Мальчик
Шрифт:
День отъезда неумолимо приближался. Турнир, растянувший на несколько суток, наконец завершился. Победителем стал князь Скорпион д'Аренэ с южных степей, одолев в последнем поединке Квинта де Монтиума, сына старого Каприко. Оба рыцаря тут же стали центром всеобщего внимания и любимцами придворных дам.
И вот наступил миг прощания с семьёй. Отец неожиданно так постарел, что Фенрису даже страшно стало уезжать. Сёстры всё время обнимали его, Рена плакала.
В какой-то момент она оторвалась от Фенриса и повисла на шее Ламиана.
– По тебе
– Не скучай, гномик, ещё увидимся, - он осторожно стёр большим пальцем слезинку с её щеки. Рена вздёрнула на него блестящие голубые глазища.
– Давай, я повяжу тебе ленточку, и ты станешь моим рыцарем, как в песне?
– предложила она.
– Ну давай.
Слёзы мгновенно высохли, сестрёнка засияла. Наверняка, повязывая ему на рукав ярко-красную ленточку, которую она вытащила из волос, Рена воображала себя прекрасной принцессой из баллад трубадуров. Ламиан галантно поклонился ей и, едва удерживая смех на губах, прижал ленточку к сердцу.
– Клянусь, что всегда буду твоим верным рыцарем.
Потом Фенрис последний раз обнял отца, Рену и Рин, и двое парней заняли своё место в блестящей кавалькаде всадников, карет и обозов, возглавляемой королём. Уезжая, Фенрис ещё долго оборачивался на красную черепицу крыш Либры и на чёрные башенки замка, возвышавшиеся на холме рядом с городом. А потом всё скрылось за горизонтом.
Корвус III
– Ай, чёрт!
– выругался Гай, ударившись ногой о булыжник. От удара камень сорвался с места и с грохотом покатился по склону горы, пока не исчез в пропасти.
– Осторожнее!
– прикрикнул на парня Фортис.
– Если ты упадёшь туда, расколешь свою дурную голову, и никто уже тебе не поможет.
Гай потёр ушибленную ногу носком другой и промолчал.
Они шли уже несколько дней, то вверх, то вниз, то вверх, то вниз. Некоторые склоны гор были покрыты лесом, а некоторые - голые, как яйцо. Дорога давалась парням нелегко. Корни деревьев как будто специально высовывались из земли, норовя ухватиться за ступни, камни выскальзывали из-под ног, обувь порвалась, и мелкая острая щебёнка беспрепятственно впивалась в незащищённые пальцы.
Вдобавок, всё время хотелось есть. Последний нормальный ужин в городке Финис казался Корвусу событием из другой реальности. Вообще вся его жизнь как бы раскололась на две половинки: до гор Монтес и в горах.
Фортис всё время подгонял мальчиков, как непослушных волов. Гней шагал молча, угрюмо, почти не глядя по сторонам. Гай всё время на что-то жаловался: то на голод, то на усталость, то на боль. Корвус по большей части вертел головой.
Всё-таки здесь было очень красиво. Даже трудности перехода не мешали Корвусу признать это. Под ногами - скалы цвета меди, над головой - ярко-синее, нестерпимо безоблачное небо. Вековые деревья уютно шуршат тяжёлой листвой, цепляясь могучими корнями за камни. Мелкие ручьи и горные речки наперегонки мчатся вниз и с грохотом разбиваются о поросшие мхом
Больше всего Корвусу нравилось наблюдать за козами. Их здесь было бесконечное множество! Гибкие, грациозные, совсем непохожие на мохнатых парнокопытных, ленивыми стадами пасущихся на полях княжества Грейс. Одна коза распласталась, как кошка, вниз головой на склоне горы, чтобы удобнее было обрывать листву с хилого деревца, прижавшегося к камню. Другая легко скакала с булыжника на булыжник, будто была не козой, а кузнечиком.
– Забавно!
– выдохнул Гай, посмотрев в ту же сторону, что и Корвус.
– Скоро будет ещё забавнее, - пообещал парням Фортис.
На ночь они развели костёр под огромным деревом, названия которого Корвус не знал, и заснули вокруг него. Фортис разбудил их перед самым рассветом, когда с неба ещё не сошли последние звёзды. Недовольно зевая и потягиваясь, мальчишки побрели дальше.
На рассвете они поднялись на вершину скалы. Солнце только-только поднималось над горизонтом, разбрасывая золотистые лучи по небу. На лысой каменной макушке стояла неизвестно кем и когда поставленная железная смотровая вышка.
– Хотите посмотреть, куда мы идём?
– предложил Фортис.
– Тогда лезьте сюда.
Мальчишки, радостно пыхтя и толкаясь, стали карабкаться вверх по железной лестнице. Проскользнув под локтем Гнея, Корвус первый вылез на крышу и замер у бортика в немом восхищении.
Отсюда открывался вид на весь необозримый кряж Монтес. Первые лучи восходящего солнца играли на каменистых склонах, пронизывали туман, клубившийся в тёмных лощинах между скалами, отражались в чистых водах ручьёв. Впереди блестело горное озеро, прозрачное и такое далёкое, что казалось хрустальной слезинкой великана.
– Озеро Лаохом, из которого берёт начало Флюмен, - произнёс тихо подошедший Фортис.
– Священное озеро богини Некс. Его ещё называют озером душ, озером мёртвых. Говорят, что из его вод выполз на землю первый огненный змей.
– Как огненный змей мог появиться из воды?
– скептически протянул Гай.
– А где наша школа?
– Там, - Беспалый указал рукой вниз, в одну из лощин, спрятавшихся между скал. Лощина от края до края заросла лесом, таким густым, что сквозь него не пробивалось солнце. Местечко показалось Корвусу довольно мрачным для школы. Впрочем, чего ещё можно было ожидать от Беспалых?
– Этот лес называется Сильвой, - объяснил Фортис.
– Самый древний лес в горах Монтес. Там растут ещё перводрева. И там находится храм Некс, где ещё с незапамятных времён юношей посвящали в Охотники.
Глядя на циничную физиономию Фортиса, Корвус никогда бы не заподозрил в нём уважение к истории.
– Ладно, идёмте вниз, - скомандовал Охотник.
– У нас впереди ещё долгий путь.
Спускаться вниз было легче, чем подниматься. Раздражали только кусты по краям тропинки, упрямо цеплявшиеся за одежду, и утреннее солнце, припекавшее макушку. Гай даже замурлыкал песенку. Где-то вдалеке шумела вода.