Мама, я пл?чу

Балашова Виктория Викторовна

Ермолина засопела. Ладно, придется начинать рассказ, коли без нее не обойдутся.

– Кристу мать растила одна. Отец у них из Голландии. Умер, когда Кристе было десять лет. Мать не справляется, считает, что обязательная вакцинация – процедура антидемократическая и вредная для здоровья. Мамаша Пирс дочь скрывала от врачей и органов надзора. Потом, когда та в школу пошла, липовые

справки доставала. Когда мы это обнаружили, опять начала ребенка прятать. Я нашла! – гордо отчиталась Еромлина. – Вернула ребенка обществу!

– Славно работаете, Генриетта Эдуардовна! – повторил директор. – Девочку, конечно, провакцинируем. Куда ж без того. Так, эмоции у нее атрофировались, – он сверился с бумагами, – уже после помещения в приемник. М-м-м! Профессор Селедкин обследовал! Да! Хорошо. Что с Алексом Левиным? Вроде, вообще без проблем малец.

– Да, проблемный там папаша. Как жена от него ушла, так он запил. За ребенком никакого ухода, – проворчала Ермолина. – Владимир Левин – рокер и байкер. Такое вот сочетаньице. Машины чинит. Получает копейки, – продолжала обиженно ворчать Ермолина, словно Вован оскорблял своим поведением ее лично.

Директор покивал:

– Машины нынче чинить невыгодно. В утиль сдал – купил новую.

– Самый ужасный – это Влад Синицин. Как он сюда попал? Беспризорник, сирота, хулиганье!

– Интересная история, – директор сел за стол и открыл файл. – Вы правы, сначала и я удивился. Взять Кристу и Алекса. Увидели в каталоге симпатичных детей, более или менее здоровых, успеваемость в норме. А раз у нас в норме, у китайецв отличниками станут! Влад же попал в каталог случайно. Ему пятнадцать. Здесь детей такого возраста никто не берет. Сидеть им на шее у государства три года. А китайцы берут. Даже с большей радостью: меньше хлопот впереди. Характер практически сформировался, внешность тем более. Болезни какие могли повылезали, какие могли подлечили. Скоро, опять же на работу – помогать приемной семье.

– Но берут-то приличных, – опять встряла Ермолина. – Как бы вам с ним не вляпаться!

– Семью предупредили. У них сын погиб несколько лет тому назад. Служил в армии и погиб где-то там в Африке или Азии. Не упомню. Так

вот, Влад – точная копия погибшего сына. Я видел фото. Одно лицо! Короче, парню повезло.

– А вам нет! – съехидничала Ермолина. – Он от вас сбежит. Он отовсюду сбегает.

– Поэтому вывозить его будем с ближайшей группой. Не успеет глазом моргнуть, как очутится в Китае. – Директор встал. – Спасибо за помощь и сотрудничество, Генриетта Эдуардовна.

***

– Итак, – директор оглядел собравшихся, – группу собираем в срочном порядке. Мало того, что тут у нас образовался опасный элемент… Владислав Синицин – прошу любить и жаловать. Подросток опытный, с богатой историей. Отовсюду бежит. За него дают очень неплохие деньги. Семья его выбрала, другого не возьмет. Он на их сына похож.

Воспитатель, грузный мужчина пятидесяти лет, не выдержал и встрял:

– Согласен. От него необходимо побыстрее избавиться. Задирается к остальным питомцам.

– С ним сидят за столом Александр Левин и Криста Пирс, – доложила психолог. – Они вместе приехали из тюремного приемника. Включите их в группу, потому что неизвестно, как на них успел повлиять Синицин. А отец у Левина тунеядец и пьяница. Плохая наследственность в плане выпивки может проявиться.

– Конечно, их в первую группу, – закивал директор. – Наследственность, черт с ней. Посадим на витаминчики, уйдет наследственность. Главное, всех, кого уже выбрали, увозим! Я получил информацию, – он помолчал, – скоро пойдут проверки. У нас по детям все оформляется чисто, но сами понимаете… Деньги мы получаем за это бешеные. Там наверху не понимают, что здесь детки, особенно переростки, никому не нужны, а там за них платят! В общем, хотят приостановить вывоз, каталоги с детьми придется в любом случае прекратить рассылать, – директор сделал эффектную паузу, подняв указательный палец. – А главное, закрыть элитные коллекторы! Считают, дела следует пересмотреть. Детей, мол, должны воспитывать родные родители. С сиротами не знаю, как поступят. Так они особенно и не котируются. Дети из семей здоровее и приятнее на вид.

Конец ознакомительного фрагмента.