Мандала
Шрифт:
— Плохо отходит, — проворчал Джошуа, натирая кожу пригоршней водорослей.
— Зачем ты интересуешь мест, куда ходить никто?
Джошуа покачал головой и не ответил. Он закончил мыть тело и опустился на колени, чтобы намочить ноги. Прохладное дно протоки устилали песок и галька. Он поднял голову и взглянул на четкий абрис Арата, очерченный заходящим солнцем.
— А где находится Мандала?
— Нет, — ответил юноша. — Мой полис.
— Он тебя выгнал вон, — заметил Джошуа. — Почему не дать возможность попробовать кому-нибудь
— Кто-тот уже пробал, — сообщил юноша, и глаза его сузились. — Ени пробал и войтить нутрь, не в моя двиря они идить. Ени — она — одна дефк, и больше никто — войтить бес труд. Мы удивилися. Мандала ей не остановил.
— Я бы хотел попытаться.
— Етот дефк, она особый, она как в легенда. Год назад туда идить, и Мандала ей пускал. Може, ты тоже особый, так думашь?
— Нет, — признал Джошуа. — Город Меса Ханаан не впустил меня.
— Тот, что гулять имеет, вчира рано?
— Что?
— Гулять, снимацца с места. Етот Мейз Каин, вспоминашь?
— Я знаю.
— Он тебе не пускал, разве Мандала другая?
Джошуа вылез из реки и нахмурился.
— Как тебя звать? — спросил он.
— Мой, мой говорить не настоящий имен, или дьявол ташшит. Для тебя мой имен будет Худой.
— Худой, откуда ты взялся?
— Как и дефк. Мы идить, следовать за полис.
— Преследователи городов? — По мнению жителей Ибриима, все Преследователи были безжалостными дикарями. — Худой, ты не хочешь вернуться обратно в Мандалу, не так ли? Ты боишься.
— Это как, боишься? Это значить страшим?
— Вот-вот, как, например, когда видишь какое-нибудь чудище.
— Не бывает для Худого, я бутто кожистый весь, как со змеиной шкуры, тыкни пальцой, и подпрыгать я, не протыкнешь сквозь.
— Худой, ты прикидываешься. — Джошуа протянул руку и вытащил своего собеседника из воды. — Кончай всю эту чушь и говори на нормальном английском. Ты ведь его знаешь!
— Не! — запротестовал юноша.
— Тогда почему ты почти все слова, за исключением своего имени, говоришь неверно, а еще меняешь порядок слов в каждом предложении? Я не дурак. Ты фальшивка.
— Эсли Худой вракать, пускай ноги сворачиваться, а сам лопнуть! Как рождался, так и говорить етот языка! То я, никакой не фальшив! Пусти! — Худой лягнул Джошуа в щиколотку, но только ушиб большой палец.
Он завопил, и Джошуа швырнул его обратно в ручей. Потом Худой подхватил свою одежду и собрался уходить.
— Никто, никода так не обращацца с Худой! — заявил он.
— Ты мне лжешь, — упрямо повторил Джошуа.
— Нет! Хватит. — Худой встал и поднял руки. — Ты прав.
— Вот именно.
— Но не совсем. Я из Винстона, и говорю, как Преследователь. Кстати, говорю правильно.
Джошуа нахмурился. Худой вдруг перестал походить на юношу.
— Зачем ты пытался меня обмануть? — спросил Джошуа.
— Я свободный следопыт. Пытаюсь фиксировать перемещения Преследователей. Они совершают набеги на
— У жителей Винстона нет такой татуировки, как у тебя.
— Я действительно пробрался в город, но он выбросил меня вон.
— Ты по-прежнему отказываешься отвести меня туда?
Худой вздохнул и вылез из ручья.
— Мне это не по дороге, я возвращаюсь в Винстон.
Джошуа внимательно посмотрел на Худого.
— А тебя не удивляет, что ты вообще сумел проникнуть в город?
— Нет. Я придумал один трюк.
— Люди не глупее нас с тобой в течение многих веков пытались это сделать, но их всех постигла неудача. Почему же тебе повезло?
Худой натянул свою рваную одежду.
— А зачем тебе нужно в город? — ответил он вопросом.
— У меня есть на то причины.
— Ты совершил преступление в Ибрииме?
Джошуа покачал головой.
— Я болен, — ответил он. — Ничего заразного. Но мне сказали, что город может вылечить меня, если я сумею туда пробраться.
— Я встречал таких, как ты, — заявил Худой. — Только у них ничего не вышло. Несколько лет назад Винстон послал в город целую процессию раненых и больных. Полис ощетинился, словно бойцовый кот. Города не знают снисхождения, уж можешь мне поверить.
— Но ты ведь знаешь, как туда попасть.
— Ладно, — кивнул Худой. — Попытаемся. Это на другой стороне Арата. Ты мне понравился: с виду глуп, как насекомое, а на самом деле отлично соображаешь. И быстро. К тому же у тебя есть дубинка. Ты готов убивать?
Джошуа немного подумал, а потом покачал головой.
— Уже почти стемнело, — сказал Худой. — Давай устроимся на ночлег, а утром отправимся в дорогу.
В далекой долине, между хребтами Арата, расположился город Меса Ханаан — теперь он, наверное, называется Арат. Здесь тепло и красиво, восходящее солнце расцвело в небе, словно диадема. Джошуа устроил постель из сухих водорослей и наблюдал за Худым, который выкапывал в земле удобную нору.
Джошуа спал чутко и проснулся вместе с рассветом. Он открыл глаза и увидел на своей груди насекомое, которое осторожно пробиралось вверх, ощупывая дорогу длинными усиками. Джошуа сбросил его и откашлялся.
Худой моментально подскочил на месте, протер глаза и встал на ноги.
— Я поражен, — заявил он. — Ты не перерезал мне горло.
— А какой мне в этом прок? — спросил Джошуа и направился к реке. Свежая вода приятно холодила лицо и спину, когда он пригоршнями плескал ее на себя. Давление в промежности этим утром было не таким сильным, как обычно, но Джошуа все равно заскрипел зубами. Ему хотелось кататься среди водорослей и стонать, но он знал, что это не поможет. Однако желание не проходило.