Маргаритки в раю

Шелвис Джилл

Подлинная боль, прозвучавшая в этих словах, поразила Зака, резанула как по живому, и всякая дистанция, которую он рассчитывал сохранить, сделалась невозможной.

— Я тогда ничего не понял, — ответил он. — Прости.

Лицо Ханны исказила болезненная гримаса.

— Вот видишь — не понял. И еще спрашиваешь, зачем я искала подсказок?

Он не знал, что ему с ней делать. Каким-то образом ей удавалось проникать ему в душу, задеть заповедную, никому прежде

не доступную область, ограждающую его сердце, но Зак не хотел ощущать ее там.

— Да, ко мне это все не имеет отношения.

— Значит, тебе… все равно?

— Конечно. — В действительности же в самых буйных фантазиях Зак не мог бы предположить, что ее неопытность окажется настолько сексуально притягательной, что будет вызывать в нем такое волнение. — Я думаю вот что: ты решила… приобрести сексуальный опыт, а тут, как раз подвернулся я. Вместо меня сгодился бы любой парень.

— О, Зак… — Она протянула руку и коснулась его груди. — Нет! Это неправда!

— А если бы я не появился?

Она задумчиво отвела волосы назад и смешно сморщилась, нащупав в волосах клубнику.

— Сама не знаю.

Ее искренность подкупала и одновременно вызывала в нем досаду.

— Понимаешь, Ханна, это — одна из причин, почему нам нельзя!.. — с горячностью проговорил он.

— А как же другие? Почему им можно?

— Потому что… — А действительно, почему? Зак вдруг и сам забыл. — Потому что ты — подруга Алекс!

— А я-то еще думала, у тебя мятежный дух! — презрительно бросила она. — Настоящий свободолюбивый бунтарь не стал бы заботиться о таких пустяках.

— Ну, хорошо… потому, что я помню тебя маленькой девочкой.

— Глупости, мы давно уже взрослые.

— Нам нельзя, потому что… — мозг его лихорадочно работал, — потому что я здесь всего на несколько дней, а ты заслуживаешь гораздо большего.

Это вывело ее из равновесия.

— Я сама могу решить, чего я заслуживаю, благодарю за заботу! К твоему сведению, я не ищу прочных взаимоотношений!

Господи, дай сил, взмолился Зак.

— Значит, по-твоему, это решает дело? Считаешь, что все в порядке, раз тебе нужен просто секс? — спросил он, сам себе удивляясь. Нет, наверно, он рехнулся! Эта красивая, умная, замечательная молодая женщина хочет от него только секса, а он артачится и старается ее отговорить. Должно быть, у него что-то с головой.

— Ладно, я поняла, — подытожила Ханна. Она выглядела усталой и опустошенной. — Ты меня не хочешь, вот и все.

— Нет, я не об этом!

— А о чем?

— Я хочу. — У него даже голос осип от желания. — Но это нехорошо, неправильно.

—

Как это может быть неправильным? Когда я с тобой, я чувствую совсем другое. Мне очень хорошо! Просто замечательно!

Ну, ладно, прекрасно. Пусть так. Ей хорошо, и именно ему суждено было подарить ей это ощущение. Это, конечно, льстит самолюбию, но все равно чертовски неловко.

— Мне тоже хорошо с тобой, — признался он.

Плохо было, что эти слова зажгли в ее глазах надежду. Очень скверно.

— Послушай, пожалуй, лучше мне вернуться к первоначальному плану, — сказал он. — Гостиница все еще переполнена. Уверен, поблизости есть немало других отелей, где я смогу остановиться.

— Нет! — Она потянулась к нему, коснулась плеч, прильнула всем телом, размазывая по нему клубничный торт. Зак попытался воспротивиться, но не смог. — Не уходи! Я не хочу думать, что выгнала тебя лишь потому, что…

— Хотела переспать со мной?

Увидев его улыбку, она тоже улыбнулась.

— Да. Ох, я в таком виде! — Улыбка чуть поблекла. — Мне надо привести себя в порядок.

Кусочек клубники соскользнул с ее ключицы и исчез в вырезе платья. Зак проводил его мутным, остекленевшим взглядом, во рту совсем пересохло. Руки прямо-таки дрожали от желания до нее дотронуться, он сжал кулаки и держал их прижатыми к бокам.

— До встречи.

Вечером того же дня Зак поднялся на второй этаж отеля и с некоторым трепетом постучал в дверь Ханны.

Он многое отдал бы, лишь бы избежать этого, но увы! — ему необходимо было забрать свой рюкзак.

Ханна открыла дверь. Перед этим она, видимо, спала, и Зак пробормотал какие-то извинения, но она только отмахнулась.

— Нет-нет, все в порядке. Напротив… я рада, что ты пришел. — Голос ее со сна звучал хрипловато. На ней опять была майка, только уже другая. Она сползла со сливочно-белого плеча, и Зак почувствовал, как рот у него наполнился слюной.

Подавив готовый вырваться стон, Зак встретился с ней глазами.

— Мне просто понадобилось белье.

— Чтобы ночевать на диване в офисе?

— Да.

— О, Зак, останься здесь.

— Не могу. — При одной только мысли об этом его тело взволнованно встрепенулось.

— Мой диван гораздо удобнее, правда, — сказала она.

— Дело не в диване, меня притягиваешь ты. Но я не хочу, чтобы ты меня притягивала. — Чтобы помучить себя еще больше, он подошел ближе и, наклонившись к ней, легонько поцеловал. — Спокойной ночи, Ханна. Спи крепко, — прошептал он и поднял с пола сумку.