Маннергейм
Шрифт:
Отношения Финляндии и Советского Союза, несмотря на мирный договор, были крайне напряженными. Часто возникали разногласия относительно толкования договора. Советский Союз постоянно вмешивался во внутренние дела страны, требуя все новых и новых уступок — то возвращения предприятий, вывезенных из Карелии и с мыса Ханко, то ликвидации концессии на никелевые рудники англичан в районе Петсамо.
14 июня 1940 года два советских истребителя сбили над Финским заливом финский пассажирский самолет «Калев», совершавший регулярные рейсы между Таллином и Хельсинки. Мешок с французской диппочтой
Финское правительство, стремясь избежать конфликта с Советским Союзом, не выступило с протестом и не потребовало денежной компенсации родственникам погибших.
Маннергейм, имевший в Финляндии неограниченную власть — распоряжения его выполнялись беспрекословно, — в эту ситуацию не вмешивался, однако сразу установил жесткий контроль в работе своего окружения. Он запретил фиксировать на бумаге любую информацию, если она касалась сотрудничества с зарубежными странами. Такие сведения должны были передаваться устно, без посторонних, лицо в лицо.
С июля 1940 года, когда Гитлер начал тайно готовить военный поход на Советский Союз, возрос интерес Германии к Финляндии. Территория Финляндии, которую надо было перетянуть в сферу своих интересов, была необходима фюреру как северный плацдарм.
Фельдмаршал барон Густав Маннергейм был горячим патриотом старой, ушедшей в прошлое России. Ненавидя большевиков и Сталина, он в то же время терзал себя навязчивой мыслью, как избежать втягивания своей родины в новую большую войну России и Германии, которую он своим аналитическим умом достаточно ясно представлял.
Через князя Голицына Маннергейм передает личное письмо в Лондон Черчиллю, в котором пишет: «Если Запад окажет мне конкретную помощь, я постараюсь выскользнуть из немецких объятий…» Однако оно осталось без ответа, как и письмо шведскому королю.
Маннергейм во имя своей родины ломает в себе неприязнь к Сталину и пишет ему в июле большое личное письмо, без копии, которое пока лежит в недрах президентского архива России, видимо, для того, чтобы в очередной раз не переписывать историю заново.
Единство финской нации не было абсолютно незыблемым. Основанный в начале августа 1940 года «Финский союз братьев по оружию», покровителем которого стал фельдмаршал Маннергейм, распространения, как и организация ветеранов Зимней войны, не получил. Опасное для Финляндии общество дружбы «Финляндия — СССР», открыто поддерживавшее оккупацию Прибалтики Советским Союзом, решением суда было распущено.
18 августа в Хельсинки прилетел представитель рейхсмаршала Германа Геринга подполковник Вельтьенс, который заявил, что ему поручено говорить только с фельдмаршалом Маннергеймом, и тот принял его у себя дома. Подполковник заявил, что Геринг просит Маннергейма разрешить транспортировку больных и отпускников через Финляндию в Киркенес и готов предоставить финской армии военное снаряжение. Маннергейм ответил, что подобные вопросы решает не он, а президент страны. Вечером, после доклада фельдмаршала, временно исполняющий обязанности президента Ристо Рюти дал согласие на сквозную транспортировку. На другой день Маннергейм сообщил об этом Вельтьенсу.
6
Через шесть дней финны подписывают с Германией техническое соглашение о транспортировке через свою территорию в Норвегию, в Киркенес, оборудования, больных и отпускников.
В это же время народный комиссар иностранных дел Советского Союза В. М. Молотов отдает распоряжение послу С. И. Зотову организовать в Хельсинки праздничный обед для немецких дипломатов по поводу годовщины подписания советско-германского договора о ненападении.
Сложилась странная ситуация, когда резидент внешней разведки НКВД в Финляндии E. Т. Синицын получает команду из Москвы, через своих финских агентов, скрытых под конспиративными именами Граф, Адвокат, Монах, Моисей и Ахти, начать поиск достоверной информации, какие «грузы» немцы собираются транспортировать через Финляндию в Киркенес, а Молотов требует сближения с немецкими дипломатами.
22 сентября 1940 года первый германский транспорт пришел в финский порт Вааса, а через три дня на полуостров Ханко прибыл первый советский поезд.
В 1940 году Сталин, не удовлетворенный итогами Советско-финской войны 1939–1940 годов, решает повторить нападение на Финляндию. Об этом говорят два документа: записка наркома обороны маршала Тимошенко и начальника Генштаба генерала армии Мерецкова от 18 сентября 1940 года № 103203/ ов (особой важности) и директива Генштаба от 25 ноября 1940 года.
В записке излагались соображения о новой войне с Финляндией.
В день «X» создавались два фронта: Северный должен был захватить Петсамо, затем в центре Финляндии выйти на берег Ботнического залива. Главным же считался направленный на Хельсинки Северо-Западный фронт. Вся операция имела кодовое название «СЗ-20».
Эта операция против Финляндии Генштабом не отменялась, говорит директива, а только откладывалась, а затем в 1941 году от нее отказались.
В ноябре 1940 года Молотов, встречаясь с Гитлером в Берлине, недовольно заметил, что финский вопрос о разделении сфер влияния решен лишь частично. Он потребовал согласия Германии на то, чтобы Финляндию постигла судьба прибалтийских стран. Однако Гитлер заявил, что он не хочет, чтобы в регионе Балтийского моря возникла новая война.
19 декабря 1940 года президент Финляндии Кюэсти Каллио по состоянию здоровья покидает свой пост. Состоялись президентские выборы, перед которыми Москва заявила, что в числе нежелательных для нее кандидатов на президентское кресло входят Вяйнё Таннер, Пер Эвин Свинхувуд и Карл Густав Эмиль Маннергейм.
Фельдмаршал сразу понял, что Сталин устами Молотова ответил на его июльское личное письмо.
Только намного позднее Сталин и Молотов поняли, какой промах они совершили, заставив финнов обратить свои взоры к Германии и искать у нее поддержки.