Манящая леди

Аллингем Марджери

Люк издал звук, который любой другой мужчина в любом менее ответственном положении мог бы принять за хихиканье.

“Что она вообще делала в комнате мистера Уильяма, Супер?” поинтересовался он.

“Вмешиваешься”, - спокойно сказал Саут. “Это бросается в глаза на милю. И если я могу высказать свое мнение — я старше вас, шеф, даже если я старый деревенский полицейский, — я не думаю, что это тема, в которую нам следует углубляться. В конце концов, старый джентльмен мертв и достойно похоронен, и на самом деле не раньше своего времени. Так что обсуждение его ни к чему хорошему не приведет. Теперь, если вы не возражаете, я поднимусь в этот дом и одолжу телефон. Это срочно, и я не думаю, что кто-то собирается тащить меня за это по углям. Я прикажу своим людям выйти прямо к индейскому лагерю, приблизившись к нему с главной дороги

Влюбленных, чтобы им вообще не нужно было идти к Манящей Леди. В данный момент этот дом не имеет отношения к делу. Я так понимаю, вы будете ждать меня у тела, Буллер? Вы понадобитесь завтра, и вы тоже, мистер Кэмпион. Вот как вы на это смотрите, старший инспектор?”

Люк колебался. “Это ваше поместье, суперинтендант”, - сказал он наконец. “А как насчет бутылки джина?”

“Я сама позабочусь обо всех экспонатах. На это вы можете положиться. Сомневаюсь, что этот экспонат очень материален, потому что бедная леди, вероятно, приняла достаточно снотворного, чтобы умереть без него. Но я знаю свой долг. Эта бумага - важный предмет.”

Он протянул руку, и лондонец передал фотографию. Все они стояли и смотрели, как Саут аккуратно сложил ее и положил в бумажник, который он застегнул на внутренней стороне жилета над сердцем.

“Ну вот”, - сказал он с удовлетворением. “Теперь единственный неловкий вопрос, который может возникнуть, - это кто бросил тело в воду. Ответ совершенно очевиден, но мы не будем его доказывать”.

“Когда мистер Кэмпион увидел записку коронеру вчера днем, она была под запиской, адресованной мистеру С. С. Смиту”, - сказал Люк, наблюдая за ним.

“Это верно”, - безмятежно согласился Саут. “И это так и не было доставлено. Мы можем размышлять об этом, шеф, с этого момента и до Рождества, но это ни к чему нас не приведет. Про себя мы можем подумать, что если бы джентльмен готовился объехать вокруг поместья толпу потенциальных покупателей, он вряд ли захотел бы, чтобы тело самоубийцы, разбросанное повсюду, портило вид. Мы могли бы подумать про себя, что в своем испуге, прочитав ее записку самому себе, он порвал бы и ту, и другую, адресованную коронеру, и сбросил бы тело с глаз долой в реку. Но мы не знаем и никогда не узнаем наверняка. Так получилось, что это не имеет значения. К счастью, мы узнали правду. Здесь, в сельской местности, есть одна вещь, которую мы никогда не упускаем из виду. Виновный должен быть наказан, но остальные из нас должны жить вместе до конца наших дней. Я просто проскользну к телефону. Буллер. Он вгляделся в тень. “Благослови парня, он исчез. Не волнуйся, он не уйдет далеко”.

Когда его пухлая фигура стала не более чем далекой точкой в лунном свете, Люк повернулся к своим друзьям.

“Что ты об этом знаешь?” - требовательно спросил он.

“Правда - это такая обнаженная леди”, - мягко произнес мистер Кэмпион. “Очевидно, в благоустроенных деревенских семьях никто не настолько неделикатен, чтобы пялиться на нее всю сразу”.

“Все это очень хорошо”, - возразил Люк, когда они двинулись вдоль берега к огням далекого лодочного домика. “Я понимаю точку зрения Саута, но я не могу оставить это так. Что я должен знать, так это то, почему мисс Пинкертон отравила старого джентльмена. Она, должно быть, знала особенности дормиталя. Она сама принимала алкоголь вместе с ним, когда собиралась умереть ”.

“О да, она знала, что делала”. Легкий голос мистера Кэмпиона был серьезен. “Я не знаю, оценила ли она всю чудовищность поступка”.

“Либо она хотела, чтобы он умер, либо нет”, - настаивал Люк.

“Она сделала, но не посчитала это”, - вставила Аманда, напугав их обоих. “Не как убийство”.

Мистер Кэмпион на мгновение замолчал. Он вспоминал разговор, который состоялся у него на церковном дворе, и снова представил себе энергичную, деловитую женщину, срезающую засохшие розы с венка.

“Это классический случай”, - заметил он. “Когда мисс Пинкертон отправилась в тот день, у нее не было намерения кого-либо убивать. По всем правилам это должно было сойти ей с рук”.

Люк хмыкнул. “Вы думаете, она внезапно заметила, что собственные снотворные таблетки мистера Уильяма похожи на дормитал в ее сумке, и подменила их под влиянием момента? Я поверю в это, когда узнаю почему”.

Мистер Кэмпион колебался. “Мне кажется, это было очевидно в течение некоторого времени”, - отважился он наконец. “Но я этого не заметил. Видите ли,

Смит поощрял мисс Пинкертон помогать Минни с ее секретарской работой, не так ли? Это было потому, что он хотел выяснить, почему Минни не хочет продавать свой дом. Манящая леди была жизненно важна для его плана превратить поместье Понтисбрайт-Парк в ипподром, который он предлагал продать похитителям тел, как только оно будет основано. Минни не стала бы продавать заведение, потому что ей это было не нужно. Уильяма спас ее от неприятностей, в которые она попала, приняв предложение Тонкера, и если бы только Уильям дожил до ноября, в Подарок его настоящем не было бы никакого серьезного подвоха. Мисс Пинкертон знала об этом все. Она делала всю работу с обеих сторон. Она была сверхэффективным человеком, который, должно быть, остро страдал от невыносимой обстановки там, внизу, когда Минни меняла свое мнение о продаже каждые две минуты ”. Он сделал паузу и коснулся руки Люка. “В тот день мисс Пинкертон бродила по комнате Уильяма и, должно быть, увидела, что он лежит там с видом бесполезного, неизлечимого и отвратительного старого зануды, который все портит. В то же время она увидела очень простой способ избавиться от него. Она воспользовалась им. Держу пари, что она обманывала себя, думая, что проявляет милосердие ”.

“А еще”, - откровенно сказала Аманда. “Она почти могла обвинить дядю Уильяма в том, что он сделал dormital ядовитым. Я имею в виду, если бы он не принимал алкоголь вместе с этим — а Пинки в любом случае не одобряла, когда злые старики употребляли алкоголь, — это причинило бы ему не больше вреда, чем ей, а она принимала его регулярно ”.

“Верно!” Люк коротко и невесело рассмеялся. “Я знаю этот менталитет, и я узнаю тип людей, которые верят, что бизнес богатого человека священен. Чем богаче человек, тем святее его дела. Я полагаю, мисс Пинкертон просто думала о Смите как о человеке, работающем на Дженаппе и, следовательно, чрезвычайно важном. Ты совершенно права, Кэмпион, ей бы это сошло с рук, если бы Малыш Дум не заглянул в окно. Интересно, как много он увидел?”

“Не очень”, - пробормотал мистер Кэмпион. “Я не думаю, что мисс Пинкертон тоже так думала. Но когда он бросился к подъездной дорожке в попытке подрезать ее и поравнялся с ней у крыльца, она почувствовала себя виноватой и поэтому запаниковала. Когда он прикоснулся к ней, она ударила его первым попавшимся под руку оружием. К сожалению, это был лемех плуга, а у него был не тот череп, чтобы противостоять ему. Я не думаю, что она думала, что он видел ее с дормиталом.”

“А ты нет?” Люк повернулся к нему. Они подошли к месту, где тропинка разделялась. Одна рука вела вниз, в сад Манящей леди, а другая извивалась по направлению к единственному дощатому пешеходному мостику, который вел к возвышенности и индейскому лагерю. “Почему бы и нет?”

“Ясная и прозрачная мысль”, - скромно сказал мистер Кэмпион. “Если бы Крошка Дум упомянул о лекарствах, когда догнал ее, она бы бросилась назад, чтобы восстановить положение, прежде чем был причинен вред. Она не сделала ничего подобного. Почему? Потому что, когда он внезапно появился рядом с ней на мосту, я думаю, он начал говорить о чем-то другом, о чем она сочла дерзостью ”.

“О". Что это было?”

“Честно говоря, я не знаю”. В голосе Кэмпиона звучало сожаление. “Но, тщательно изучив парня и его методы, я должен предположить, что он спросил ее, почему застал ее за вытиранием пыли в комнате больного, когда она работала за десять шиллингов в час, или сколько там это было, чисто секретарскими обязанностями. Она пренебрежительно отнеслась к нему, и он схватил ее, и это произошло ”.

“Ужасно”, - сказала Аманда с дрожью. “Я возвращаюсь в сад; встретимся там, Альберт”.

Она исчезла в тени, а Люк и Кэмпион продолжили путь к дощатому мосту, где на мгновение остановились, глядя вниз, на залитую лунным светом воду. Лагг и Джордж Мередит были в лагере с телом, и они почти не сомневались, что к этому времени старина Гарри присоединился бы к ним.

Из лодочного домика доносились звуки музыки.

“Женщина не могла видеть, как пал Литтл Дум”, - сказал Люк через некоторое время. “Должно быть, она просто ударила и убежала. Затем, когда она больше ничего об этом не услышала, она выбросила весь инцидент из головы, как это делают люди. Неудивительно, что вид тела неделю спустя довел ее до крайности. Торговля ромом. Такая простая и заурядная. Это могло случиться с кем угодно ”.