Мальвина
Шрифт:
Девочки быстро прослушали инструктаж, получили указания и разбрелись по отделению, каждый к своему больному.
Вике достался совсем ещё свежий пациент. Мужчину привезли прошлой ночью после очередного приступа. Девушка открыла историю болезни и в первую очередь нашла строчку с диагнозом. Удивляться было нечему, большинство лежавших здесь людей были раковыми, очень редко когда попадались другие безнадёжные диагнозы здесь, в царстве медленной смерти. Но Викторию, как медсестру должна была интересовать другая страница – лист назначений.
Девушка просмотрела
В истории болезни было написано имя пациента – Малютин Дмитрий. Мужчина был немолод и по дате рождения, указанной там же, годился ей в дедушки, хотя внешне он выглядел старше своего биологического возраста. Видимо, болезнь здорово подкосила мужчину, особенно с моральной стороны. Хотя его случай не был особенно безнадёжным и скорее всего при надлежащем уходе Дмитрий пойдёт на поправку.
Вика ещё раз просмотрела лист назначений и улыбнулась. Этому пациенту были прописаны самые лучшие препараты, а не их дешёвые аналоги. Кто-то явно заботился о тяжело больном родственнике. Этому Малютину повезло иметь такую поддержку, если бы только ещё навещали его так же усердно, как пытаются вылечить.
А впрочем, рано ещё было судить об этом, ведь на дворе была ночь и родственников пускали только в совсем тяжёлых случаях. Да и днем ничего нельзя было ожидать, ведь большинство лежавших здесь не просто так сплавляли из дому. Либо ими некогда было заниматься, либо просто не хотелось. И хотелось бы верить, что именно некогда.
Девушка подошла ближе и осмотрела спящего мужчину. Она нахмурилась, осознав, что симпатизирует незнакомцу, хотя тот даже не успел заговорить с ней. Это было в любом случае неправильно. Она медик, медсестра. Хотя нет, не так: она медсестра в хосписе. В отделении, где лежат люди, у которых очень мало шансов поправиться. Она не должна привязываться к человеку, который лежит здесь. Потом больно будет ей. К счастью, этот мужчина скорее всего пойдёт домой пешком, максимум на такси. Но будет ли он всю оставшуюся жизнь с благодарностью вспоминать девушку, которая всего лишь по роду своих занятий должна была заботиться о нём?
Виктория вздохнула и отправилась на сестринский пост.
На посту было слишком людно для ночной смены. Ещё две стажерки весело обсуждали что-то. Их весёлый смех эхом разносился по пустому коридору. Почти одновременно из ординаторской вышла Маша и устремилась прямо к ним.
– Шли бы вы… – она сделала эффектную паузу. – В сестринскую. Чай попили бы, что ли. Здесь вообще-то больные спят с открытыми дверями и прекрасно вас слышат.
Легкомысленные красавицы закатили глаза, но не стали пререкаться. Захватив свои папочки, они скрылись в одном из служебных помещений.
– А ты чего в ординаторской делала? – полушепотом спросила Вика. – Решила профиль сменить?
– Нет, это меня дежурный вызывал. Знакомил с новым интерном. Не нравится он мне. Совсем не нравится.
– Дежурный или интерн? – улыбнулась девушка и Маша поддержала её тихим хихиканьем.
– Интерн, конечно. Дежурный у нас вообще красавчик. К тому же же ещё и не женат.
–
– Всего-то десять лет разницы, – Маша смутилась. – Точнее, одиннадцать, но это не так много.
– А ты не такая простая, как кажешься. Такая скромняжка снаружи и такая хищница внутри.
– А что поделать? – пожала плечами девушка. – Надо же как-то крутиться. Не всё же время за счёт родителей выезжать.
– Тоже верно, – ответила Виктория, настороженно всматриваясь вглубь коридора.
Ей послышались какие-то звуки и она решила проверить своего подопечного.
– Я сейчас вернусь, – девушка прервала беседу и еле слышно подошла к палате.
Было темно и тихо, но Вика смогла расслышать размеренное посапывание пациента. Ещё бы, даже самый тяжёлый случай бессонницы купировался теми седативными средствами, которыми его накачали в комплекте с обезболивающими. Девушка подошла ближе и всмотрелась в темноту. Ей показалось, что временами дыхание пациента сбивается и вместо посапывания слышатся хрипы. Чтобы окончательно убедиться, что с мужчиной всё в порядке, Вика подошла вплотную и аккуратно пощупала пульс и прикоснулась ко лбу.
Вроде бы ничего странного, все с виду было в норме, но что-то всё же не давало ей покоя. Если бы девушке не нужно было заниматься другими делами, она просидела бы здесь до утра, карауля каждый вздох одного единственного пациента.
Виктория вздохнула и ещё раз обернулась, выходя из палаты. Вроде бы всё в порядке, но уже никто не скажет, что она плохо выполняет свою работу.
Рано утром Стаса разбудил сигнал телефона. Одно из двух: либо кто-то очень хотел нарваться на неприятности, либо неприятности уже случились. Но в любом случае, на звонок нельзя было не ответить.
– Алло, – ответил он, изо всех сил стараясь не начинать новый день со скандала. – Что там у вас ещё произошло? И почему это не могло подождать?
– Я очень извиняюсь, Стас, – раздался голос Саши. – Я как-то не подумал, что ты ещё в это время спишь. Я что хотел спросить-то… На тебя вообще рассчитывать? Роспись вообще-то сегодня.
– Да, я помню, – ответил мужчина, дотягиваясь до прикроватного столика, на котором лежали часы. – Блин, Саш, сейчас же только шесть утра.
– Для кого-то только, а для кого-то и уже, – ответил бодрый голос лучшего друга. – Я вообще в пять утра подорвался и больше не смог уснуть. Что там, кстати, с твоим дедушкой?
– Пока в хосписе. Врач говорит, что его вовремя привезли. Ещё бы немного и случай был бы безнадёжен, а так есть все шансы выйти оттуда живым.
– Что с диагнозом?
– Что ещё может быть у ракового? Обострение. К счастью, поддающееся лечению. Я им половину своих запасов выплатил, так что Майями в этом году отменяется. Главное, чтобы у деда в больнице всё было.
– Ну, дай-то бог, – с облегчением выдохнули на том конце трубки. – Так тебя во сколько ждать?
– Сегодня, Саша. Сегодня. Заскочу в больницу и сразу же к вам.