Мальчик нарасхват
Шрифт:
– Ты уже проснулся?
Поздоровавшись, кивнул.
– А Алинка что на полу делает?
– На полу? – не понял я.
– Ага. Вчера ее вроде на диван клали, а сейчас смотрю – на матрасе валяется, ноги - на подушке.
– Э-э, - удивленно почесал голову мокрой рукой и закрыл кран.
Сказать в ответ было нечего, но зато теперь я понял, почему звук упавшего тела был таким громким.
Спустя еще некоторое время к нам подтянулась Юля, а за ней и заспанный мужчина. Все попеременке спросили, почему Алина вниз лицом дрыхнет на полу и
Когда Вадим вошел на кухню, я сразу почувствовал себя не в своей тарелке. В глаза ему старался не смотреть, беседы не заводить.
Когда прознают твой большой секрет, который ты всеми своими силами стараешься сохранить, становится очень неловко. Начинаешь смущаться, бояться – а какова будет реакция человека, узнавшего о твоей тайне? В моем случае ждать чего хорошего было бы неразумно.
Я знаю, сейчас есть много людей, которые поддерживают и даже одобряют нестандартную ориентацию, делают всякие митинги, борются с гомофобами, грубо говоря. Да, есть сторонники, есть поддержка, но! Знаете, мне лично от этой поддержки ни холодно ни жарко. Да, не буду отрицать, где-то в глубине души меня немного приободряет тот факт, что против «неправильного» меня ополчатся не все люди, но что толку-то? Здесь и сейчас я окружен людьми, пусть и не ярыми противниками таких отношений, но не сторонниками точно. Одобрения в свой адрес не получу, уверен на все сто процентов.
И о своих предпочтениях я стараюсь не вопить направо и налево, чтобы все знали, что вот я не такой, как все, я – особенный. Ничего подобного. Уж лучше лишний раз промолчать. Один раз я прокололся, совершенно случайно проговорившись соседу, моему сверстнику, о том, что едва (!) не поцеловался с парнем.
И что получилось? Позорная и весьма обидная, хочу заметить, прилипшая кличка «педик, педик» и потеря мужской солидарности со стороны друзей. А кто-то говорил, что обычно женщины последние сплетницы. Угу, конечно…
В общем, чувствовал я себя крайне неуютно, то и дело переступая с ноги на ногу и не зная, как себя вести. С одной стороны хотелось быть уверенным и даже в некотором роде крутым, отстаивая свою точку зрения. «Ну и что, что я не совсем такой? А вам и завидно, поди!» - кто так сможет сказать прямо в лицо, люди, отзовитесь, ау?!
Я лично не смогу. Вот так честно, от всей души признаюсь.
Нет, я умею быть смелым и настойчивым в зависимости от ситуации, но не в этой. Стыдно? Есть немножко.
Все же моральные нормы, привязанные людям много столетий назад, это вам не то, что можно просто так взять и переступить. Для этого, наверное, надо быть великим человеком. Или дураком.
Не успели Юля с Вадимом поесть, как тетя Света весьма воодушевленно предложила:
– А давайте Алинку разбудим!
– А зачем? – спросил с набитым ртом мужчина после недоумевающей паузы.
– Ну как же? – удивилась женщина. – Мы сейчас подойдем к ней и все хором скажем: «Доброе утро! С первым похмельем!»
Мужчина
Если я недоумевал, то Вадим, утерев тыльной стороной руки рот, согласно кивнул. А потом сам предложил:
– Ага! А еще подсунем ей под нос аспирин и стакан с водой, как ты мне в прошлый раз! Мне так приятно было.
– Только в этот раз крикнем «с добрым утром», а то я в прошлый раз как-то лоханулась с этим «сюрпрайз», до сегодняшнего дня жалела.
– А открытки какой нет?
– У меня нет. Твой же дом.
– Блин, я вот тоже не знаю.
Я насуплено переводил взгляд с одного радостного лица на другое и никак не мог понять: я один не врубаюсь? Неужели Алину не будут ругать и поучать, как во всех нормальных семьях, а просто-напросто подшутят? Без каких-либо наказаний! Не понятно.
– Кричать кто будет?
– Я?
– Ты в прошлый раз кричала.
– Можно подумать, - обиженно цокнула женщина. – Тогда Юлька!
– А я?!
– А чего ты?
– Юлька маленькая, я крикну! И не забывай, я ее тащил, значит, и мне кри…
– Господи, да замолкни ты…
В общем, подобная канитель продолжалась минут пять, после чего меня за компанию вытолкали из кухни.
Ощущая себя немного странно, я, со стаканом и таблеткой в руках, окруженный воодушевленными Зыкиными, которые подталкивали меня к спящей однокласснице, все же подошел вплотную к девушке. Она, нас, кстати, даже не видела, и вправду лежа вниз лицом, ногами на подушке. Ощущая себя придурком, пробормотал:
– С д-добрым утром.
Затаившись, посмотрели на Алинку. Никакого движения.
– Угх! – из-за крепкого подзатыльника я едва не пролил воду, а потом недовольный и раздраженный голос слева возмущенно проорал:
– Ну я же говорил, мне кричать надо было! Всю малину испортил к чертовой матери!
Алинка вздрогнула, видимо, нам все же удалось до нее достучаться. Двоим самым старшим и ответственным, подчеркиваю, самым старшим, серьезным, ответственным людям, было далеко не до этого. Тетя Света, которая решила за меня заступиться, пихнула Вадима локтем. Тот – ее. Ну и понеслась-поехала. В результате чего меня случайно пихнули в спину – споткнулся о матрас, разлил воду, наступил на ногу одноклассницы. Звонкий детский смех никак не утешал, поверьте…
Итог: у Вадима расцарапана щека, матрас облит водой, Алина едва не охрипла, когда я случайно наступил ей на ногу, и только тете Свете с Юлей удалось в этом переполохе не пострадать.
В общем, затея с сюрпризом провалилась, но все были вроде бы как вполне довольны и удовлетворены результатом. Даже Алина и та быстро простила нас всех, когда ей вручили аспирин с водой. И только лишь мужчина продолжал обиженно бурчать в сторонке.
Ну а я что? Еще раз убедился, что у Зыкиных весьма забавно, хоть и странная семейка.