Малышка со шрамами
Шрифт:
Меня пропустили беспрепятственно, и видимо запрет Алекса на выход из крепости в одиночестве был только устным и не озвученным страже, что сегодня, несомненно, было мне на руку. Хотя, как посмотреть…
Я по своей воле еду навстречу с определенно опасным человеком, который как то связан с моим прошлым и недвусмысленно намекал на что-то очень серьёзное. Я была нужна ему, только зачем?
Нож на поясе приятно грел мысли, но если судить объективно, я понимала, что воспользоваться им у меня нет никаких шансов. Я
Высокий берег озера встретил меня тишиной нарушаемой только шелестом листьев.
Я привязала Пылинку к дереву, на этот раз куда прочнее, и обвела глазами могилу. Как я и думала, шляпу сдуло, но к счастью, она застряла между ветками и сейчас беспомощно болталась от каждого нового порыва.
Константина поблизости не было, и я решила не тратить время в пустую, и вернуть шляпу Луи, которую он, не снимая носил, сколько я его помню. Оценив свои реальные силы, я похвалила разумное решение одеть костюм, а не платье, и, сняв плащ, который бы определенно мешался, подступила к высокому старому клену, который раскрыл свои мощные ветви, хвастаясь алой листвой.
Когда шляпа была в руках, я даже обрадовалась, что все вышло так легко, уже думая над тем, как сохранить ее у могилы друга, как ветка подо мной угрожающе хрустнула, и, взглянув вниз, я сглотнула вязкую слюну. Берег был очень крутым. Около тридцати футов заканчившихся холодной, не согревшейся под скупыми лучами водой.
– Я могу узнать, что ты там делаешь? – Голос Константина раздался неожиданно и вместо того, что бы ответить, я сглотнула и полетела вниз, вместе со сломанной веткой, вцепившись в нее и шляпу, словно в последние оплоты уверенности.
Вода, после короткого падения, полностью поглотила меня с головой, ледяными объятьями обхватывая все тело, пробираясь холодными лапами под одежду и утаскивая меня на дно. Серая вода, не смотря на все, была прозрачна и я с какой-то тоской взирала сквозь ее толщу, едва ли понимая как опасно мое положение и возможно все вот-вот закончится. Легкие уже горели, но руки скованные холодом, как и ноги, отказывались грести и выталкивать меня на поверхность, бессильно, и так тяжело утягивая меня вглубь.
Всплеск и что-то горячее тянет меня вверх. Мощная сила поднимает меня на поверхность, и, откашлявшись, я открыла глаза, поймав на себе горячий желтый взгляд.
– Ты решила демонстративно утопиться? – Не скрывая своей улыбки, спросил он, прижимая меня к груди, не позволяя вновь пойти на дно.
– Я… кхе-кхе… доставала шляпу! – Я подняла руку вверх, демонстрируя свой трофей, и закрыла глаза, пытаясь привести дыхание в норму и понять, как действовать дальше.
– На берег. – Скомандовал он сам себе и погреб, продолжая удерживать меня в руках.
Выступ с грязно-глиняным дном, неприятно разъезжался под спиной, когда мужчина чуть ли
– Плывем вон до того берега. – Он указал на противоположный край озера, где возможность выплыть была более вероятна. – Или лезем по стене?
Кости начало ломить от холода, как только прохладный осенний воздух пробрался под мокрую ткань. Я прикрыла глаза, принимая наше бедственное положение, и выдохнула, начиная стучать зубами.
Не думала, что старый клен способен на такую подлость, обрекая меня на холодную смерть у самого края воды, еще и в компании малознакомого пугающего мужчины.
– Ясно. Поднимайся. – Он дернул меня за руку, легко подбрасывая в воздух и подхватив за талию горячей, не смотря на купание в холодной воде, рукой, заглядывая в глаза со своей неизменной кривоватой ухмылкой на пухлых губах.
– Держись крепче.
Константин чуть согнул колени, словно для прыжка и я готова была убедить его в его же сумасшествии, но поднимаясь в воздух, едва не закричала, хватаясь на предоставленное тело.
– Аррр…. – Длинные изогнутые когти впивались в промерзшую землю, вспарывая ее, пытаясь как можно крепче схватиться.
Пустота под ногами выбивала дыхание, и мысль о том, что моя единственная опора, сейчас имеет твердые острые когти уже пугала ни так сильно, и по-девичьи пискнув, я вжалась как можно сильнее.
– Рррр… - Константин рычал, словно дикий зверь и, отталкиваясь ногами, вновь и вновь подпрыгивал, поднимая нас наверх фут за футом.
Сумасшествие. Я свихнулась и определенно страдаю галлюцинациями.
Но как назло, моя самая страшная галлюцинация сделала последний рывок и со стоном рухнула на берег, тяжело дыша прохладным воздухом, способным остудить разгоряченные легкие. Я смотрела на него из-под опушенных ресниц, понимая, что слишком близко…. Он продолжал прижимать меня к себе, будто мы все еще поднимаемся, и я нуждаюсь в его поддержке, но по факту нужно было прекратить немедленно. Но на все есть свое «но». Сейчас я нуждалась в нем не меньше, и меня манило то, как горячо его тело, как исходящее от него тепло пробирается сквозь мокрую ткань, нагревая ее и озябшую до треска кожу.
Такой теплый.
Хотелось хотя бы на несколько секунд отключить свое подозрение и благоразумие, прильнув на его плечо и согреться.
– Не думал, что в этом году еще удастся искупаться. – Лениво сказал он и медленно, словно удав, прижал меня еще сильнее, только теперь в горле зарождался хрип, способный перерасти в крик, от силы сдавливающей ребра. – Больше никогда не смей так делать.
Желтые глаза сверкнули свирепостью, но рука разжалась, и я невольно откатилась в сторону, скрывая выдох облегчения.