Маргаритка
Шрифт:
– В енчается раб Божий Николай с рабой Маргариткой...
В это время подошла Мария Александровна.
– Опять играете?
– Нет, - хохотали ребята.
– У нас все серьезно! Мы только что обвенчали Маргаритку и Кольку.
– И Николай не сбежал?
– удивилась учительница.
– Нет, - заверила Маргаритка
– А ну признавайся , муж мой любименький , что ты счастлив со своей нареченной женой.
– Перед совестью и властью нашего класса стоишь , - добавил Золотарев.
– Говори правду! Не лги!
Николай опять про молчал, лишь улыбался. В руке держал яблоко.
– М олчание - это знак согласия, - заметила Маргаритка. – С частлив он, Мария Александровна , очень счастлив . Вы , как властные структуры, запротоколируйте этот факт.
Мария Александровна лишь рукой махнула, зная своих дружных и неугомонных десятиклассников.
– Молодые, – провозгласил тем временем насмешливый Золотарев,- поцелуйте друг друга.
Маргаритка б ы и поцеловала Кольку, веселиться, так от души, но тут была Мария Александровна, девчонка немного смутилась .
– П отом поцелую , – заверила она. – Ой, как поцелую!
– К ольцами. Кольцами обменяйтесь, - вспомнила Настя.
И десятиклассники со смехом смотрели, как Николай надевает на изящный пальчик Маргаритки кольцо из алюминиевой проволоки.
– Невеста, - проворчал парнишка , – могла бы перед свадьбой почище вымыть руки.
– Колюшка, любименькой мой, – ответила девчонка,- теб е
Николай улыбнулся и отдал Маргаритке яблоко.
– Свадебный подарок, - тут же обрадовалась Маргаритка.
– Спасибо, Коль , спасибо, любименький .
– Коль, - засмеялась Маргаритка, - ты уж меня прости, но подарок твой свадебный я не сберегла. Съела в тот же день. Вкусно было. А колечко до сих пор цело. Я часто вспоминаю школу.
– А что с моим кольцом, не знаю, - признался Николай.
– Но до дома донес, это помню. Даже матери рассказал про венчание...
Маргаритка просидела долго у Николая. Она бы и подольше осталась, но ведь есть Костик, любимый сынишка. Ему мама нужна.
А Олеська так и не появилась у Николая. Олег на нее рассердился за то, что она отключила телефон, вспомнила об этом только к двенадцати ночи, когда приехала домой. Впервые не Олеська, а Олег приревновал жену неизвестно к кому. Обиделся, говорить с ней не стал, про Николая не рассказал, что тот в больнице, рано утром уехал на работу. Олеська походила по комнатам, почувствовала себя неуютно и поехала мириться, потому что на этот раз Олег отключил телефон. Её это расстроило, она и не вспомнила ни про Николая опять, ни про Маргаритку. Да и чего вспоминать, пусть наслаждаются обществом друг друга. Нечего им мешать. Олега на работе жена не нашла. Уехал в П-в, сказали ей. Олеська почувствовала обиду: мог бы и предупредить, раньше муж всегда звонил, если уезжал в другой город, пусть даже туда-обратно. Поэтому на дачу не поехала, осталась в городской квартире. Тоже без предупреждения. Пусть муж поищет. Обиды нарастали, как снежный ком.
Николая же Олег еще во время первого посещения просил Олеське не звонить и ничего не говорить про ожог, чтобы носилась поменьше. Тот обещал, передал просьбу и Маргаритке. Та и не говорила. Да и телефон в тот день у подруги не отвечал. А остальные тоже Олеське ничего не сообщили, все были уверены, что она все знает.
Сердитый и усталый Олег приехал на дачу, жены там не было, телефон опять молчал. Старший Яликов отправился в городскую квартиру, там нашел обиженную Олеську, но с ней было все в порядке, муж успокоился, но примирение так и не состоялось. Утром Олег опять уехал молча. Олеська пыталась убедить себя, что она во всем права, и пожаловалась сестре на мужа, но получила ответ, что Олег и так много терпит выходок от нее. Олеська обиделась и на сестру и ей тоже больше не звонила. Потом обиделась на Маргаритку. Конечно, ей хорошо, Колька возле нее, забыла про подругу, не звонит, не навещает. И ей не стала перезванивать. Вот и сидела актриса дома, обиженная на весь белый свет. Зато каждый день варила большую гору еды, чтобы не выть от обиды и скуки. Сходила к врачу, сдала анализы, даже не стремилась в свой любительский театр. Это было не похоже на актрису. Она сама удивлялась своей обидчивости, никак не связывая с беременностью. Обо всех своих передвижениях Олеська теперь исправно докладывала мужу. Тот выслушивал, говорил "хорошо", и отключался. Олег решил немного проучить свою неугомонную половину. Нечего бегать, высунув язык, если под сердцем дитя. Срок для воспитания Олеськи был определен Олегом в пять дней. Он об этом рассказал брату, у Николая как раз сидела Маргаритка, она навещала Николая каждый день. Женщина засмеялась, услышав про перевоспитание Олеськи за пять дней:
– Не выдержишь. Сам завоешь от такого воспитания.
– Выдержу.
– Ты смотри, поаккуратней, - советовал брат, - а то еще мамочка повесится со скуки от правильной жизни.
Это замечание слегка напугало Олега. Он еще потерпел сутки, потом в телефонном разговоре обмолвился Надежде, что решил немного перевоспитать жену. Сестра Олеськи была обеспокоена ее унылым тоном, на вопрос: "Что случилось?" - услышала лишь: "Все в порядке". Надежда решила позвонить Олегу. И когда тот рассказал о мерах по перевоспитанию жены, то прямо раскричалась на Олега.