Мама, я – Игрок!
Шрифт:
Спустя час или около того, я уже стоял на крыльце нашего Краеведческого музея. Безработный и пылающий злостью на произошедшую несправедливость. И ведь Андрей Александрович отверг все мои предложения и предположения по поводу поисков настоящего виновника. Видимо, переживал, как бы дело не дошло до полиции и не получило широкую огласку.
С другой стороны, как он будет выкручиваться перед Кремлёвскими музеями, была уже не моя проблема. Не знаю, имеет ли какую-нибудь юридическую силу та бумажка, которую он мне в итоге выдал, где было написано, что музей не имеет ко мне никаких претензий,
Я, к слову, написал нечто подобное, только там уже речь шла о моих обязательствах не рассказывать о произошедшем никому и никуда. Да я, в принципе, изначально не собирался этого делать. Как говорится, не трогай говоно, вонять меньше будет.
Размышляя о том, что мне делать дальше и где искать работу, я спустился со ступеней и вышел на набережную. Несмотря на то что время клонилось к вечеру, народу здесь было не сказать, что много. Я шёл, глядя на неспешное течение Миасса, ощущая, как постепенно разжимается тугой комок, который всё это время был у меня в груди.
Из этого медитативного состояния меня вывел испуганный женский крик:
— Маша, осторожно!
Я обернулся в ту сторону, откуда кричали, и замер с приоткрытым ртом. В паре метров от меня, в воздухе висело непонятное марево. А женщина кричала девочке, катящейся на самокате прямо в это… нечто. Глаза девочки были круглыми от страха, она визжала, но остановиться не могла. А может просто запаниковала и затупила.
Не знаю, что на меня нашло, но я бросился ей наперерез, чтобы оттолкнуть в сторону. И у меня это даже частично получилось. Частично, потому что девочку-то я оттолкнул, но только запнулся и влетел в портал вместо неё.
Почему портал? А чем ещё это могло быть, раз я оказался в совершенно другом месте, да ещё и совершенно один? Плюс, перед глазами появилось сообщение, что я зашёл в Разлом Испытания, и что выход откроется только после его прохождения… или в случае моей смерти.
Глава 2
Первым делом, я огляделся по сторонам, в поисках опасности. Убедившись, что вокруг нет ничего опасного для моего здоровья и жизни, я сосредоточился на полупрозрачных надписях, которые висели у меня перед глазами.
Если верить тексту, а не верить ему в сложившихся обстоятельствах было как минимум неразумно, то я находился в «Разломе Испытания (Индивидуальный): Руины Каменного Шёпота, уровень сложности: E». Сразу же возникло множество вопросов, но задать их было некому. Надпись провисела ещё некоторое время, после чего пропала, свернувшись куда-то в верхний правый угол.
И ведь забавная штука. Если смотреть специально, то ничего конкретного было не видно. Так, словно что-то слегка мешается. Но стоило мне расфокусировать взгляд, как возникли какие-то иконки. Мысленным усилием я «нажал» на одну из них, и передо мной открылся интерфейс и список характеристик:
Николай (Уровень 1)
Сила (СИЛ): 4
Ловкость (ЛВК): 3
Телосложение (ТЛС): 3
Интеллект (ИНТ): 8
Мудрость (МДР): 7
Харизма (ХАР): 6
Удача (УД): 6
Воля (ВЛ) (Уникальная
Не успел я осмыслить все эти цифры, как почти весь обзор заслонила красная надпись:
Вам предлагается обязательное задание от Системы (отказаться нельзя). Цель: выжить и найти ключ к выходу из Разлома.
Награда — получение подходящего класса.
Штраф — смерть.
— Штраф — смерть? — я судорожно сглотнул. — А если бы сюда попал тот ребёнок?
Надпись пропала сразу же после прочтения. Недолго думая, я «свернул окно» со своими характеристиками и настороженно огляделся вокруг. Слова про смерть взбодрили лучше ведра ледяной воды. Ведь, если речь идёт о смерти, то это значит, что где-то рядом кроется опасность. Ведь так?
Я стоял в просторном, полуразрушенном зале. Каменные плиты пола поросли странным синеватым мхом, свет исходил от светящихся камней, натыканных в хаотичном порядке на стенах. Из-за этого местами было светло, а местами темно настолько, что ничего не было видно. И из-за этого мне казалось, что оттуда за мной кто-то наблюдает. Со стен свисали древние гобелены, истлевшие до состояния половых тряпок, добавляя мрачности царившей здесь атмосфере. Но заинтересовали меня не они.
Всюду — на стенах, колоннах, даже на полу — были высечены сложные символы и надписи. Они не были похожи ни на одну письменность, которую я знал. Кириллица, глаголица, руны, клинопись — всё мимо. Но что-то в их геометрии, в переплетении линий заставляло мой мозг, десятилетиями тренированный на древних языках типа готского, зудеть от напряжения. Тот самый зуд, из-за которого я и выбрал свою профессию. Предвкушение чего-то нового, при изучении старого, забытого или вообще неизведанного.
Активирован навык «Лингвистический Анализ». (Потенциальный Ранг B (мифический). Текущей Ранг F.
Я вздрогнул, когда перед глазами опять внезапно появилась полупрозрачная надпись. Навык? Это же хорошо?
Интерфейс моргнул и пропал, а символы, которые я до этого разглядывал, словно зашевелились. Нет, они не изменились физически. Но мой взгляд стал выхватывать закономерности, а сам я начал понимать смысл написанного. Не всё, конечно же, отдельные куски, но даже так, это было просто невероятно!
В одном месте — указание направления. В другом куске, что-то наподобие предупреждения. Так я и переходил от одной надписи к другой, забыв обо всём на свете, с головой отдавшись азарту исследования. Большая часть слов была непонятна, сколько бы долго я её не разглядывал, но часть фраз переводилась словно сама собой. Так я и двигался, пока не дошёл до массивной каменной плиты в центре зала.
Насколько я понял, она выступала тут в качестве чего-то, что я смог перевести как «дверь» или «проход». И на этой плите красовалась самая сложная и длинная комбинация символов.