Маргаритки

Ульсон Кристина

Спенсер немного нервничал, думая на эту тему. Вдруг он напрасно размечтался, вдруг всегда искренняя Фредрика заявит, что не хочет жить с ним вместе?

«И что тогда я буду делать? — устало думал он. — Куда мне тогда?»

Может, по причине всех этих нелегких раздумий он зазевался и потерял контроль над машиной. Несколько секунд потребовалось, чтобы понять, что автомобиль потерял сцепление со снежно-ледяной дорогой и что из-за гололеда его вынесло на встречную полосу. Мгновение спустя в смоландском

лесу под черным ночным небом, с которого не переставая падал снег, раздался жуткий звук столкновения двух автомобилей. Свидетели видели, как обе машины врезались друг в друга и, разбитые всмятку, вылетели с дороги, где ударились о мощные стволы деревьев на обочине шоссе.

Затем наступила тишина. Не было слышно ни звука.

* * *

В шесть часов вечера Фредрика вышла в столовую разогреть себе на ужин пирожок. Алекс пришел за ней следом, и ей показалось, что домой он не собирается.

— Не можем дозвониться до Юханны Альбин, — с раздражением сказал он.

— Даже по номеру, который она нам оставила?

— Да.

Микроволновка звякнула, и Фредрика достала разогретый ужин.

— Может, послать к ней машину и проверить, все ли в порядке? — предложила Фредрика.

— Я уже думал об этом, — сказал Алекс. — Только что сообщили, что на звонок никто не открывает. И что в квартире нет света. Звонили также соседям, но те ничего не слышали и не видели.

Она села за стол и начала есть, а Алекс устроился напротив нее.

— Почему Свен Юнг отказался называть имена других членов группы Рагнара Винтермана? — сказал он задумчиво.

Фредрика прожевала и проглотила кусок пирожка. В микроволновке он стал резиновым и отвратительным на вкус.

— Потому что либо боится, либо там какие-нибудь эмоциональные сложности.

— Я тоже так подумал, — медленно проговорил Алекс. — Либо он пытается кого-то прикрыть, либо его запугали.

— Например, своего сына Вигго, — просто произнесла Фредрика. — Отец защищает сына — классический случай.

Алекс мрачно кивнул.

— Точно, — согласился он. — Когда я встречался с этим Вигго, то он ни разу не обмолвился, что он сын Юнгов или что он практически вырос в доме бок о бок с Якобом и Марьей Альбин и играл с их дочерьми. Даже утверждал, что никогда не встречался с ними.

Фредрика осторожно отложила вилку.

— Мы ведь точно знаем, что Каролина долго, так сказать, «играла» с Монсом, — начала она.

— Да? — удивился Алекс.

— А об отношениях сестер с Вигго что мы знаем?

Алекс молчал.

— Ничего не могу сказать, — наконец произнес он. — Не думаю, что техники успели проверить его звонки за сегодня — распечатка пришла к ним довольно поздно.

Фредрика заставила себя проглотить еще кусок пирожка.

— Думаю, мы найдем

там кое-что интересное, — сказала Фредрика. — Думаю, там все продумано и организовано гораздо лучше, чем мы сейчас себе представляем. Я, например, выяснила: Вигго сменил фамилию, причем сделал он это в тот же самый год, когда поступил в полицейскую академию.

— Боже мой, — воскликнул Алекс. — Так, может, он был замешан в этом с самого начала, когда они только начали прятать беженцев за мзду в 2004 году?

— Наверняка, — уверенно ответила Фредрика. — И чтобы не привлекать внимания к себе, если отец попадется, Вигго позаботился о том, чтобы дистанцироваться от семьи, сменив фамилию.

— Что, кстати, хорошо сработало, — буркнул Алекс.

— Ничего подобного, — возразила Фредрика. — Вот мы сейчас сидим здесь и знаем, что у него ничего не вышло.

Он криво улыбнулся ей:

— Ага. Только взять его у нас не получается.

— Мы можем установить за ним слежку?

Улыбка шефа сделалась шире.

— Уже установили несколько часов назад. Он, по всей видимости, сидит у себя в квартире.

— Ждет инструкций?

— Может быть.

Он ответил на ее звонок после второго сигнала.

— Я выхожу, — сказала она.

— Хорошо, хочешь, я пойду с тобой?

Она молчала.

— Пока нет, — спустя мгновение ответила она, но с неким сомнением в голосе, так что он понял, что не сможет удержаться и не сопровождать ее.

Он боялся за нее, боялся за нее всегда, когда она была неосторожна.

— Это может быть опасно, — сказал он.

— Я знаю, — ответила она также глухо.

— Береги себя.

— Обязательно.

Возникла пауза, он скрежетал зубами от волнения. Ему хотелось задать лишь один вопрос.

— Ты была дома у матери?

Он услышал, как она замерла на полуслове.

— Да.

— И что?

Снова пауза.

— Ее не было дома.

— Проклятье. Значит, она успела до нас…

Она прервала его:

— Будем надеяться на лучшее.

— И готовиться к худшему, — закончил он.

После того как они закончили разговор, он долго сидел и смотрел в окно. Желваки ходили у него на скулах, покуда он принимал решение. Он лучше, чем она, годился для драки. Именно это сделало их союз таким успешным. Она была стратегом, намечавшим основные направления их работы, в то время как он следил за тем, чтобы возникавшие проблемы решались и исчезали с их пути. Раз за разом.

Решение его было импульсивно. Никогда не станет он отсиживаться в квартире, в то время как его любимая борется за свою жизнь на том поле брани, где однажды была так страшно ранена и где научилась к любому чужаку относиться с осторожностью и подозрением.