Марионетка
Шрифт:
Перед следователем сидела приятная молодая женщина на вид лет тридцати. Она относилась к той категории женщин, в которых влюбляются сразу, а влюбившись, долго ухаживают, добиваясь взаимности, боясь случайно обидеть ее. Женщина была хрупкая, воздушная, как Дюймовочка. Внешне не красавица, но была в ней та изюминка, которая восхищала и притягивала мужчин. Голос у нее был грудной, восхитительно нежный, что выдавало в ней мягкость характера и отражало женскую красоту. Но за этой внешней хрупкостью, как за маской, просматривалась сила воли, несвойственная
На вопрос следователя, видел ли ее кто-нибудь, когда она выходила из кабинета Буйнова, потерпевшая Хитрова ответила:
— Да, в коридоре в это время находились сотрудник уголовного розыска Андреев и какая-то женщина в форме лейтенанта милиции. Они о чем-то беседовали, и когда она проходила мимо, то случайно задела кого-то из них.
Подробно допросив потерпевшую, следователь отпустил ее. Тут же он позвонил Андрееву и вызвал его к себе в кабинет. Сыщик не заставил себя долго ждать, через десять минут он был в кабинете у следователя. Андреев ответил на все интересующие вопросы. Позже был допрошен и второй свидетель. К вечеру Столетов доложил прокурору о результатах допросов.
— Роман Петрович, я считаю, необходимо задержать Буйнова по сто двадцать второй, а потом в случае необходимости арестовать его.
— Действуй, Антон Сергеевич, ты ведешь дело, тебе и карты в руки.
— Дело-то я веду, но как его задерживать? Он же непредсказуем, может выкинуть какой-нибудь финт. Да и табельное оружие у него при себе.
— Хорошо, Антон Сергеевич, я тебя понял.
Роман Петрович взял трубку и набрал номер телефона ФСБ.
— Аркадий Никитич, нам нужна ваша помощь…
Сотрудники ФСБ работали быстро и профессионально грамотно. Взяли Буйнова рано утром на его квартире. Буйнова еще качало, когда его доставили в кабинет следователя. Накануне он выпил немало спиртного и поэтому чувствовал себя неважно. Видя, что с ним некорректно обращались при задержании, он понял, что дело принимает серьезный оборот. Буйнов пытался держаться достойно, но это у него плохо получалось: выдавал дрожащий голос, предательски тряслись руки, не слушались ноги. Наконец Буйнов взял себя в руки и обратился к следователю:
— На каком основании вы меня задержали и что за комедию вы тут разыгрываете? Я требую объяснений.
Столетов не торопился с объяснением. Выдержав необходимую паузу, он сообщил ему:
— Возбуждено уголовное дело, и в настоящее время проводится расследование. Исходя из материалов дела и тяжести содеянного преступления, а также учитывая общественный резонанс и тот несмываемый позор, какой вы нанесли своим поведением всей правоохранительной системе города и области, целесообразно по закону и по совести изолировать вас, гражданин Буйнов.
Начальник
— Не нужно лишних эмоций, этим делу не поможешь, — отреагировал Столетов.
— Да я тебя в камере сгною, сукин сын, ты у меня парашу лизать будешь, — кричал Буйнов от безысходности.
Столетов обратился к сотрудникам ФСБ и попросил увести арестованного.
— Пускай посидит в общей камере с ворами, немного остудится и сам прочувствует, что это такое — быть подследственным, — заключил следователь.
На следующий день Крымов срочно вызвал «Уса» в свою резиденцию.
— Ты говорил, что хочешь в деле проверить «Калифорнийца»?
Усов смотрел на своего хозяина с тревогой на сердце.
«Что он еще выкинет на этот раз?» — подумал «Ус», а сам ответил:
— Хотелось бы, об этом я вам уже говорил.
— Тебе предоставляется такая возможность.
— Слушаю вас, Евгений Андреевич.
— Местное общество любителей золота, зубные техники и хозяева ювелирных мастерских решили обойти нас и завезли на днях большую партию золота. Вот вы вдвоем вытряхните их из штанов и все выясните. Пусть по-хорошему отдадут наши двадцать процентов. А за эти их художества взыщите с них штраф в том же размере. Все. Ступай.
Усов заехал к «Калифорнийцу», и они уехали на дело.
— Сейчас заедем к председателю их общества, наш уважаемый Мориц Зельмович должен нам все честно и обстоятельно рассказать, — заявил Усов.
Подъехав к ювелирной мастерской, они постучали в окно. Шторки раздвинули, и оттуда высунулось осунувшееся лицо старого еврея. Узнав Усова, он открыл дверь. Хозяин ювелирной мастерской сразу же с порога начал все объяснять.
— Мы ни в чем не виноваты. Это они все забрали.
— Кто они, говори толком?
— Ребята «Питона» забрали золото.
— А зачем вы им отдали?
— Они и спрашивать не стали. Направили на нас свои стволы и забрали ровно половину всего золота. При этом предупредили: если мы будем жаловаться, то они будут нас отстреливать.
— Это уже беспредел, — отреагировал «Ус».
Он обратился к «Калифорнийцу» и произнес:
— Пойдем отсюда, нам здесь делать уже нечего.
Они вышли на улицу.
— Что будем делать? — спросил «Ус».
— За такие дела нужно наказывать. Поехали.
Возвратившись в свою контору под вывеской «Пивной бар» в центре города, они собрали своих людей. Привезли оружие. «Калифорниец» взял себе две гранаты и пистолет, остальное оружие разобрала «братва». Все разместились в трех иномарках и поехали к спортзалу, где располагалась штаб-квартира «Питона».
Спустя четверть часа автомобили подъехали к зданию спортзала.
— Вы все остаетесь в машинах, а я один пойду на переговоры, — сообщил «Калифорниец».