Малышка из трущоб
Шрифт:
— Не так, — ровно отвечает мужчина и качает головой. — Миша мой лучший друг с одиннадцати лет. Когда я ему позвонил и спросил про тебя, знаешь, что он сказал?
— Не могу предположить, — развожу руками, хотя какие-то мысли на этот счёт у меня есть.
— Сказал, что потерял очень ценного сотрудника, но впрочем, не жалеет, так как теперь, после твоего возращения с проекта, он сможет закончить одно начатое «дело». Между вами что-то было?
— Нет, — отвечаю честно.
Прадов прищуривается. Он заметно начинает раздражаться.
— Кто
— Как вы думаете?
— Думаю, ты. Ты. Ты слишком правильная. Только понять не могу, чем тебе не угодил Миша? У тебя могло быть всё…
— … или ничего, — заканчиваю я. — Работа. Моя работа мне слишком дорога была на тот момент. Я не могла по-глупому рисковать, мы были пьяны, не соображали толком. Я потом несколько раз сожалела, что не решилась, но никогда бы не стала использовать Мишу ради выгоды.
— А меня, значит, можно? — рычит мужчина.
— А где же я вас использую? — парирую в ответ.
— Ладно, — миллиардер выдыхает и откидывается в кресле. — Как он взял тебя на работу? Я помню, Миша что-то говорил, что нашёл личного помощника в самом неожиданном месте, но я тогда не придал значения его словам.
— Он часто приходил в наш ресторан в компании иностранцев. Я особого внимания не обращала. А тут иду по залу, проверяю сервировку забронированных столов и слышу разговор двух испанцев: «Если через пять минут не явится его переводчик, к чёрту этого русского, ищем других поставщиков».
Посмотрела, интеллигентный мужчина названивает кому-то, заметно нервничает, хоть и держится. Прячу бейдж в кармане брюк и сажусь рядом с ним. Протягиваю руку иностранцам и представляюсь как переводчик. Извиняюсь за ожидание и говорю, что счёт в ресторане оплачен нами, а им ещё в подарок по бутылке итальянского вина.
Миша смотрит на меня, мягко говоря, в шоке. Я и ему представляюсь: «Привет. Я Алиса — администратор. Знаю испанский, могу помочь», только уже на русском. Но он мужчина, видавший и не такое, быстро сориентировался и ввёл меня в курс дела. Тогда эти засранцы всё же подписали контракт, а я получила новую работу.
Прадов удивлённо моргает и трёт лицо.
— В нужное время, в нужный час… — произносит задумчиво. — Хорошо. Миша сказал, вы превосходно владеете языком.
— Не то, что бы превосходно, — заминаюсь в ответ.
— Другу я верю больше, — отрезает мужчина.
— Не сомневаюсь, — усмехаюсь я.
— Алиса, помогите мне, — спрашивает мужчина. — Партнёры из Испании не могут связаться с Ковалёвым. Нам необходимо обсудить количество лакокрасочных материалов, сроки доставки и маршрут. Надо как-то с этим разобраться, отправить накладные финансисту, логисту, а я знаю, только немецкий и французский. И вообще плохо понимаю принцип работы макулатуры, я обычно договариваюсь и подписываю, остальным занимается помощник, которого я по наивности не взял с собой, — слова Прадову даются тяжело. Он видимо не рассчитывал, что придётся просить.
— В следующий раз, когда понадобится помощь, начинайте не с моей
В работе Прадов другой. Спокойный, расслабленный, уверенный. Даже, если сам чего-то не понимает: спрашивает, обсуждает, не боится выглядеть глупо.
Мужчина устроился рядом и начал объяснять, почему именно эти партнёры, чем хороши их материалы, почему нельзя заказать у нас…
А я читала предложенный договор. На рабочем столе нашла «архив» и ознакомилась с предыдущими соглашениями. Рассказала Прадову, возникли спорные вопросы, требующие уточнения. Написала письмо испанцам.
Пока ждали ответа, Нина принесла бутерброды. Мы обсуждали завышенный почти вдвое ценник на антикоррозийное средство для резервуаров и цистерн, в которых переправляют нефть, а Артём возмущался насчёт растворителя, которым им не нужен, но почему-то есть в накладной.
Помощница застыла с тарелкой в руках, подозрительно глядя на нас, как бы спрашивая: «Э-э-э?..». В этот момент зазвонил телефон Прадова.
— Из Испании звонят. Всё, Нина, спасибо. Алиса, ответь, это Федерик, — быстро распорядился миллиардер и вручил мне телефон.
После короткого диалога, решили подключиться по «скайпу». Началось нудное обсуждение по каждому пункту. Наконец, пришли к общему знаменателю, и я занялась составлением нового договора на основе старого. Пока я печатала, Прадов звонил кому-то ещё.
Выслала предварительный договор испанцам, нашла контакты финансистов и логистов. Получила подтверждение и распечатала договор, Прадов подписал, отсканировала, отправила обратно. Ждём подписанный экземпляр со стороны партнёров. Пришёл. Делаю резервные копии и рассылаю уже ожидающим сотрудникам.
Прадов задумчиво смотрит на меня.
— Не знаю, как правильно сказать спасибо, — тихо произносить. — Чувствую, этого недостаточно.
— Не спешите, — улыбаюсь в ответ. — Ждём расчётно-платёжную ведомость. Её тоже нужно подписать, только после этого деньги переведут в Испанию, а нам вышлют груз.
— Вы, наверное, злитесь, что я копаю под вас? — осторожно интересуется мужчина.
— Наверно, — пожимаю плечами. — Только мне скрывать нечего. Оставили бы и спали спокойно.
Прадов тихо выдыхает, устало трёт лоб и смотрит на меня.
— Вы поставили меня в ступор с первой нашей встречи. Я всё пытаюсь понять, что вами движет…
Ноутбук пискнул, оповещая о письме. Распечатала ведомость и отдала на подпись, отсканировала и послала обратно. Дальше они сами разберутся.
— Теперь можете благодарить, — повернулась к мужчине, довольно улыбаясь.
— Я узнал не только о вашей работе, — произносит Прадов, глядя мне в глаза.
— Даже не сомневаюсь. И это хотите обсудить? — иронично выгибаю бровь.
— Да. Нет… не знаю, — путается мужчина. — Ваша сестра недавно перенесла диабетическую кому, ей назначили лечение в Израиле, но здесь вы таких денег не заработаете, я видел ценник.