Мальчик
Шрифт:
— Вот те раз! — обомлели ребята. — Ты давай ври, да не завирайся. Этот парень никогда не болеет, — с упорством фанатов стояли на своем мои приятели.
— Я не шучу. Его, может даже, в больницу положат, — предположил я самое худшее.
— Тогда все насмарку! Все пропало! — приуныли Ютака и Тору.
Судя по выражению их лиц, я понял, что мои друзья сильно разочарованы. Безусловно, и меня это обстоятельство немало огорчало.
— Если Болван пропустит эстафету, значит, день будет прожит зря.
Но тут Тору вошел в раж, и, подмигнув нам, произнес заговорщицки: — А давай спорить, что он побежит даже
— Заметано! Не будь он Болван! Я абсолютно уверен, что он оправится от простуды и снова победит, — вглядываясь вдаль, убеждал меня Ютака.
— Никто в этом и не сомневается. Болван — крутой парень. Ты лучше скажи мне, Мамору, твой брат действительно такой неуклюжий, как о нем говорят? Болван переплюнет его одним махом.
Видно, задавшись целью меня довести, Тору принялся скакать вокруг нас, припадая на одну ногу.
— Перестань дурачиться! — заорал я на него, но мой вопль смешался с улюлюканьем компании.
Осмеянный своими друзьями, я затаил обиду.
Осеннее солнце с царственным величием клонилось к закату. Двухэтажное деревянное здание школы, гимнастическое оборудование, палатки и священные деревья гинкго, посаженные неизвестно когда и устремившиеся ныне своими стрельчатыми кронами в небо, отбрасывали гигантские тени на стадион. Влекомые усталостью к домашнему очагу, учителя и дети добавили последние штрихи к внешнему убранству предстоящего праздника и неторопливо удалились, волоча за собой вытянутые тени на ногах-ходулях.
— Эй! Пойдем сходим к Пучеглазой Гран и купим бейсбольные карточки! — закричал Кэндзи. — На днях я купил пачку, в которой не оказалось моих любимых игроков Нагасимы и Каваками.
Заводила по призванию, Кэндзи тут же предложил:
— А почему бы нам не стащить несколько пачек?
— Мы не можем. Нас на днях заловили. И эта старая карга запретила нам вообще появляться в магазине, — признался Ютака, понурив голову.
— Ладно. Пошли. Она наверняка уже все забыла. Один раз я попался утром, а когда зашел днем, она встретила меня с распростертыми объятиями.
Когда решение было принято единогласно, мы вприпрыжку побежали в лавчонку; ранцы, ритмично подпрыгивая у нас за спинами, отбивали размеренную дробь.
— Здравствуйте, мальчики! — сказала как обычно приветливым голосом Пучеглазая Гран.
Кэндзи обернулся к нам, покосившись в ее сторону. «Вот видите, она забыла», — говорили его глаза.
Мы все скопом ворвались в магазин.
Внутри нас встретило обилие всевозможной снеди, великое множество лотерейных карточек, модульные оригами типа звездочек, многогранники кусудама, используемые в качестве наполнителей всяких снадобий для лечения недугов. Мы пришли в восторг от традиционных японских фигурок Мэнко для конструирования моделей куба, светящихся разноцветными огоньками волчков и прочей всячины, хотя площадь помещения едва равнялась трем циновкам татами. Пучеглазая Гран восседала в дальнем углу магазинчика в наброшенной на халат пурпурной безрукавке, испещренной мелкими грибочками. Периодически, она поднималась с места и подходила к детям, увидев, что они хотят испытать судьбу в одной из игр, где можно получить приз — разнообразные клубничные леденцы. Временами она ловчила и угощала нас клубничными конфетами из другого призового фонда, а если же мы честно выигрывали счастливый билет в лотерею,
— О! Это не считается! Вы жульничаете!
Но как бы то ни было, а в этот магазинчик сластей и забав мы всегда заходили с удовольствием.
Заметив, что мы увлеченно рассматриваем фотографии спортсменов Нагасимы и Каваками, Пучеглазая Гран завела разговор.
— У вас ведь завтра спортивный праздник? — поинтересовалась она.
Мы повернулись и увидели, что она держит в своих морщинистых руках какой-то красный предмет.
— Тогда вам просто необходимо купить это, — загадочно произнесла лавочница.
— А что это? — в один голос спросили мы, не в силах скрыть свое любопытство.
— Это шоколад, но не обычный. Это особенный шоколад. — Она многозначительно посмотрела на нас. — Если его съесть, то он непременно поможет победить в завтрашних соревнованиях.
— Ничего подобного! — Я сверлил взглядом Кэндзи, Ютаку и Тору, внушая им мысль, что мы ни в коем случае не должны купиться на этот рекламный трюк.
Эта хитрющая бабка была горазда сочинять разные байки. Но мои приятели-простачки будто заколдованные пялились на ее ладони. В отличие от шоколадных батончиков производства фабрики «Мэйдзи», традиционно завернутых в серебристую фольгу и коричневый фантик, этот был упакован в красную бумагу с иероглифами, которые мы не знали, как прочитать. И поскольку Пучеглазая Гран так настойчиво пыталась всучить его нам, мы, загоревшись желанием, не могли отвести от него взгляд. Вероятно, почувствовав мое недоверие, она сказала нарочито обиженным голосом:
— Ну, если вы не верите мне, не покупайте. Хотя я должна заметить, что один шестиклассник только что купил точно такую же шоколадку.
Фыркнув, она стрельнула в нашу сторону недружелюбным взглядом и отвернулась.
Неважный бегун Тору оживился первым:
— Нет, подождите. Я покупаю.
Ему вторили мы с Кэндзи и Ютакой. Наивные дети — мы не смогли устоять перед соблазном.
— Хорошо, хорошо. С вас по двадцать иен. — Старуха переходила от одного моего приятеля к другому, взимая монеты и вручая каждому вожделенное лакомство.
— Теперь успех вам обеспечен. Будьте уверены, что завтра вы все займете первое место, — уговаривала нас довольная торговка.
Немного обескураженные произошедшим, мы покинули лавочку, забыв купить фотографии Нагасимы и Каваками. Я думаю, что все чувствовали себя одураченными, только никто не хотел в этом признаваться.
— Горишь желанием откусить? — сострил я. — Думаю, нам нужно сейчас же расправиться с этим и забыть.
— А тебе не кажется, что толку будет больше, если мы съедим эти батончики прямо перед забегом, — внес разумное предложение Тору, поглаживая свою шоколадку прямо как Пучеглазая Гран.
— Наверное, в чем-то ты прав, — согласились мы.
И едва я спрятал свою плитку в карман, услышал голос:
— Что это вы здесь делаете, мальчики? Покупаете всякую ерунду по дороге домой? А разве вы не слышали, что сказал учитель? Я все расскажу про вас!
Это наглое заявление прозвучало из уст нашей старосты: самоуверенной девчонки, постоянно закладывавшей учителю своих одноклассников.
— Заткнись, Ицуко! — рявкнул я. Не на шутку рассердившись, я вознамерился приструнить зарвавшуюся девчонку. — Если донесешь, я тебя поколочу.