Маркграф из Преисподней

Глебов Виктор

Монолог Николая прервало появление лакея, доложившего, что привезли следопыта.

— Приглашай, — кивнул я. — Примем здесь.

Макар вошёл в сопровождении Порфирия и охранника.

— Нам остаться, Ваше Сиятельство? — спросил начальник телохранителей. — Для безопасности. На всякий случай.

— Да, не помешаете, — я сделал им знак остаться возле дверей. Егерю указал на кресло. — Сядь. Не хочу смотреть на тебя, задрав голову.

Следопыт неловко втиснулся между подлокотниками. Пристроил на них нижнюю пару руку, а верхнюю, быстро испробовав

несколько поз, сложил на животе. Вот ведь чёртов здоровенный таракан! Раздавить бы тебя, и дело с концом. Но я слишком мягок. Оттого и страдаю всё время.

— У нас всего один вопрос. После чего мы тебя, скорее всего, уже не побеспокоим. Ты, кстати, собрался? Готов отбыть?

— Так точно, Ваше Сиятельство. Ваш приказ явиться застал меня на чемоданах.

Егерь заметно нервничал. Видимо, опасался, что я передумал и хочу его устранить.

— Сколько человек велел убить тебе с помощью модификанта посредник, которого мы сегодня взяли?

— Вашего отца. Маркграфа.

— И только?

— А! Ещё свидетелей, если будут. Никто не должен был рассказать, что на Его Сиятельство напал не обычный вепрь, а модификант.

— Уверен?

— Да, Ваше Сиятельство. Вас убивать приказа не было, если вы об этом. Наверное, заказчик не знал, что вы будете на охоте.

Это предположение мы уже слышали.

— Ладно. Иди. Привет семье. Куклу Николай пока оставит у себя. На всякий случай. Веди себя хорошо и не забывай, в чьих руках жизнь твоей очаровательной дочурки.

Егерь вздрогнул, но раскланялся и удалился вместе с охраной.

— Наверное, дядя, и правда, не рассчитывал, что ты будешь с отцом. Он не всегда брал тебя с собой, — заметил Николай. — А ведь я тогда тоже собирался поехать. Но заболел. Чёртов насморк! Если б у меня хоть температура не поднялась…

— Да, весьма досадно, — я вдруг осознал, что до этого мы ни разу не обсуждали, почему на той охоте не было моего брата. — Но давай о дяде. Выходит, у него есть план, как нас убить. И едва ли он станет тянуть. Завтра мне вручат титул. Я думал, он даже этого ждать не станет, но, видимо, дядя не торопится. В принципе, правильно: какая ему разница, успею я получить титул или нет. После нашей с тобой смерти он всё равно его унаследует.

— Не слишком ли много смертей? — нахмурился Николай. — Три человека подряд, и все отделяют его от маркграфства. Подозрений ему не избежать. Наверняка начнётся расследование. Правда, не факт, что усердное.

— Вот именно. Охранять границу-то нужно. И лучше это будет дядя, чем человек со стороны, ничего тут не знающий. Нет, император не станет его убирать с должности. Дырка заткнута — и ладно. На него нам нельзя рассчитывать. Придётся самим позаботиться о безопасности.

— Проще всего убить дядю раньше, чем он нас. Хотя нет, — Николай невесело усмехнулся. — Не проще. Он ходит с охраной.

— А если пригласить его отметить моё получение титула?

— Хм… Это может сработать. Отказаться у него нет причин, событие важное, а то, что мы его вычислили, он не подозревает.

— Очень надеюсь.

Иначе станет действовать очень быстро. И, возможно, не так тонко, как собирался. Нельзя давать ему понять, что мы знаем, кто убил отца. Сможешь сыграть любящего племянника?

Николай скривился.

— Я ходил в театральный кружок в средней школе. Наград не получал, но думаю, сдержаться сумею.

— Уж постарайся. Никаких намёков, косых взглядов и грубости. Даже сарказма. Учтивость и лёгкая грусть от потери родителя.

Николай кивнул.

— Сделаю, что смогу. Реально собираешься его пригласить?

— Думаю, да.

— И что? Убьёшь его за ужином? Отраву подсыплешь?

— Почему бы и нет?

Парень усмехнулся, но тут же, видя, что я не улыбнулся, насторожился.

— Серьёзно, Макс? Мы сделаем это завтра?

— Если у тебя сомнения, предоставь всё мне.

— Нет! То есть… Я не могу взваливать это на тебя одного. Будем действовать вместе.

— Отлично. Насчёт яда: есть у нас, чем поподчевать дядюшку? Или хватит и ножа в спину?

— Нам придётся объяснить его исчезновение.

— Ерунда! Директор академии — это совсем не то же самое, что маркграф. Что, во дворце некуда деть тело, что ли?

— А охрана?

— Если пропадёт дядя, должна исчезнуть и охрана. По-моему, логично. Было бы странно, произойди иначе.

Николай нервно побарабанил пальцами по каминной полке. Поставил на неё недопитый стакан, прошёлся по кабинету и сел в кресло напротив меня.

— Что ты предлагаешь, Макс? Изобразить, будто его транспорт пропал по пути из дворца?

— Ну, у нас же нет повода его убивать, верно? С чего бы кто-то должен заподозрить, будто его прикончили племянники? А вот поломка случиться могла. Или враги сбили. Диверсия. Мы даже организуем поиски. Непременно.

Николай кивнул. Было заметно, что тема ему неприятна, но он заставляет себя её обсуждать. Пока он разглагольствовал о том, как убить дядю, это была больше теория. Теперь же мы говорили о завтрашнем дне и конкретных действиях. Я решил дать парню передышку. А то как бы не сорвался.

— Ладно, ты пока подумай, Коль, а я пойду передохну. Надо очистить сознание. Слишком много информации. Завтра расскажешь, что тебе в голову пришло. А я своими соображениями поделюсь.

Николай кивнул. Кажется, с облегчением.

Оставив его в кабинете, я отправился к себе, принял душ и, накинув шёлковый халат, кое-что сделал в спальне. А затем позвонил, вызывая слугу. Когда явился лакей, велел передать наложницам, что жду их.

В ожидании приготовил немного лимонада. Напиток я делал кисловатый, почти не добавляя сахара. На любителя. Зато на тарелке всегда лежали маленькие пирожные. Я их ел редко, а вот девушки любили. Правда, каждый раз, отправляя их себе в рот, обязательно заявляли, что теперь, мол, придётся на тренажёрах потеть. Но я уже знал, что модификанты обладают быстрым обменом веществ, так что наложницы лукавили. Им поддерживать себя в форме было значительно проще, чем обычным людям.