?Маленькое сердце
Шрифт:
– Вот видишь. У тебя уже есть ребенок. И я не могу переехать к тебе. У тебя, наверняка, есть жена…
– Моя жена умерла. И закрыли эту тему.
Он опять превратился в серьезного мужчину. Нахмурился, сжал челюсти.
– Извини, - тихо произнесла я, опустив голову. Я опять села на кресло и обхватила себя за плечи. Мне было неловко, что я невольно задела его за живое. Но я понимала, что мои извинения – пустой звук для него. Словами человека не воскресить. Да и его боль не утихнет.
Несколько минут мы сидели в тишине. Потом мужчина вздохнул
– Ребенка родишь. Это не обсуждается. Не хочешь переезжать? Хорошо. Живи дома.
Я улыбнулась. Хоть я и не добилась своего полностью, но меня радовал тот факт, что не придется переезжать к нему.
– Но это еще не все. Тебе придется прикрепиться к другой больнице. Посещать врача мы всегда будем вместе. Все расходы беру на себя. Если что-то нужно, то сразу звони мне. Поняла?
Я кивнула.
Пусть будет так. Пока.
– Ты голодна?
Теперь я покачала головой.
– Просто отвези меня домой.
Иван кивнул и поднялся с кресла.
– Спокойной ты нравишься мне больше, - с усмешкой произнес он и протянул мне руку.
Я замерла. Его ладонь была большой. А запястья широкие. Пальцы длинные. Как у музыканта. И я не боялась его рук. Я смело приняла ее, и мужчина помог мне подняться.
Я быстро оделась, обулась, и уже через несколько секунд мы уже ехали ко мне домой.
А я сидела и заставляла себя привыкнуть к мысли, что ребенок у меня все же родится. Но… Все равно для меня это было сложно. Мои мечты… Моя жизнь разрушилась. И ее уже нельзя восстановить. Как бы я не старалась. Теперь в моей жизни есть Ваня. И я не могу игнорировать его присутствие. Но я надеялась на помощь родителей. Надеялась, что они поддержат меня в том, что мне еще рано рожать, а эта ситуация послужит мне уроком.
Родители были моей последней надеждой. Довез меня Иван за сорок минут. Это еще быстро. А то из-за снега и пробок могли бы застрять и на полтора часа. Но хорошо, что скоро я покину этот душный салон, где не могла спокойно дышать.
Я думала, что он спросит мой номер телефона, но я тогда не знала, что скоро вся информация обо мне и моей семье будет на его столе. Не знала. Также не знала, что за человек этот Иван. И лучше бы не знала.
Ваня опять помог мне выйти из машины, а после решил проводить до подъезда. Но когда он зашел вместе со мной в подъезд, а после поднялся на мой этаж. Я неловко замерла возле своей двери, сжимая в замёрзших пальцах ключи.
Я прокашлялась и произнесла максимально тихо, чтобы мама не услышала:
– Спасибо, что довез… Пока!
Но мужчина не спешил уходить.
– Пока! – повторила я с нажимом, но он опять даже бровью не повел.
– Пошли знакомиться с твоими родителями.
О, нет!
Если он познакомиться с родителями, то тогда мой план точно рухнет!
– Ваня, послушай, сначала я должна поговорить с ними сама… Все объяснить…
– Вместе и объясним, - пожал плечами Иван, а после протянул руку и нажал на звонок.
Я чуть не схватилась за голову.
–
– Кто это? – раздался ее голос. И я, взглянув на невозмутимого мужчину, весело произнесла:
– Это я. Твоя дочь.
Мама открыла замок и распахнула дверь.
Ее голубые глаза удивленно расширились, а улыбка исчезла с лица. Она переводила растерянный взгляд с меня на Ваню.
– Здравствуйте, - поздоровался он и улыбнулся ей.
– Здравствуйте… Проходите.
Ваня кивнул и пропустил меня вперед.
Ну, что ж.
Чему быть, того не миновать, ведь так?
И с тяжелым сердцем я вошла в квартиру.
8
Мама неловко перешагивала с ноги на ногу, сжимая в тонких пальцах кухонное полотенце. Она терпеливо ждала, пока мы разденемся и помоем руки. Но все это время я чувствовала, как мама косилась на меня. Я удивила ее тем, что пришла в дом с мужчиной. Не с парнем. А именно с мужчиной. Взрослым. Сильным. И очень строгим. Ведь весь его образ кричал о том, что с ним шутки плохи. Но больше всего было странным для матери то, что пошло совсем немного времени, как мы расстались с Никитой, а я уже нашла себе другого. Я никогда не была легкомысленной. Меня воспитывали по-другому. И сейчас, вероятнее всего, я разочаровывала собственную мать.
– Вы голодны? – мама улыбнулась, обратившись к Ване. Мужчина улыбнулся ей, и моя мама неловко потупила взгляд. Ее белые щеки залили непривычный красный румянец.
– Ольга Павловна, вы можете обращаться ко мне на «ты» и по имени.
Мама улыбнулась и повторила свой вопрос:
– Ну, так что? Вы не откажитесь пообедать с нами?
Иван пожал плечами и пошел вслед за моей мамой.
– Не откажусь, - Ваня остановился на пороге и обернулся ко мне, - Полина, ты идешь?
Я выдохнула и кивнула.
– Да, конечно.
Осторожно шагая, я приближалась к Ване. Пока шла, смотрела в глаза этому мужчине. Смотрела и не понимала, как один человек может изменить жизнь другого человека? Да и не просто изменить, а кардинально поменять? Я чуть притормозила рядом с ним, и Ваня пропустил меня вперед.
Он давил на меня. Морально.
Его слишком много.
Он уже практически контролирует мою жизнь…
Но я так просто задохнусь.
Не выживу.
Если он хочет жить в мире со мной, то ему придется считаться с моими правилами.
Но сложность была в том, что я не могла понять самого Ивана. Он помог мне сесть за стол. Он поддерживал беседу с моей мамой, пока мы ели ее фирменный борщ. Я же впервые чувствовала себя чужой в собственном доме. Мама и Ваня смеялись, но мне было не смешно. Мне было больно. И грустно. От чего больно – понятно. Хотя и не обоснованно. Наблюдая за этими голубками, мне казалось, что мамочка предает меня. И плевать, что это было совсем не так, а моя мама просто очень общительная и доброжелательная.