Мангуп
Шрифт:
Мария помолчала немного, потом спросила:
– Почему ты такой грустный? Случилось что?
– Я встретил Софию, влюбился в неё окончательно, а потом потерял её навсегда.
– Она умерла? Вышла замуж? Как ты её потерял?
– Я случайно встретился на турнире с её отцом и победил его.
– Ну и что? Влад Дракула человек справедливый. Он ценит силу.
– Я нарушил правила турнира, и победил его нечестным способом.
– Ты смошенничал?
– Нет, я просто не обратил внимания на эти дурацкие правила.
– Не огорчайся. Всё образуется. Давай я тебе налью отличного молдавского вина из
– В Молдове есть своё качественное вино?
– Да! Лучшее даёт Котнар из округа Хырлео. Его вкус не знают иностранцы: оно не терпит перевозки. А ещё есть вино из Хуш, Одобешти, Никорешти, Грече. Штефан велел ввезти новые винные сорта винограда. Теперь у нас есть виночерпий – пахарник, который наблюдает за господарскими виноградниками и виноделами. Даже у бояр появились домашние винные подвалы - бечюри. Так что мы не только воюем, храмы строим, коней разводим, но и вино своё делаем.
Александр выпил чашу – пахар вина, не удержался, похвалил и вино и Господаря.
Через два дня Штефан вызвал Александра к себе, и они долго совещались, обговаривая план действий. После этого Александр и Теодорик во главе отряда в триста всадников выехали в южную Молдову.
На полях крестьяне собирали урожай. Женщины вязали снопы, пели песни. Дожди прошли. Земля густо пахла свежескошенной пшеницей, грибами и мхом.
Александр подъезжал по очереди к каждому воину, разговаривал с ним, узнавал его имя, происхождение, семейное положение. В конце похода он уже знал всех. Молодёжи было мало. В основном, закалённые в боях воины. Александр присмотрел троих, которые опытом и сноровкой, как ему показалось, годились на роль военачальников.
Наконец, на одном из привалов княжич велел отряду построиться, и перед строем объявил своё решение о назначении сотников. Каждый из сотников поочерёдно отобрал для себя по сто воинов и назначил десятников. Дальнейшее движение отряд Александра осуществлял в три колонны. Из числа воинов, знающих окружающую местность, были назначены специальные отряды. Они шли впереди, разведывая обстановку, и готовили места для привалов.
– Ну и как тебе наш отряд?– спросил Александр у Тео.
– Не кондотьеры. Не рыцари. Но воины опытные, надёжные. Для наезда вряд ли годятся. Да и кони мелковаты. Против рыцарских дестриэ не выдержат, но зато они резвые, хоть и не такие быстрые, как арабские скакуны турок. С этим отрядом хорошо устраивать засады и обрушиваться на врага неожиданно.
– Так и будем делать. Для этого нас и послали.
Наконец, отряд прибыл в обусловленное место недалеко от границы c Валахией. Пологие, поросшие лесом холмы, редкие сёла. Александр дал команду на длительный привал и послал отряды для выбора места стоянки.
К вечеру прискакал связной от одного из посланных отрядов. Он вошёл в шатёр Александра и доложил:
– Нашли мы замечательное место. Поросший лесом холм на берегу реки Серет. С одной стороны осыпающийся неприступный берег, но, при необходимости, с него легко можно спуститься и уйти на лодках или по льду. Другая сторона – крутой склон с единственной подъездной дорогой, которую, при желании, можно перекрыть парочкой пушек. С высоты, наверное, видно всю округу. Дорога, ведущая на холм, проходит через болота, а иной
– Почему ты говоришь: «наверное, видно всю округу»? Вы не поднялись на вершину? – спросил Теодорик.
– Дело в том, что на холме уже живут люди.
– Что за люди?
– Лихие люди. Разбойники.
Александр и Тео переглянулись.
– Почему вы думаете, что это разбойники?
– Мы видели, как они напали на небольшой обоз, убили возничих и, погрузив на лошадей товар, переправили его к себе на холм, а возы оттащили в лес и сожгли.
– Сейчас разбойники в своём логове?
– Да, они на месте. Если кто-то и есть за пределами базы, то это малая часть от шайки.
– Хорошо, мы подумаем, пусть разведчики продолжают следить за разбойниками,– сказал Александр, и посланник вышел из шатра.
– Если уничтожим разбойников – совершим богоугодное дело,– сказал Тео.
– Разве богу угодна кровь? – спросил Александр.
– Разбойники эту невинную кровь и проливают, а мы лишь орудие возмездия в руках Божьих,– ответил Тео.
– Меня бог не назначал своим орудием, да и от Штефана у нас нет такого задания: очищать страну от разбойников,- сказал Александр, которому сама мысль опять убивать православных показалась отвратительной. Но потом, подумав немного, спросил:
– Как к ним будем подбираться?
– Что-нибудь придумаем. Я сам поеду вместе с одним из сотников, если шайка выползет из своего убежища.
На следующий день из отряда, следившего за разбойниками, прискакал всадник. Он доложил Александру, что разбойники, числом до тридцати человек, пешим ходом вышли из болот и направились к ближайшему тракту, вероятно, за добычей.
Княжич вызвал сотенного Романа Рареша. Чернявый молдаванин, молодой человек лет тридцати, вошёл в шатёр и поклонился Александру.
– Вызывал, княжич?
– Возьми свою сотню и езжай вместе с бароном Вельцем против разбойников. Задача: уничтожить всех, а их логово захватить. Командир ты. Сам решай, как распорядиться людьми. Но если барон решит взять командование на себя, то приказываю выполнять его указания.
Роман Рареш, весьма довольный полученным поручением, отошёл в свой шатёр. Скоро отряд из ста всадников выехал на первое задание.
Теодорик наблюдал за Романом Рарешем, и ему нравилась уверенность, с какой тот отдавал приказы, чёткость плана, дисциплина в отряде. Рареш выслал вперёд разведгруппу. Вскоре от неё стали поступать первые донесения. Из отряда Роман выделил десять человек, и под командованием десятника, отправил их перекрыть путь отступления разбойникам. Остальные, спешившись, начали охват территории, где вдоль тракта затаились бандиты.
Вскоре Теодорик увидел разбойников. Двое из них просто стояли на краю дороги и разговаривали, наблюдая за проезжающими мимо крестьянскими возами. Другие, как прошептал ему на ухо Роман, находились неподалёку в небольшом овраге, заросшем густым мелким лесом. Время тянулось медленно.
На Теодорике был русский саадак из кожаного налучья и колчана. Он взял в руки лук из можжевельника, берёзы и сухожилий, набросил петлю тетивы из крученной сыромятной кожи, вынул стрелу из кожаной тулы, прикреплённой к правому боку оперениями вперёд, и изготовился.