Шрифт:
– Посмотри на свои показатели, Луговой! Ты снова хуже всех!
Марианна трясла перед моим лицом еще горячими листками статистики продаж. Энергия, это единственное что у нее еще осталось от былой молодости. Когда она становилась злой, все ее нездоровые привычки вылезали наружу. Глубокие морщины начинали рассекать серое от курения лицо. Желтые белки глаз готовы были выскочить, а ее зловоние, вызванное смешением вчерашнего перегара с утренним курением, заставляло меня прекратить дыхание носом. Марианна швырнула мне в лицо бумаги и тяжело, с подсвистыванием,
– Но у меня самый плохой район.
– Попытался я оправдаться.
– Мои показатели лучше, чем были у менеджера, работающего до меня.
Признаться, мне порядком надоела моя работа. С утра до вечера я только и делал, что ездил по всем магазинам моего района, заключая сделки. Сигареты брали охотно, но не охотно за них платили. Долги росли, и это становилось моей проблемой. Я должен был сам придумывать способы выбивания денег из предпринимателей, не желающих платить вовремя или не платить совсем. Единственное, что меня еще удерживало на работе, это халявный бензин, и более-менее свободный график. Но эти "плюшки" все меньше стимулировали меня, заставляя задуматься о новой работе. Напряги перевешивали любые преимущества.
Я регулярно просматривал ресурсы в интернете по трудоустройству, и рассылал в понравившиеся мне свои резюме. Ответов почти не было. Для серьезной конторы я был слишком молод, а им требовались люди с большим опытом. Мне всегда вспоминались стихи: "Если б молодость знала, если б старость могла...". Поэтому, пока я был вынужден ежедневно выслушивать зловонные комментарии в свой адрес.
– Пошел вон!
– Успокоив дыхание, послала меня Марианна.
Из ее уст эту грубость следовало воспринимать, как приказ отправляться на работу. Я, молча развернулся, не показав, как обычно, своих эмоций. Однако, внутри меня разыгрывалась сценка, где я разворачиваюсь и всаживаю Марианне в грудь из дробовика заряд картечи, проделывая в ее нездоровом теле и спинке кресла кровавую дыру. Это позволяло мне переварить весь негатив вылитый на меня начальницей. Я открыл дверь и собирался хлопнуть ею немного сильнее, чем было нужно.
– Стоять!
– Донеслось мне в спину.
Я обернулся. Марианна смотрела в монитор.
– Стоять.
– Повторила она, гораздо спокойнее.
– Тут письмо какое-то на твое имя в мою почту пришло.
Ее глаза забегали, читая строчки. Они становились все шире. Марианна, кажется, перечитала письмо еще раз. Мне стал интересен текст письма, но я не решался спросить посмотреть его. Марианна подняла бровь левого глаза, выше правого и послала мне взгляд полный недоверчивого изумления.
– Работу ищешь?
– Спросила Марианна.
– Нуу, да.
– Неуверенно согласился я.
Мне не хотелось, чтобы эта информация стала известна начальству раньше, чем нужно.
– Иди, работай.
– Непривычно мягко Марианна отправила меня.
Я понял, что текст письма мне сейчас не разгласят. На улице первым делом достал телефон и проверил почту. Писем было несколько, по большей части спам. Но вот одно письмо с пометкой в теме "трудоустройство" я открыл. Текст был составлен грамотно и четко, что сразу создало у меня ощущение солидности фирмы, приславшей его. Более того, фирма была московской, что делало ее на порядок солиднее только по местоположению. Как-то пару месяцев назад, я посмотрел выступление одного американского стартапера, специализирующегося на продуктах раскрутки товара и использовал без зазрения совести его слова при составлении резюме. Кажется, москвичи клюнули на эту фишку.
Мне предлагали работу менеджера регионального отдела продаж. Все финансовые проблемы по переезду они
Всех вещей у меня было, это большой туристический рюкзак и среднего размера чемодан. Именно с ними меня встретила суетливая жизнь столицы. Оставив в камере хранения вещи, я отправился прямиком в офис моей новой фирмы. Признаться, было немного волнительно. Я не был уверен в себе, и боялся разочаровать свое новое начальство. По отъезду, я немного прихвастнул перед друзьями, а теперь боялся, что может получиться так, что я вернусь назад не солоно хлебавши.
В метро я был первый раз. Пришлось долго соображать, как происходит движение по веткам, а когда до меня дошла вся их простота и очевидность, я оценил все удобства подземного перемещения. По дороге пришлось пересесть на еще один маршрут. Подземные залы московского метрополитена, стоили того, чтобы не спешить вскакивать на первый подъехавший поезд. Чтобы не афишировать свою провинциальность перед жителями столицы, я не глазел откровенно на красоты станций, старясь делать это украдкой или непринужденно.
Офисы моей фирмы занимали два этажа двадцатипятиэтажного здания. На входе строгая охрана проверила мой паспорт и только после подтверждения разрешения, вежливо пропустила меня внутрь. Коридоры здания были полны строго одетых людей, с деловой сосредоточенностью спешащих по своим делам. Была в этом заразительная атмосфера общей занятости. Хотя, это могли быть первые впечатления.
По дороге я задержался у стенда, на котором были нанесены разными цветами все фирмы занимающие этаж и направления движения к ним по многочисленным коридорам. Мне нужен был сиреневый. Пройдя метров двадцать в нужном направлении, я встретил сиреневый баннер под потолком. С этого места начинались владения моей новой работы. Сердце немного зачастило. Ладони вспотели, особенно перед дверью с табличкой "отдел кадров". Я постучал в дверь.
– Здравствуйте!
– Произнес я, переступив порог.
В помещении находилось всего две женщины. Одной на вид было около сорока, а вторая, совсем молоденькая блондинка с пухлыми губами.
– Меня зовут Луговой Максим. Я вот по этому письму.
– Я прошел к старшей и протянул ей письмо.
– Здравствуй.
– Поздоровалась старшая.
– Привет!
– Поздоровалась блондинка.
Ее "привет" настроил меня на нужный лад, уняв легкий тремор в руках.
– Присаживайся.
– Старшая показала на свободный стул.
– Давай паспорт, трудовую.
Процесс занесения меня в работники фирмы занял минут десять. Пока Валентина Ивановна, как я понял из ее бейджика, заносила мои данные куда-то в свои ведомости, я рассматривал обстановку отдела кадров. Начиная разглядывать ее с любой стороны, мой взгляд все равно останавливался на блондинке. Она была милой. Девушка не обращала на меня внимания, что-то делая в компьютере, а я бессовестно этим пользовался. Она была от меня далеко, чтобы я смог прочитать ее имя. Мне нечем было заняться, и я предполагал, как ее могут звать. Наверняка, у нее не простое имя. К ее пухлым губам должно было идти какое-нибудь капризное благородное имя, например: Елизавета, или Анжелика.