Мальтийское эхо
Шрифт:
— Не припоминаю.
— Через тысячу лет костёр под убийцей потушили, а под писателем — нет.
— Ах, да, вспомнил. «Почему?» — возмутился писатель. «Люди, убитые этим человеком, стёрлись из памяти их родных, а твои сочинения будут искушать, прельщать дальше. Гори!»
В этот момент тот самый весёлый парень, читавший вместе с подругой до этого что-то из своего планшета, подал голос:
— Извините, моя невеста хочет спросить, но стесняется…
— Если девушка стесняется спросить, то вопрос её, скорее всего, приватного свойства, — отозвался
— Анна Петровна Лопухина была любовницей Павла I? — выпалила девица.
Андрей заметил, как Борис скривил гримасу неудовольствия, но вежливо ответил:
— Нет! Она была любимица Павла. У него были высокие рыцарские чувства. Цвет Михайловского замка был выбран по цвету её перчаток, её именем император называл русские боевые корабли!
— Что-то не верится! Она по гороскопу — Скорпион, он — сын своей любвеобильной мамаши, — уже наступала девица.
— Да, Екатерина II — наша «Мессалина» и тем не менее — нет! Только очарование и влюблённость, — отрезал Борис.
Девица ещё что-то ворчала, подталкивала своего жениха, и тот решился спросить сам:
— Извините, Борис Ильич, если я тоже спрошу глупость о семье Лопухиной… Масонство, оппозиция…
— Я знаю об этих интернетных сплетнях, — Борис Ильич взял паузу и держал её несколько секунд. — Анна была «подставлена» Павлу его оппозицией. Это — да. В начале. В пику Нелидовой. А вот масонство Лопухиной и её отца вымышлены недоучками. Анна была кавалерственной дамой Большого креста Ордена св. Иоанна Иерусалимского. Строить козни против императора ей и её отцу было глупо. Они были накрыты лавиной августейших милостей. Впрочем, муж Анны, князь Гагарин, возможно и был масоном ввиду его близости к Суворову и мог быть втянут в оппозицию Павлу из-за романа с графиней Зубовой. Сам Зубов — откровенный враг императора. Я уверен, что убийство Павла I разработано английскими и, главное, немецкими масонами. И глава заговорщиков — граф Петер Людвиг фон дер Пален, гений интриги и мастер стула ложи с двадцатью семью степенями посвящения. Кроме всего — большой знаток еврейской каббалистики.
Он вновь взял паузу и вдруг продекламировал из древних китайцев:
— «Там, где скалы, глубокие каньоны с дремучими лесами кричит птица…»
— Какая? О чём? — удивился парень.
— Сова. О том, что истину до конца никогда и никому не познать. Только эхо совы из лабиринтов истины, — закончил мысль уже Андрей Петрович, давая отдохнуть коллеге.
Борис выключил микрофон.
— Почему сова? В тексте просто птица, — удивлённо спросил он Андрея.
— Так… Тебе нравится общаться в автобусах с дилетантами? — в ответ спросил тихо Андрей Петрович.
— Это мои будущие читатели, — строго ответил Борис Ильич и, улыбнувшись, добавил. — А скоро я буду в этих автобусах и в музейных киосках распространять свои книги! Да ещё с автографом автора! И реклама! Хитро? Мои пассажиры — это, в основном, школьники, студенты, их учителя и преподаватели. Особенно в дни каникул.
— Вместе с трезвыми влюблёнными, старыми девами, «разведёнками» и молодыми пенсионерами, — хохотнул Андрей.
Когда автобус остановился и люди стали выходить, Борис Ильич достал из кармана сиреневую картонку квадратной формы, где в жёлтом круге была изображена белая сова, а по кругу надпись «Клуб любителей истории». Эту картонку он вручил весёлому любознательному парню — победителю сегодняшнего автобусного конкурса.
— Откуда это у тебя? — заинтересовался Андрей.
— Остались, ещё много, из того клуба знатоков…
— Подари мне штуки 3–4, - попросил Андрей Петрович.
— Легко! Возьми вот, — он достал из кармана пять картонок. — Вот ещё моя визитка. Я буду ждать звонка. Прокатимся в Гатчину. Я там работал, там я свой человек.
— А ты, Боря, запиши мой номер телефона. До встречи!
— До встречи! Буду ей рад!
В 19:20 позвонила Вера Яновна. Сказала, что очень устала на работе. Заедет в «Азбуку вкуса» купить продуктов на ужин. Может забрать Андрея Петровича.
— Я, как обычно, буду ждать у памятника Кутузову.
— Что ты хочешь на ужин?
— Пельмени.
— Ты хороший человек. Не вредный. Пельмени я как раз умею варить! Целую.
Верочка заправляла сметаной, майонезом и оливковым маслом салаты, варила Андрею пельмени, а себе голубцы. По ходу этого занятия она сообщила, что в 6 утра завтра отправляется «Сапсаном» в Москву. В суточную командировку.
— Деев попросил срочно приехать. Он на выходные прилетает в нашу столицу. Мне и самой нужно торопить события.
Она жевала и читала что-то в планшете. После ужина женщина сказала:
— Я пойду спать, дорогой. Не обидишься?
— Нет, конечно.
— Вот, «скинь» себе письмо Иришки из Флоренции. Секретов там нет. Прочтешь сейчас или позже.
— Завтра прочту.
— Она прилетает завтра из Венеции в 14:00 нашего времени. Созвонись утром с Платонычем, встретьте её и поезжайте втроём в усадьбу. А я в воскресенье приеду. Постараюсь к обеду, даже раньше. Всё. Спать… спать. Целую… целую.
Она убрала еду в холодильник, грязную посуду в моечную машину и удалилась в спальню.
— 28 -
Проводив рано утром Веру Яновну до дверей квартиры и пожелав удачной поездки, Андрей Петрович взял в коридоре свою сумку, Верочкин чемодан и отнёс в гостиную. Вспомнил неожиданно, что «рыцарская перчатка» для Платоныча находится в чемодане у Веры. Он закрыт и до сих пор замотан плёнкой. Другие подарки в его сумке.
Она уже подъезжала на такси к Московскому вокзалу, когда на телефоне раздался звонок:
— Конечно открой, Андрей. Код 7531. Целую.