из-за дискомфорта, который он сразу в ней почувствовал… но он не чувствовал.
Часть его хотела, чтобы она знала… ему хотелось посмотреть, как она на него отреагирует. Если только его сенсоры не работали со сбоями, Рэйчел нравилось его мужское внимание. Либо так, либо ее повышенная реакция была вызвана тем, что он был единственным мужчиной, которого она видела регулярно. Его кибернетика изо всех сил пыталась проанализировать ситуацию, но догадки о чувствах — это не то же самое, что достоверные данные, подтвержденные действиями. Если только она не бросится в его объятия и не потребует поцеловать, Маркус не знал, как, черт возьми, он узнает, что чувства взаимны.