Маленький Бизон

Фидлер Аркадий

В злосчастный лесок набилось столько людей, что невозможно было подступиться к телам. Что чувствовали эти, с позволения сказать, «победители» при виде юношей, старшему из которых было девятнадцать, а младшему всего пятнадцать лет? О чем говорили тела трех юношей, павших с таким мужеством, о каком могли только мечтать самые выдающиеся воины нашего племени?..

Один из полицейских чинов Королевской конной полиции подошел к моему брату и совершил омерзительный поступок — он выстрелил в голову трупа!

В то время, когда происходили эти события, я находился в школе, в далекой Пенсильвании. Весть о гибели брата дошла до меня с опозданием, через много недель, вместе с новостью, что отца опять выпустили из

тюрьмы.

С братом нас связывала не только сильная любовь — я видел в нем пример для подражания, он был моим товарищем в общих наших детских переживаниях. Беспощадная судьба словно разгневалась на меня — от рук белых людей я потерял три дорогих существа: Косматого Орленка, потом верного Пононку, а теперь — брата…

Я понимал, что потери эти невозместимы, но не утратил душевного равновесия. Смерть брата нанесла мне неожиданный и жестокий удар, она ввергла меня на время в отчаяние, но впереди были школьные занятия, которые требовали сосредоточенности, и я довольно скоро пришел в себя. Нет, я уже не чувствовал ни прежней ненависти к белым людям, ни обиды, ни горечи.

В день трагической смерти Сильного Голоса мне было тринадцать лет. Уже тогда я понимал, что погиб он из-за незнания, из-за отсталости. Будь он хоть немного обучен грамоте, будь он лучше знаком с законами белого человека, — он бы знал, что канадские власти не могли повесить его за проступок с волом, который он совершил несознательно. Школа с каждым месяцем укрепляла мою мысль о том, что знания всемогущи. Когда-то умение владеть луком, стрелять из мушкета, выслеживать зверя было решающим в нашей жизни. Ныне, после того как прерии были захвачены белым человеком, все это оказалось устаревшим: главным оружием в нашей борьбе за существование становилось просвещение. Просвещение в условиях наших резерваций было для нас единственным щитом от гибели. Чем скорее индейцы поймут суть происшедших перемен и превосходство просвещения, тем скорее сумеют они защитить себя от окончательного вырождения.

В это тяжелое для племени и для моей семьи время я наметил себе путь в жизни: я решил во что бы то ни стало добыть как можно больше знаний, чтобы позже посвятить свою жизнь распространению просвещения среди людей племени черноногих.

ПОСЛЕСЛОВИЕ Джека Дэвиса, индейца племени черноногих, о дальнейшей судьбе Маленького Бизона

Мне тридцать шесть лет. Моим отцом был двоюродный брат Маленького Бизона, а дедом — Раскатистый Гром, о котором Маленький Бизон часто вспоминает в своих рукописях. Как и все почти черноногие моего поколения, я ношу английское имя, но имею и другое, индейское прозвище: Волчья Голова. По профессии я шофер, владелец грузовика — это источник моего заработка.

Во вторую мировую войну я добровольно вступил в одну из частей канадских вооруженных сил и принимал участие в десанте союзных войск на побережье Нормандии в 1944 году. Раненный в ногу во время наступления на Кан, я был эвакуирован сначала в Англию, а затем в Канаду.

Происхожу я из той же резервации на юге провинции Альберта, к которой принадлежал и Маленький Бизон. Я постоянно находился вблизи этого незаурядного человека, поэтому хорошо знаю его лично, его переживания и убеждения. Еще будучи мальчиком, я ездил с ним три года подряд, когда он выступал с лекциями. Знаю также о том, что в подготовленной им рукописи каждое слово — правда и что автор вынужден был потом исказить первоначальный текст книги под нажимом нью-йоркских издателей. Маленький Бизон сделал это потому, что иначе не было надежды на выход книги в Соединенных Штатах.

Жизнь Маленького Бизона можно разделить примерно на два периода: один — до начала первой мировой войны, второй — после нее. До войны 1914 года Маленький Бизон упорно учился и сумел осуществить

заветную цель, о которой он упомянул в последней фразе своей книги. После войны он старался выполнить вторую поставленную им перед собой задачу: с помощью просвещения завоевать лучшие условия жизни для своего племени. Но в этом мужественный боец потерпел поражение. Противоречия были сильнее, чем его воля; препятствия невозможно было преодолеть — наоборот, они надломили его. Маленький Бизон высказал в своей книге мысль, что просвещение может защитить индейцев от окончательного вырождения и гибели. Увы, беспочвенность этой мысли самым жестоким образом проявилась на нем самом.

Маленький Бизон был в школе необычайно понятливым учеником. Я полностью разделяю его мнение, что букварь, подаренный ему Фредом Уистлером, произвел на него исключительное впечатление и пробудил в нем необычайную жажду знаний. (Заметим в скобках, что своего друга, Фреда, Маленький Бизон никогда в жизни больше не встречал. )

Со времени его обучения в школе для индейцев в Карлисле сохранился документ: аттестат с отметками, выданный ему по случаю окончания школы. Из аттестата явствует, что Маленький Бизон был не только одним из лучших учеников, но и принимал также очень активное участие в общественной и спортивной жизни своего учебного заведения. Он играл на кларнете и принадлежал к прославленному в восточных штатах ученическому индейскому оркестру. Он считался выдающимся игроком и в футбол, а также был капитаном школьной команды по конному спорту. Дискуссионно-риторический клуб в Карлисле избрал его своим председателем. Он выдвигался в любом деле, в котором участвовал.

Вступая на «тропу белого человека», он, однако, не терял своих врожденных благородных черт индейца. Однажды, когда он учился в Карлисле, некая богатая молодая американка, Алиса Фут, заблудилась во время прогулки в горах Тускарора, в Пенсильвании, и пропала без вести. Поиски спасательных команд, высланных ей на помощь, ни к чему не привели. Дело получило широкую огласку во всей Северной Америке. Дальнейшие поиски были признаны бессмысленными. И вдруг кому-то пришло в голову послать на розыски старших учеников из индейской школы в Карлисле. Индейские мальчики рассыпались по горам Тускарора. Маленький Бизон вскоре напал на след пропавшей, нашел ее и спас от верной смерти. Вся американская печать подняла большой трезвон, расточая похвалы по адресу юного индейца.

Нет сомнения, что молва об этом событии и хорошие успехи Маленького Бизона в школе в Карлисле проложили ему путь к высшему учебному заведению — Военной школе Сент-Джонс, в штате Нью-Йорк. Среди студентов он был единственным индейцем. Маленький Бизон успешно закончил и это военизированное общеобразовательное учебное заведение. Однако, когда он вернулся в свою резервацию после сдачи заключительных экзаменов, родители подметили в нем какое-то скрытое раздражение.

— Идти с белыми людьми по тропе цивилизации — это беспрерывное унижение для индейца! — говорил он близким друзьям.

Но Маленький Бизон был упорен: он собрал в кулак всю свою волю и решительно пошел вперед по избранной им дороге. Незадолго до первой мировой войны президент Соединенных Штатов Вильсон допустил его, в виде особого исключения, в качестве кадета в известную государственную военную школу в Уэст-Пойнте. В эту школу имели доступ только самые способные из молодых американцев, и никогда — ни до этого, ни позже — там не учился ни один индеец или негр.

Разразилась первая мировая война. Маленькому Бизону пришлось прервать занятия в Уэст-Пойнте. Великобритания уже воевала (Соединенные Штаты вступили в войну значительно позже, в 1917 году), и Маленький Бизон добровольцем вступил в канадские войска. Трижды раненный во Франции, дважды награжденный орденами за боевые заслуги, он кончил войну в чине капитана.