Манипуляция
Шрифт:
Сам Кинглинский был невысоким толстяком лет сорока с черной бородой и густыми черными бровями. Держался очень уверенно и несколько высокомерно, чем сразу начал подбешивать Короля.
Вика с Максимом присели за стол, пиарщик предложил гостям кофе. Пока возился с кофе-машиной, рассуждал вслух про важность личного бренда, про «береги честь смолоду» и прочее.
– Вы и с Машей Полунной работали, – проговорил Корольков, дав понять, что вообще не вникает в бормотания пиарщика.
– А-а-а, с Машей, конечно, – ставя чашки с капучино на стол, довольно ответил Федор. – Машу мы и стартанули. Это благодаря моим связям с
Корольков сдержал приступ гнева. В чем-то этот бородач прав, но в целом подход бесячий.
– Давайте к делу, – спокойно начала Виктория. – Я по телефону уже обозначила нашу ситуацию…
– О вашей ситуации легко узнать из новостей и соцсетей, – все тем же самодовольным тоном продолжил Федор. И добавил траурным голосом, которым обычно говорят «хороший был человек»: – Конечно, тут без грамотного пиара не обойтись. Наша задача – восстановить честное имя Макса Короля. Правильно? – Затем продолжил уже бодро: – Так вот, я провел анализ информационной среды, дружественных и недружественных вам источников, и…
– Федор, а можно прям вот коротко и по делу? Если есть вопросы дополнительные ко мне – сразу спросите. Если есть уже идеи, как действовать – озвучьте тоже сразу, пожалуйста, – Максим начал терять терпение.
– Хорошо, давайте коротко и по делу. Что нам нужно сделать: первое – опровергнуть версию, что девушка шагнула с крыши, приревновав будущего супруга. Второе – отбелить твою, Максим, репутацию, вызвать максимальную симпатию к тебе, поднять твои рейтинги, в конце концов. Заставить всю страну говорить о тебе не только как о талантливом актере, но и как о человеке с большой буквы.
– Верно. И как вы предлагаете это сделать? Схематично, – въедаясь глазами в Кинглинского, уточнила Вика.
– Ну, во-первых, мы можем подсказать людям, что девушка в принципе была склонна к суициду. Сама придумала себе проблему, сама свела счеты с жизнью…
Рассеянный до этого фокус внимания Королькова вдруг собрался в единую точку. Давно он не был в таком состоянии «здесь и сейчас». Его мозг тщательно анализировал услышанное, как бы перепроверяя, правильно ли он все понял. На долю секунды Максиму даже начало казаться, что бородатый пиарщик применил этот ход – вбросить абсурдную информацию, чтобы Максим стал максимально сосредоточенным, и что дальше Федор произнесет: «А теперь, когда ты меня СЛЫШИШЬ, поговорим серьезно». Но этой фразы не последовало.
– Второй наш этап – показать страдания Максима, его реакцию на произошедшее, – вдохновенно продолжал рассказывать свой план Федор. – И тут просто страдать и плакать на камеру будет неправильным, мы ведь не нытиком хотим тебя показать, а человеком сильным, человеком слова и действия. И тут как нельзя кстати будет основная новостная повестка. Так что мы сделаем вброс, что ты, Максим, попытаешься пойти добровольцем в СВО, чтобы и унять свою боль, и послужить этой стране…
Кинглинский так упивался своей идеей, что не заметил расширившихся глаз Королькова, которыми тот взглянул на Вику. Рука артиста дернулась было к кружке с кофе, но Вика быстро отреагировала – перехватила руку Короля и вскрикнула: «Довольно, Федор!».
Она поняла, что горький
– Что ты несешь, мразь?! – заорал Корольков вне себя от ярости.
Дальше следовал поток слов Короля в адрес пиарщика. И про то, что благодаря именно таким бородатым Федям эстраду заполонили аморальные серые мыши, и про то, что пиарщик приписал себе успех певицы Марии Полунной, которую он, Король, хорошо знает. И еще из уст артиста успело вылететь очень много выражений, прежде чем Вика остановила этот поток нецензурной брани.
Корольков вылетел из кабинета.
– Федор, поскольку все сейчас на эмоциях, предлагаю этот инцидент обсудить немного позже, – сдерживая злость, проговорила сквозь зубы Мушко.
– Да я столько грязи на вашего Короля вылью, что вы у меня не отмоетесь никогда! – начал распаляться Федор. Отсутствие вкачанного и вспыльчивого актера придало ему смелости, так что выораться он решил на Вику.
Вика выслушала с каменным лицом, не вникая особо в суть слов. Она понимала, что если дать мужику вылить свои помои сейчас на нее, то на месть за этот конфуз сил и мотивации у него уже не останется.
Пиарщик проорался. А потом, видимо, ему самому стало неловко, тем более что обратной связи от Мушко не последовало.
– Как вы с ним работаете, Виктория, как терпите его? Давайте я вам нормального артиста подберу, этого все равно можно списать в утиль.
– Спасибо, Федор. Но Корольков не такой ужасный, как вы его сейчас себе представили. Не забывайте, что он потерял девушку, которую очень любил. И вокруг ее смерти столько разных слухов и сплетен. Его это очень ранит. Мы шли к вам с задачей не только восстановить имя Максима, но и убедить аудиторию в адекватности Анжелы Курносовой. Король очень верит, что она не могла сама шагнуть с крыши, это был несчастный случай. Поэтому ваше предложение убедить общественность в неадекватности девушки вызвало такую реакцию. А что касается вашего предложения использовать тему с СВО…
Вика подбирала слова. С языка хотело слететь что-то типа «я бы и сама вам плеснула кофе в лицо за это».
– Мы с Максимом еще с февраля договорились, что не будем никак эксплуатировать эту тему, – коротко обозначила она.
– Да я же просто как вариант предложил, – начал оправдываться Федор. – Соглашусь, не стопроцентный вариант, ведь у нас эта тема разделила население на два лагеря: одни поддерживают спецоперацию, другие – резко против нее. И это бы раскололо аудиторию также и по отношению к Королю. Я заказывал исследования в центры изучения общественного мнения…
– Федор, я понимаю, что вы мыслите профессионально – только категориями отношения аудитории. Но у Королькова своя позиция на эту тему. У него дядя военный, несколько родственников погибло там… Ваш план задел сразу несколько болевых точек моего клиента… Ну и мы с Максимом никогда не поддержали бы идеи строить пиар, эксплуатируя такую страшную тему.
Кинглинский молча обдумывал услышанное. Вообще-то, про задачу отбелить имя Лики Вика говорила ему предварительно по телефону. Так что сейчас он понимал свой промах. Как и осознавал еще одну важную ошибку: прежде чем озвучивать такое предложение, стоило бы уточнить, как относятся к данной теме потенциальные клиенты.