Маракель

Тович Мария

– Нас тут скоро вороны сожрут, – скривился он.

– Хватит молоть чушь. Вороны не едят живых людей.

– Так нам и до мертвых недалеко, если основательно заблудимся.

И тут они услышали треск, будто кто-то пробирался к ним через разросшийся можжевельник.

– Света? – Кира резко обернулась, с надеждой посмотрев в сторону соснового бора. – Светка, ну ты даешь, – с облегчением выдохнула она. – Мы так волнова…

Кира застыла на полуслове: из-за толстой сосны вышел огромный мужик и, оглядываясь, остановился. Его лицо скрывала густая щетина, на крупную голову была

натянута съехавшая на один глаз вязаная шапка. Таких верзил Кира еще не встречала.

– Кто это? – блеющим голосом спросил Яша, который в два прыжка оказался рядом с Кирой.

– Может, егерь? – прошептала она. – Надо спросить его, не видел ли Свету.

Кира дернулась вперед, но незнакомец вдруг пропищал пронзительно тонким голосом:

– Говорил же я тебе. Это была не голубика! Не голубика! А ты заладил: «Можно есть, можно есть». Баран пустоголовый.

Писклявый голос настолько не вязался с обликом верзилы, что Кира завертела головой в поисках настоящего владельца тонкого фальцета. Но кроме них самих и незнакомца больше никого поблизости не было.

– Я думал, есть можно, – замычал мужик уже басом, оттопырив мясистую губу.

– Ты думать не умеешь, – тут же визгливо ответил он сам себе. – Фетюк лешуконский. Тянешь в рот что ни попадя. – И его физиономия брезгливо скривилась.

– Я есть хотел, – снова глухо отозвался бас.

Кира и Яша переглянулись.

– Псих какой-то, – недоуменно пробормотал Яша. – Сам с собой разговаривает.

– Всю округу изгадил, – взвизгнул мужик и угрожающе потряс в воздухе кулаками. – Прости, – тут же угрюмо просипел он себе в ответ, ссутулив плечи.

– Видимо, ему тут очень одиноко, – шепотом прокомментировала происходящее Кира, – раз сам с собой разговаривает.

Тем временем мужик двинулся дальше, он продолжал оглядываться, будто кого-то высматривал. Вскоре его фигура скрылась за густыми зарослями лещины.

– Что это было? – вытаращил глаза Яша.

– Надо идти за ним. – Кира решительно направилась вслед за незнакомцем, но Яша поймал ее за руку.

– Стой. А вдруг он маньяк какой-то? Ты слышала, какую чушь порол? Нет, я с места не сдвинусь. Может, он притаился за кустом или вон за дальней елкой? Случись что, у меня в кармане нет даже перочинного ножика. – Парень похлопал по карманам штанов. – Остался в купе на столике.

– А если он первым найдет Свету? Тебе за свою девушку не страшно? – Кира вопросительно взглянула на парня.

Яша вздохнул:

– Ладно, идем за ним. Только тихо, и не лезь на рожон.

Сквозь цепкие ветки кустарника пробираться было непросто, зажмурившись, ребята разводили их в стороны, но, когда вылезли из зарослей, поняли, что мужика они из виду потеряли.

– И где он? – Кира недовольно встала руки в боки и, осматриваясь по сторонам, закрутила головой. Вокруг был лишь немой лес. Деревья слились в один непроходимый забор из листьев и веток. На фоне сизо-зеленой листвы и ржавой коры только Яша выделялся ярким пятном в своей желтой толстовке.

Глава 2. Пещера

Было не похоже, чтобы здесь ходили люди: даже тропы почти не было видно. Пейзаж сбивал с толку однообразием, если

не считать серой скалы, возвышавшейся над кронами деревьев.

– Давай возвращаться. Надо попытаться поймать сеть и все-таки позвонить в полицию. Или спасателям! Все, с меня хватит! – взорвался Яша, распаляясь сильнее оттого, что Кира на его стенания не обращает никакого внимания. Он достал из кармана телефон и стал набирать номер. Из-за спешки получалась ерунда, и, чертыхаясь, он стирал и набирал цифры заново. – Опять нет сигнала, – с досадой проговорил Яша.

На всякий случай Кира проверила и свой телефон. Тоже вне сети.

– Замечательно, – взвизгнул Яша. – Хорошенькая перспектива – пойти на корм воронью и комарам. Вот так послушаешь девчонку… «Идем, что тут торчать?» – передразнил он Киру. – Все, теперь слушай меня. Берем скалу за ориентир и движемся вдоль нее.

Он поднял телефон над головой и зашагал вперед. Кира пошла следом. «Подумать только, Яша мужика решил включить. Наконец-то. Интересно, куда подевался верзила? Может, притаился за деревом и нас поджидает?» Она двигалась за Яшей, опираясь одной рукой на крутую скалистую стену. Шершавая поверхность сменилась гладким, почти отшлифованным каменным полотном. Словно кто-то отсек от камня куски, оставив ровный узорчатый срез. Засмотревшись на пестрые разводы, Кира чуть не врезалась в Яшу, когда тот резко остановился.

В этом месте шел крутой поворот налево, перед ними открывалась блестящая гладь озера. У самой кромки воды чернело полукруглое углубление в скале.

– Это Света? – удивленно пробормотал Яша.

Кира нетерпеливо выглянула из-за его спины. У небольшой расщелины стояли Света и тот самый странный бугай, которого они видели в лесу.

Через мгновение двое исчезли в глубине пещеры.

– Света! Света! – закричала Кира и, выскочив из-за оторопевшего Яши, побежала туда, где только что стояла подруга. – Быстрее, надо их догнать, – поторапливала она замешкавшегося Яшу. Кира стояла у входа в пещеру, куда ушла Света, и ощупывала идеально ровные стены.

– Подожди. Зачем Света с этим ненормальным зашла в пещеру? Тебе не кажется это странным? – упирался Яша.

– Кажется. Но это ведь твоя девушка, – Кира сделала акцент на слове «твоя». – Тебе виднее, какие у нее тараканы в голове.

– А еще это твоя подруга. Тоже не чужой человек, да? – огрызнулся Яша.

Кира почувствовала, как кровь прилила к щекам. Эти глупые разборки пора было заканчивать. Не место и не время. По рассказам подруги она представляла Яшу совсем другим, он казался почти идеальным, но теперь злилась, что ее ожиданий он не оправдывал.

Ну да, симпатичный, плечи у него широкие, ресницы длинные и густые – любая девчонка позавидует. Но чем больше говорит, тем больше раздражает.

Образ прекрасного принца испарился, а с ним и бесконтрольная зависть, которую Кира испытывала, глядя на них двоих. Светку даже жалко стало.

– Да, ты прав, – выдохнула Кира. – Я тоже не понимаю, зачем ей этот сумасшедший. Может, это проводник, который знает короткий путь до деревни? Почему тогда она нас бросила? Ничего не сказала, не предупредила.