Манул
Шрифт:
— Очень понравился, — ответила девушка, слегка склонив голову в знак приветствия. Положенного по этикету книксена она пока сделать была не в состоянии, поймав на себе полный осуждения взгляд Адриана.
— Ох, Солоха, здравствуй! — придерживая полы роскошной юбки, к брату присоединилась сестрица, радушно улыбнувшись девушке.
Ариса по обыкновению была весела и беззаботна, тут же подхватив Солоху под ручку, увлекая внутрь своего особняка. Сзади безмолвной тенью последовал Адриан.
— Знаешь, тут порою бывает так одиноко. Сher* папа частенько уезжает, оставляя меня совсем одну, —
— Зимой мы проводим балы в этом зале, — сообщила тем временем Ариса. — Но летом тут пугающе пусто…
— А как по мне, то это и хорошо, — рассеянно отозвалась девушка, потирая оцарапанную руку. — Много места, просторно. У нас в имении такого вот не встретишь. Теснота, духота и темнота.
— Правда? — Ариса остановилась, удивленно захлопав глазами. — А где же вы тогда проводите торжественные приемы и праздники?
Солоха даже слегка растерялась от такого вопроса. С одной стороны ей не хотелось врать (вдруг уличат в обмане?), а с другой и приграничную шляхту выставлять дикарями не особо-то и хотелось.
— Ну, папенька имел обыкновение нас на праздники в город вывозить. Там-то у пана головы и веселились… — ответила тихо девушка, невольно вспоминая празднование в Солнечном, долгие застолья на вечерницах*, сказки, рассказываемые Матреной, песни и пляски… А еще постоянные упреки Параски по поводу того, что ее дражайший Тихончик слишком много пьет и засматривается на соседку.
От внезапно нахлынувших воспоминаний о семье Солоху отвлекла Ариса, продолжая спрашивать:
— А как вы там вообще веселитесь? — Ариса даже приостановилась на полпути к лестнице, выжидающе глядя на Солоху. — Ты прости за такую назойливость, просто мне действительно интересно. Мы же ничего не знаем о Приграничье…
— Ну почему это, — резко вмешался в разговор Адриан. — Знаем, и довольно много.
— Это ты знаешь, потому что ты охотник и часто там бываешь, — возразила девушка. — Но толкового рассказа от тебя не добьешься! Только о своих монстрах и говоришь… Лучше пусть Солоха расскажет, она там жила и знает больше тебя!
После такой пламенной речи Солоха посчитала преступным уходить от ответа. Может, она и не сильно разбиралась в том, как по другим городам праздновала знать, но за Маковец она могла говорить честно. Сама, бывало, становилась свидетельницей панских забав.
— Лично у меня папенька очень любил застолья устраивать, и по гостям ездить, — начала она осторожно, вспоминая, как зажиточные купцы из Маковца проводили досуг. — Музыкантов приглашали часто, баянов-сказителей, на охоту выезжали. Правда, нас с маменькой не свои забавы не брали. А если уж ехали в город, то тогда обязательно танцы устраивали. Ох, и хороший у пана головы зал, я вам скажу! Но с вашим не сравниться… Как мы там польку
— Полька? — Ариса сморщила носик, видимо, пытаясь припомнить такой танец. — Точно, припоминаю… Действительно странный выбор танца. Я-то думала, такое только по деревням танцуют…
Солоха почувствовала, что краснеет, молясь, чтобы Адриан не стал зацикливать свое внимание на этом.
— Ну, так и мы в деревне жили. А польку еще мой дед танцевал. Можно сказать, родовой танец! — гордо выпалила девушка.
— Да? Тогда прости, если я обидела тебя. Просто это непривычно мне, — на этот раз настал час смутиться Арисе. — Нас в пансионе приучали, что такие танцы… несколько неприемлемы для аристократов.
Солоха невольно вспомнила мадам Бонт и не сдержалась от злорадной усмешки. О да, эта светская львица уж точно знает толк в аристократизме!
— И я бы не сказал, что они не так уж неправы, — вставил свои пять копеек Адриан, поглядывая на Солоху.
Селянка внутренне фыркнула. Нет, не поведется она в этот раз на дешевую провокацию.
— Адриан, как можно! — возмутилась вместо Солохи Ариса, укоризненно взглянув на брата. — Немедленно извинись за свою грубость! Прости, Солоха, я понятия не имею, что на него нашло!
— Ой, да ладно. Не волнуйтесь так, — улыбнувшись Арисе, ответила девушка. — Я нисколечко не в обиде. Каждый имеет право на свою точку зрения…
— Ах, это так благородно с твоей стороны! — пропела де Клясси. — И все же, прошу прощения за его неподобающее поведение! А теперь пойдем! Мы совсем заговорились!
С этими словами Ариса уверенно повела Солоху к лестнице, начав рассказывать об истории семьи де Клясси на землях Антского царствия, и, конечно же, о постройке их семейного особняка.
Солоха слушала в пол уха, изредка кивая и поддакивая. Во всех этих нагромождениях лордов, баронов и князей она не понимала ни слова. Аналогично ничего ей пока не говорили и имена знаменитых архитекторов с Запада. Потому, пообещав себе позднее обсудить вопрос истории с Маем она принялась рассматривать внутреннюю обстановку замка.
Ариса, будучи не только радушной, но еще весьма тщеславной хозяйкой специально провела свою гостью по всем самым примечательным местам в своем доме, пока добралась до уютной гостиной, где и планировалось принимать гостью.
После долгого перехода по второму этажу Солоха была несказанно рада увидеть конечный пункт их назначения. От увиденной роскоши у нее слегка рябило в глазах, а с языка вот-вот было готово сорваться пара нецензурных, но очень восторженных комментариев. Чего стоили только те позолоченные статуи Ирриила и его двенадцати аколитов*, увиденные в большой гостиной! Даже будучи ведьмой, Солоха не могла отвести взора от искусно вырезанной, словно бы живой фигуры заморского божества. Одухотворенное, молодое лицо божества Ирриила, распахнутые над головой широкие крылья, длинные, скрывающие фигуру свободные одежды навевали чувство покоя и неги. Даже Май против ожидания не стал шипеть, негодуя. Он вообще не вмешивался в разговор, являя собой идеальный образец домашнего любимца. Солоха даже начала сомневаться, что держит на руках не бессловесного кошака, но оборотня манула.