Манкая

Шубникова Лариса

Кира на мгновение задумался, а потом счел за благо принять все как шутку.

— Фигу тебе, а не Юленьку! Она меня любит, и ей никто больше не нужен. Правда, Юль?

Юля кивнула.

Разумеется, Кира был прав, и Юленька никого иного рядом с собой не мыслила. Только вот полоснуло слегка по сердечку разочарование, что-ли… Может, сожаление? Ведь если совсем честно, то Юльке хотелось, хотя бы раз в жизни, ни о чем не думать, а просто сесть в машину и умчаться подальше от …Кого? Чего? Ей и самой не понятно…

— Повезло

тебе, Кирилл, — Широков, вроде, и сказал все верно и к месту, но почему Юле почудилась в его голосе обида?

— Еще как! — Кира поцеловал Юльку в висок. — Я помчался, малыш!

Он уселся в машину, уютно там расположился и выехал со двора. Юля и Широков посмотрели ему в след.

— Митя, мне пора бежать. День сегодня суетной, — на улице мороз, Юлька передернулась знобко.

— Куда бежать, Юль?

Юлька без задней мысли и озвучила Мите свой извилистый маршрут, а тот, уставился на нее, словно чудо узрел.

— Тебе до метро идти не меньше получаса. По морозу. Ты Кириллу почему не сказала, что тебя подкинуть нужно?

Собственно, Юля сказала. Еще утром, когда ставила перед мужем тарелку с едой. Кирочка расстроился, что не может подвезти ее, поскольку очень опаздывает. При этом позавтракал без спешки, и успел поболтать по телефону. Юленька, как обычно, настаивать не стала и …

— Кира занят очень. Митя, я побежала. Хорошего вам дня! — Юлька помахала Мите рукой и повернулась уже бежать, но Широков схватил ее за капюшон.

— Стоять. Забирайся в машину. Без разговоров.

— Я не могу, Митя. С какой стати? Вы вовсе не должны… — она не договорила, потому, как была засунута твердой широковской рукой в салон большущего внедорожника.

— Ты тоже не должна, Юль, — Митя завел машину, и они чинно выехали на дорогу. — Вы давно женаты?

— Этим годом у нас с Кирой юбилей, пять лет брака. Вот уже через две недели! — Юля оглядывала роскошный салон машины с большим интересом.

Согласитесь, салон авто говорит о его владельце, так же, как и квартира, дом. Есть мнение, что окружение характеризует человека. Но, теперь это спорный вопрос, поскольку круг общения с появлением интернета заметно вырос, и зачастую, проверить «ху из ху» сложно. Еще животные со временем становятся похожи на хозяев.

В квартире Митиной Юленьке побывать не пришлось, и вряд ли когда получится, животных он не держал, друзей его она не знала, так, что осталось авто. И Юля воспользовалась случаем, чтобы больше узнать о соседе.

Чисто и пусто. Впрочем, за заднем сидении лежали книги и рюкзак… Юлька кошмарно скосила глаза, чтобы увидеть, что это за тома такие? Митя «засек» ее гляделки и пояснил.

— Довлатов, Красницкий и Акунин. В рюкзаке моя спортивная форма. Два раза в неделю зимой я играю с друзьями в волейбол. Мы арендуем спортивный зал школы. Вряд ли это законно, но где-то же надо играть, — Митя улыбнулся.

— А летом?

— А летом

мы играем в футбол. Тоже два раза в неделю. А ты? Есть какие-то занятия помимо заботы о доме, соседях?

— Я хожу на йогу. Два раза в неделю, — а вот тут Юлька, испуганно пискнула!

— Что? — Митя коротко взглянул на Юльку, — Ты чего?

— Я про йогу забыла! И форму не взяла. Вот растяпа!

— Это просто форма. Купи новую в любом магазине и иди заниматься.

Самое простое решение, однако, Кире не нравилось, когда Юлька покупала себе что-то самостоятельно.

Она с удовольствием ходила на йогу, и старалась не обращаться внимания на взгляды со стороны ее согруппниц по занятиям. Почему смотрели? На Юльке были широкие штаны и футболки, а девушки занимались в нарядных маечках и обтягивающих спортивных трико.

— Нет. Вряд ли. Ну, пропущу один раз, — а Митя слушать не стал вовсе и уже парковался рядом с магазином.

— Идем, — он протягивал Юльке руку, предлагая выйти из авто. — Юль, я очень упрямый, просто поверь. Давай уже, выходи. Иначе, вытащу.

Пришлось вылезать из теплой машины и идти в спортивный отдел универсального магазина.

— Ты сама справишься? — голос Мити, странно неуверенный сейчас. — Так смотришь на майки, что сдается мне, видишь их впервые. Юль, они не кусаются. Максимум, слегка шарахают током, если сделаны из синтетики.

Юленька сунулась было к вешалкам с просторными футболками, но Митя, ее остановил.

— Юль, я ничего не понимаю в женском шопинге, но по-моему, размер не твой. Вот это подойдет лучше, чем тот чехол для танка, — Митя снял с вешалки маечку, на которую Юля и сама загляделась, а потом выдал ей спортивное трико.

Юлька стояла с одежками в руках и не знала, что сказать. Впрочем, воспитание само подкинуло нужные слова.

— Спасибо большое.

И вот пойди и пойми, отчего широковское лицо затвердело, рассердилось и брови сдвинулись к переносице.

— Давай на кассу, и я довезу тебя до твоей приятельницы.

Тут Юля совсем застопорилась.

— Митя, это далеко. Это… У вас дела, работа. Не нужно, спасибо, — да кто бы ее еще слушал.

— Вот и не отнимай мое время, поторопись.

Она открыла рот для возражений, но посмотрев на Митю, промолчала. Почему? А снова тот взгляд двухнедельной давности. И румянец на щеках Юльки тот же.

И шарахнула по ней мысль, сбила дыхание. Ведь и подошла она сегодня к соседу потому, что хотела слышать его и видеть. И «спасибо» за Фиру Рауфовну не более чем предлог. И о Санкт-Петербурге она хотела сказать ему уже давно. А самое убийственное то, что когда Митя говорил ее собственному мужу о желании умыкнуть ее, Юльку, встрепенулось в ней что-то очень женское и потаенное.

Юля расплатилась за покупки, категорически отвергнув Митину помощь в данном вопросе, повернулась к Широкову и твердо сказала: