Магия Снов

Миланова Елена

Впрочем, не одна я страдаю этим - он тоже разглядывал меня.

Щёки залились краской, вряд ли я представляла собой идеальную девушку: растрепанные волосы за время наших с Сашей пререканий и толкучек, помятая майка из-за сна и шорты, которые, как сказала бы, моя тётя похожи на трусы. Да, вряд ли тяну. Подумаешь низенькая, такая маленькая, и неизвестно какая! Будто мне знать, что он думает обо мне, вот так пялясь? Я же не читаю мысли, я вообще не представляю, что я умею!

Вдруг в вагоне раздался смех,

и, заметя от кого (даже не надо догадываться - от ребят), я быстро сообразила, что выгляжу глупо (ну, не только я). Поэтому, ещё раз стрельнув в него взглядом, и о чудо, он мне улыбнулся, причём не той нахальной улыбкой, с которой он пялился на меня, а с искренней, и это было приятно - вряд ли он так кому-то улыбается! Я улыбнулась в ответ и зашагала к первому плацкартному купе, где болтала семейная пара и их ребёнок лет пяти, смеялся над кокой-то папиной шуткой и пожилая супружеская пара, что находилась на боковых полках, улыбались этому чуду в шортиках.

Я глянула на ребят, те так заразительно смеялись и радовались ветерку, что трепетал их волосы из открытого окна. Марина с ними рядом визжала, пыталась отодвинуть от окна, но безрезультатно - мальчики были счастливы.

Забавные, но они вообще дружат с головой? Как можно открывать окно нараспашку, когда в вагоне так холодно?!

Пройдя первое плацкартное купе и делая шаг навстречу другому, я вдруг услышала какой-то скрежет. Я не стала обращать на это внимание, и сделала два шага к третьему, как вдруг послышался крик, визг, лопанье стёкол, и, повернув голову к окну, я заметила осколок, что нёсся прямо мне в лоб. Я зажмурилась, как вдруг почувствовала на животе руку, и эта рука повернула меня в проход вперёд левым боком и потянула назад.

Я почувствовала, как по коже левой руки что-то проехалось, а затем тот осколок, что летел на меня, окровавленный моей кровью врезался в другое окно, по визгу стекла, стало понятно, по нему побежали трещины, а осколок прочно обосновался среди трещин.

Открыв глаза, я смотрела на свою бедную руку, где струилась кровь, пачкая и меня, и моего спасителя. Странно, но ничего кроме удивления я не ощущала.

Да, конечно жаль, что моя рука перепачкалась кровью, а вместе с ней и пол. Но что-то во всём этом не так. Но что? Мне казалось будто ответ близко, но я всё не могу его поймать. Ну не может вот так вот треснуть окно, будто здесь волшебство постаралось... И это веский аргумент! Волшебство...

Послышался плач - это тот ребёнок пришёл в себя, его мама стала его успокаивать, а отец её. Люди, что были в том плацкартном купе, попрятались в соседние. И не мигая, рассматривали осколок с моей кровью в стекле.

Рука вдруг завыла, прося вспомнить о ней - чёрт, как представлю, что этот осколок, чуть не убил меня - резко стало жутко и дурно.

Мой спаситель всё ещё крепко держал меня, а моя рука продолжала ляпать его руки, которые схватили меня, когда он оттащил нас от беды подальше. Вдруг в голову влетела мысль: "Он бы мог и отпустить меня уже".

– - У тебя кровь. Чёрт, тебе не больно?
– Послышался взволнованный, и такой дурманящий слух, голос (Наверное, я никогда не слышала голоса лучше).

– - Ничего страшного - мне совсем не больно, подумаешь - ещё одна царапина.
– Дёрнула я плечами, поднимая свой взгляд на него. Это был тот самый брюнет, хотя я уже это знала.

– - Ещё одна царапина?
– повторил он за мной, смотря на меня не веря.
– Да с тебя кровь ручьём бежит! И это ты называешь царапиной? И вообще... ты заметила... что-нибудь необычное во всём этом?

– - А что же ещё?
– спросила я.
– Из царапин тоже кровь идёт, не знал что ли?
– затем я спрятала глаза.
– Ну, само собой - "выстрел" стеклом был... необычен!

– - Ага, идёт. Но немного!
– поставил он моё душевное здравие под вопрос, по крайней мере, мне так показалось. Потом выдохнул.
– Перегрев наверно.

– - Не делай из мухи слона - жизнь станет легче.
– Проворчала я, а затем перевела взгляд на него.
– Да, я об этом же... подумала.

– - Я и не делаю. Просто...
– начал он.

– - Что?

– - Знаешь ли, твоя кровь идёт без остановки.
– Возмутился он.
– И я не прошу, а настаиваю обработать ра... царапину перекисью водорода!
– при слове "царапина", он скорчил гримасу, и я рассмеялась.

– - Хорошо, - кивнула я головой, всё ещё смеясь. Он отпустил меня, и, взяв за руку, повёл к купе проводника.

Парень постучал в дверь и проводник сразу же открыл, внимательно смотря на нас.

– - Можно нам перекись и бинты?
– спросили мы хором.

– - Простите, но здесь такого нет, только в вагонах-купе.
– Покраснел бедный парень.

– - Вот чёрт!
– прикрикнул мой спаситель.
– Так не... так...
– он замолчал и перевёл взгляд с проводника на меня. Я не знаю, что он там увидел, но он вдруг стал решительным - Пошли, - снова схватил за руку и потащил за собой.

– - Простите его, - отозвалась я, успев.
– Он не хотел.

Парень потянул меня за собой ещё раз. Проводник лишь пожал плечами и спрятался в своём купе.

– - Знаешь, это невежливо было. Он не виноват, что им не дали в этот раз, а я уверенна в этом, перекись и бинты в аптечку.
– Укоризненно произнесла я, когда мы остановились.

– - А что прикажешь делать?
– чуть ли не крича, ответил тот.
– У тебя кровь идёт, а у них даже бинтов нет, и ты говоришь мне о приличии?

– - Да, говорю.
– Прищурилась я на него.