Мальчик
Шрифт:
я сгорю на твоих глазах.
Алиса пристально всматривалась в глаза Матвея, взяла за руку, и, глядя на
ниточку шрама, сказала:
– Вот и зажило до свадьбы.
Матвей поцеловал еe и выскочил из комнаты. Он ворвался к директору.
– Иван Васильевич, мы с Алисой хотим пожениться. Дайте мне отпуск. На
неделю...
– Береги еe, Матвей. Не беспокойся ни о чем – вам оформят все бумаги...
Почему ты не сказал о приказе “младшего”? Он пригрозил изгнанием?..
Матвей протянул Алисе колечко.
– Это всe, что осталось мне от родителей, – пояснил, надевая кольцо ей на
палец. – Теперь мы с тобой – муж и жена.
– Погоди! – Алиса лихорадочно обыскивала карманы. – Мы с тобой – муж и жена.
До самой смерти! – кольцо Аркадия скрепило еe слова.
Первый раз за пять лет, Алиса проспала рассвет. Она возрождалась, щедро
одаривая Матвея теплом и нежностью.
Через неделю был праздник – день открытия Центра. Матвей уговорил Алису
пойти на него. Он достал платье и научил еe танцевать. Это оказалось не сложно.
Природная пластичность, грация и чувство ритма упростили эту задачу до предела.
Утром Алиса надела платье, распустила волосы, взяла сияющего Матвея под
руку, и они пошли в зал.
Лена с каким-то парнем надменно провальсировала мимо.
– Утрем ей нос, – улыбнулась Алиса, и они закружили по залу.
Все расступились. Танцуют только Алиса и Матвей, а остальные заворожено
смотрят на них...
Смолкла музыка. Матвей поклонился Алисе и прошептал: – Ты прекрасна! Я люблю тебя, моя принцесса!
– Я люблю тебя, мой принц. – Она была счастлива, как никогда.
– Выйдем на минутку, – Соня протиснулась сквозь толпу. – Мне нужно сказать...
Вдруг Алиса начала падать. Матвей подхватил бесчувственное тело, а Соня
прошептала:
– Ну почему она? Неужели это ОН…
– О чем ты, Соня?
– Помнишь, я говорила, что иногда могу предчувствовать события. Я не знаю, хорошие они или плохие и можно ли их предотвратить. Но я знаю, с кем это должно
случиться...
– Поэтому ты оказывалась в нужное время в нужном месте.
– Да, да!!! Когда дар становится проклятием? Когда ты не можешь помочь... –
Соня заплакала.
Матвей принес Алису к доктору. Тот подключил прибор, чтобы поставить
диагноз... Машина выдала результат.
– Что у неe?
– Неуловимый. Здесь мы бессильны. Она чем-то недавно порезалась?
– Это не порез... Дротик мутанта.
” Где была твоя голова, дуралей, – подумал доктор. – Послать девочку на
обследование после драки и проигнорировать дротик мутанта!”
– Иди к ней, – коротко сказал он.
Матвей сидел у койки и ждал. Он чувствовал,
солнце – Алиса открыла глаза.
– Матвей.
– Я здесь, любимая.
– Я умираю.
– Нет!
– Я умираю. Я знаю это.
Матвей хотел что-то сказать, но Алиса покачала головой.
– Молчи... Позаботься о Надежде. Она тебя любит... Главное... похорони меня
возле него. Помоги дойти... Я хочу там умереть.
– Я не смогу.
– Именно... ты... сможешь...
– Нам не позволят выйти.
– На волю, – прошептала она.
Матвей забрался в трубу, втащил Алису и кошку.
Большую часть пути он нес еe на руках.
Всю дорогу Алиса шептала.
– Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я люблю тебя...
Матвей опустил еe на землю возле могилы Аркадия. Лицо Алисы, обращенное к
небу, было спокойным.
– Ты знаешь, он умер, а я так и не успела сказать, как много он значил для
меня. Теперь мы встретимся, и я скажу: “Я люблю тебя, отец”... Матвей, я люблю
тебя. ЛЮБЛЮ.
Он сжимал еe маленькие ладошки и почти не дышал.
– Поцелуй меня.
– Я люблю тебя, Алиса, – он поцеловал еe холодеющие губы.
Умерла Алиса через час.
Матвей с болью смотрел на ее лицо, обращенное в вечность. Глаза были
открыты и смотрели на него с любовью. Даже смерть не смогла еe убить. Матвей
обнищал Алису и плакал.
11.
Матвей немного успокоился. Хотя слезы струились из глаз, лицо стало
каменным. На нем застыла мрачная решимость. Он склонился над девушкой, поцеловал, закрыл глаза и забрал нож.
Теперь он как молитву повторял:
– Я люблю тебя, я люблю тебя...
С остервенением он разрыхлял почву ножом, отгребал руками. Когда яма стала
достаточно большой, он опустил туда Алису...
Вскоре осталось видным только лицо. Матвей последний раз поцеловал Алису, прикрыл рубашкой и завершил погребение.
Пошатываясь, он побрел в Центр. Кошка бежала следом.
– Я похоронил еe у могилы отца. – Ответил он кому-то. – Там много могил...
Кладбище...
С тех пор Матвей ни разу не произносил вслух еe имя. Он отдался работе. Но
каждую ночь Алиса являлась во сне. Просыпаясь, он помнил беззаботный смех.
Всякий раз подушка была мокрой от слез. Но сны скоро отпустили, и он почти
успокоился.
В 65 лет всe вернулось на круги своя. Каждую ночь он слышал серебристый смех
девушки и просыпался в слезах. Так продолжалось несколько недель, потом