Мания Беса

Шарм Элли

– Только ты и я, - я выдохнула это прямо в его восхитительные губы, прежде чем прильнуть к ним горячим поцелуем.

Оторвавшись от меня, он жадный взглядом окинул мое разрумянившееся лицо. Алекс приподнял один из локонов, что струился по плечу и отливал бронзовым блеском от камина и пробормотал:

—Ты - само совершенство.

Я на ночь делала косу, но непокорные кудряшки выбились из прически и сейчас каскадом обрамляли лицо.

– Каждый раз, когда я на тебя смотрел, - продолжил он говорить низким сексуальным голосом.
– Я представлял,

как идеально прильнёт ко мне твоё стройное тело, как твои нежные руки и длинные ноги обовьются вокруг меня, - он продолжал играть с крутой спиралькой ярко-рыжего цвета, постепенно отводя в сторону остальную массу волос.

Его губы прильнули к моей шее, вызывая откуда-то из глубины души жаркую головокружительную волну. Я непроизвольно подняла руки и запустила пальцы в его изумительные светлые волосы, что ещё в первую нашу встречу привлекли мое внимание, они были гладкие на ощупь и прохладные словно шёлк. Ощутив мои робкие касания, Алекс резко втянул воздух сквозь стиснутые зубы.

— Ты заставляешь терять меня контроль всего лишь одним своим прикосновением. Милая… - прошептал он, снова целуя меня. – Нежная …

Наши поцелуи становились все более требовательными и жаркими. Алекс настойчиво взял меня за руку и опустил ее вниз, между нашими телами. Мои пальцы сомкнулись вокруг твёрдой горячей плоти. Кожа словно бархат… Твёрдая пульсация в руке заставила сдавленно простонать и прижаться теснее всем телом к Алексу. Он погрузил своё лицо в мои разметавшиеся кудри, громко вдыхая их аромат.

— Катриэль… моя, – его широкие ладони нежно, едва касаясь, прошлись вдоль моей спины, - жена моя, - по его голосу было слышно, как он доволен этим фактом. Он вновь завладел моими губами, словно смакуя их вкус. Выпустив их, наконец, из плена, муж пропутешествовал губами вниз по шее, ключицам и спустился медленно к груди.

Поочередно лаская оба полушария, покусывал острые пики сосков. Его нежные поцелуи опустились на трепещущий живот. Моя гладкая кожа цвета сливок слегка покраснела там, где соприкасалась с его жесткой щетиной. Когда он прикоснулся языком там – еще ниже, я застонала, чувствуя одновременно стыд и дикое желание, чтобы он продолжил. Горячее дыхание опалило чувствительную кожу между бёдер. Вся моя вселенная сконцентрировалась вокруг его дерзкого языка, что порхал и порхал, точно бабочка, не останавливаясь ни на секунду.

Я приподнималась ему навстречу, пылкими неловкими толчками, сжимая в руках белые простыни, комкая их так, как будто от этого зависит моя жизнь. Как только последняя волна наслаждения прошлась по моему приятно уставшему телу, Алекс поднял голову и подался выше, устраиваясь между моих раскинутых ног. Он медленно и осторожно приникал, выжидая и приостанавливаясь, пока я полностью не расслабилась под ним. Когда это произошло, неторопливые толчки стали постепенно набирать темп, становясь порывистыми и несдержанными. Наши губы слились в пылком поцелуе. Его язык нашёл мой, подхватывая его в энергичном танце. Ещё пару минут - и я содрогнулась в мучительном облегчении, вцепившись

ногтями в кожу спины Алекса.Он вонзился в меня последним мощным толчком и замер, прикрыл глаза, тяжело дыша. Алекс перекатился на бок, увлекая меня за собой.

Совершенно обмякшая, я повернулась к нему и прижалась, как кошка, все еще чувствуя его в себе. Он поднял руку и начал гладить меня по влажным завиткам. Моего лба коснулся лёгкий поцелуй.

— Ты сказал, что каждый раз, когда смотрел на меня, представлял… - решила я нарушить тишину номера, но тут же смущенно замолчала. Ну, кто только тянул меня за язык?!

— Да, в мыслях, Катриэль, ты уже давно была моей!
– заявил Алекс.

— Но мы почти не виделись, - удивилась я.

— Ты меня не видела, да, - подтвердил он мои слова,– но я тебя - почти каждый день.

Его слова заставили меня широко распахнуть глаза. Я даже привстала, упираясь ладонью в кровать, чтобы заглянуть ему в лицо.

— Да, - ещё раз повторил он.
– Я следил за тобой с первого дня твоего отъезда.
– Неужели ты думала, что я и правда просто так могу тебя отпустить?
– он покачал головой.
– Нет, я ни за что бы так не поступил. Я себе места не находил, если хотя бы раз в день не видел твоего красивого милого личика, - видя мое ошарашенное лицо, он нежно провёл пальцами по моей щеке. — Ты просто стала навязчивой идеей, самой настоящей манией! Я не мог есть, спать…

Я вздрогнула, вспомнив слова Береха. Кажется, он почти так и сказал: мания Беса.

– Ты не представляешь, сколько я сделок проворонил, думая о твоих глазах, губах… – он усмехнулся, качая головой, будто сам удивлялся тому, что творил.
– Уговаривал себя, что нам не по пути, что такой как я,наихудший вариант для тебя, но ничего не помогало убрать тебя из моих мыслей – ни работа, ни выпивка, ни женщ… - он осекся на полуслове, запуская пальцы себе в волосы на макушке.

Я засопела, бросая в его сторону обиженный взгляд. Женщины… Значит, женщины! Ах, ты ж…

— Но когда я увидел тебя в клубе, - продолжил он, обрывая мои возмущенные мысли. – Я понял, что мне плевать на все! Понял, что ты будешь моей, чтобы не случилось, а после того поцелуя, понял главное - гори оно все синим пламенем!

В этот момент в моем животе сильно заурчало. Хмыкнув по-доброму, Алекс потянулся к телефону.

— Совсем тебя замучил своими признаниями, - он мне подмигнул. — Что бы ты хотела? Здесь готовят вкусный рёкеллакс и оррет, и замолчал, ожидая, что я скажу.

Целомудренно поправив на груди бамбуковый плед, чем вызвала лукавые смешинки в его глазах, я улыбнулась ему в ответ со словами:

— Если бы ещё знать, что это все значит…

— Оу, прости! Рёкеллакс - это лосось. Его подают с горчичным соусом, а оррет – форель, по вкусу чуть слаще чем лосось, – пояснил Алекс.

Я пожала плечами. Для меня все это звучало великолепно. Пока он разговаривал по телефону, пододвинулась поближе, после чего поцеловала мужа в плечо и провела ладонью по заросшей щеке.