Мальчики с кладбища
Шрифт:
Святой Иуда. Ядриэль совсем забыл. Он прижал пальцы к медали у горла – медали Джулиана. Ядриэль вспомнил, как свирепо тот оберегал медаль в церкви. Она явно для него много значила.
– А это кто? – внезапно спросил Джулиан, указывая на фотографию мамы Ядриэля. Снимок была сделан в ее последнее Рождество. Она смеялась, стоя в красном платье на фоне елочной гирлянды. Уши украшали изящные
Ядриэль сделал большой шаг назад.
– Моя мама, – отрезал он, ясно давая Джулиану понять, что это не та тема, чтобы задавать еще двадцать вопросов.
Джулиан быстро отпрянул и засунул обе руки в карманы.
– Упс.
Ядриэль вернул разговор в первоначальное русло.
– В общем, у тебя будет не так много времени, чтобы играть в «Паранормальное явление». Надеюсь, мы все уладим – убедимся, что с твоими друзьями все хорошо, и узнаем, что произошло, – как можно скорее. – Он скрестил руки на груди и оперся о стол. – Типа, до пятницы.
– Хэллоуин? – ухмыльнулся Джулиан и одобрительно закивал. – Класс. Очень в тему.
– День мертвых начинается в полночь 31 октября, – объяснил Ядриэль. – Мы прибираемся на могилах и готовимся к приходу духов – что-то вроде уборки дома перед визитом семьи. Особое внимание уделяется портахе…
– Ага, ага, ага, – поддакивал Джулиан, словно все прекрасно понимая.
– Специально для духов мы выставляем офренды – выкладываем фотографии с ними, их любимую еду или игрушки, маленькие сувениры и тому подобное. Чтобы показать духам дорогу в мир живых, мы используем свечи и яркие цвета – например, ярко-оранжевые бархатцы. И конечно же, запах еды.
Джулиан погладил живот, вспоминая вкус пан де муэрто.
– В полночь звонит колокол, объявляя о начале праздника и оглашая прибытие духов. Они остаются до окончания праздника на закате второго ноября. Что-то вроде двухдневной вечеринки, на которой можно со всеми повидаться.
– Например, с твоей мамой? – спросил Джулиан, переводя взгляд на фото.
Желудок Ядриэля скрутило.
– Ага. – Он одновременно жаждал и боялся встречи с мамой. За эти несколько
Джулиан внимательно изучил алтарь.
– А так… со всеми? – спросил он, не глядя на Ядриэля.
– В смысле? – спросил Ядриэль, не понимая вопроса. Было трудно угнаться за постоянно меняющимся ходом мыслей Джулиана.
Рука Джулиана поднялась к шее, пальцы ощупали ямку на шее.
– В смысле, обычные люди тоже возвращаются? – нахмурившись, спросил он. – Не-брухи?
– О… нет. – Ядриэль беспокойно заерзал. – Только брухи. – Видимо, он кого-то хотел увидеть?
Джулиан кивнул:
– Когда ты воскресил меня из мертвых…
– Призвал твой дух – ты не зомби…
Джулиан закатил глаза.
– Да, точно. Ты принял меня за другого. За Мигеля?
Сердце Ядриэля сжалось:
– Да, это мой двоюродный брат, – сказал он.
– Как он умер? – спросил Джулиан.
– Мы не знаем, – признался Ядриэль, пожимая плечами.
– Стоп, – покачал головой Джулиан. – Тогда откуда ты вообще знаешь, что он мертв?
– Мы чувствуем, когда умирает один из наших.
Джулиан все еще не понимал.
– Но при этом вы не знаете, что случилось?
Ядриэль покачал головой.
– Только то, что произошло что-то… плохое. – Он вспомнил острую боль, разорвавшую грудь. При мысли о ней по рукам пробежали мурашки. Ядриэль нахмурился. Он чувствовал себя беспомощным, ненужным. Он должен был помочь мужчинам найти Мигеля. – Надеюсь, они найдут его. Мы должны найти его, – поправил он себя. – Он может быть где угодно. Если мы ошибаемся и его дух не был привязан, то он смог уйти в загробный мир – в таком случае его дух вернется во время Дня мертвых, и тогда он сможет сам все рассказать. – И все же чем раньше мы найдем его, тем лучше. Дух не должен скитаться в одиночестве.
Джулиан приосанился.
– Это еще почему?
– Духи могут стать maligno – темными и злыми, – если слишком долго пробудут в мире живых. – При мысли о том, что это могло случиться с Мигелем, ему снова стало нехорошо.
Конец ознакомительного фрагмента.